Суженая для падшего (СИ)
Глава 19
Бармалей не обманул, когда говорил о звёздной тропе. На самом деле, тропы как таковой не было, или моим зрением разглядеть её было невозможно. Зато звёзд вокруг было столько, что глаза разбегались! Я даже забыла о своих переживаниях: в мыслях витала сказочная мелодия Танца феи Драже, а мимо проносились мерцающие огни неизвестных мне светил.
— Знаешь, Сью, Михаил уже ждёт нас на вилле.
— И он очень тобой недоволен.
— А главное, он так и не узнал, почему Оракул тебя выбрал.
Я склонилась ближе к пушистым мордам Бармалея:
— Почему ты пришёл? Ведь я не звала тебя…
Адский щенок сделал невообразимый кульбит и рассмеялся, точно как нашаливший подросток:
— У меня есть для тебя подарок.
— Он очень тебе нужен.
— Ещё как нужен.
Загадочность этого мехового негодника меня удивила, но любопытство пересилило:
— Что это за подарок? — как можно ласковее спросила я.
Щенок вдруг поднял вверх все три головы и издал громкое «Аууууу!», я даже прикрыла уши, посильнее обхватив своего «коня» ногами.
— Место, Сью!
— Удивительное!
— Оно как раз подходит, — и, чтоб мне провалиться: этот нахал засмеялся!
Мы продолжали нестись по звездному небосводу, мимо, обгоняя нас, пролетали камни разных размеров и форм. Потоки переливающихся звёздных ветров неслись, подталкивая меня в спину. Вскоре я поняла, куда так торопятся все местные «обитатели». Чёрная дыра, точнее, чёрная слегка приплюснутая сфера, зияющая своим матовым зевом на всю округу, распростёрлась прямо перед нами. Каждую секунду в её утробе пропадали не только камни и космическая пыль! Прямо на наших глазах в ней исчез огромный астероид, и в это мгновение до меня дошло, что я нахожусь в открытом Космосе и по всем законам физики, не должна быть живой уже с час!
— Сью, ты не бойся!
— Магия Преисподней сильнее законов физики!
— Только никогда не делай этого без меня.
Бармалей будто читал мои мысли!
— Глупости! Дракон тоже может её отнести!
— О! Дракон не захочет!
— А ты…
Не выдержав очередную перепалку голов моего питомца, я постаралась как можно сильнее прижать к его бакам каблуки туфель, и, услышав тихое «Ай!», довольно улыбнулась:
— Так! Хватит! О драконах поговорим потом! — я с интересом смотрела на приближающуюся черноту. — Что там?
— Это Большой коридор между мирами.
— Межмирье или Большая пустота.
— Ещё это называют Ничто.
— Говорят, что именно там рождаются миры.
— Чёрные дыры — вход.
— Ещё есть выход, но без меня ты заплутаешь.
— А без магии совсем умрёшь.
Мы плавно, словно в воду, погружались в темноту. От страха и удивления я прижалась к Бармалею плотнее. Когда тьма сомкнулась вокруг нас, стало так тепло и уютно, что я вдруг почувствовала всю скопившуюся за день усталость. Пёс все скакал в этой мгле, а меня неудержимо клонило в сон.
— Не спи, Сью!
— В пограничной зоне не хорошо спать!
— И всё интересное пропустишь!
Слова Бармалея заставили меня отогнать навалившуюся сонливость. Я внимательно и настойчиво всматривалась в темноту. В голове промелькнули слова Ницше о бездне, и я моментально ощутила на себе пристальный любопытный взгляд.
— Прекрати, Сью!
— Не заигрывай с этим местом!
— Подумай лучше о чём-то приятном!
Я чувствовала всем телом, как взгляд продолжал изучать меня. Жуткое чувство. Зажмурившись, я представила первое, что пришло в голову. Вокруг тут же разлился аромат лаванды и, открыв глаза, я увидела прекрасные сиреневые поля и белые домики вдали. Просёлочная дорога плутала среди цветочного моря, а от запаха закружилась голова.
— Вот мы и добрались.
— Представь свою комнату.
— Или его комнату, — опять захихикала та же, крайняя справа голова и получила затрещину.
Закрыв глаза, я вспомнила до мельчайших деталей свою спальню на вилле Д’Эсте, и тут же мы с Бармалеем оказались в ней. Я слезла с его спины и долго рассматривала интерьер, даже выглянула в окно, в котором увидела сады Тиволи.
— Бармалей! Спасибо тебе! Но ты уверен, — я замялась, было как-то неудобно обсуждать с адским щенком свои интимные проблемы, — что мы не навредим здесь никому?
Бармалей опять рассмеялся, его фривольное настроение действовало на меня двояко: умиляло и раздражало одновременно.
— Я хоть раз тебя подводил?
— Да, Сью, откуда такое недоверие?
— И не надо смущаться, у адских псов тоже есть проблемы со спариванием!
— Да, нам сложно встретить подружку.
— Чтобы всем сразу понравились все три её головы!
— А уж сколько болтают наши…
— Я всё поняла! Давай без подробностей, — я посмотрела на кинжал, который всё также сжимала в руке. — Скажи, а если я спрячу тут этот кинжал, то смогу потом его забрать?
Бармалей стал очень серьёзным, сдул с глаз-пуговок чёлку и посмотрел на клинок:
— Я практически уверен.
— Но разве ты не покажешь его Михаилу?
— Ты знаешь, что это за ужасная вещь? — на последний вопрос я отрицательно покачала головой.
— На ней кровь тысячи ангелов!
— И тысячи демонов!
— Этим оружием можно убить даже высшего демона!
— Или архангела…
— Или Михаила!
— Тем более его нужно спрятать так, чтобы они не нашли! А Михаилу я итак всё расскажу, когда придёт время, — глазки-пуговки осуждающе посмотрели на меня.
— Если ты уверена, что так будет лучше.
— Я сохраню секрет.
— Прячь скорее, а то нас заждались дома.
Открыв шкаф с бельём, ничем не отличающийся от такого же шкафа на настоящей вилле, я достала знакомую коробку с новым кружевным набором и спрятала жуткое оружие в чёрной ажурной пене.
На обратном пути Бармалей был всё также не сносен, и за пошлые шуточки его самая дерзкая головушка была оттаскана за уши. В отличие от этого шалопая я не была настроена столь оптимистично, конечно, он-то повел себя как послушный пёс, а я уж точно не самая покорная жена.
На вилле ещё горели дежурные огни, а в парке прогуливались статуи. Я впервые видела новую стражу в деле и была поражена тому, как бесшумно каменные обитатели парка выполняли свою работу. На терассе нас встретил Теодор, он был непривычно мрачен и молчалив, проводил меня внутрь, где передал из рук в руки Клодии.
— Госпожа! — служанка, не обращая внимания на хмурые брови мажордома, стиснула меня в объятьях. — Я так волновалась! Где вы были? Мы…
Ей не дали договорить, сзади раздались стремительные шаги, и коридор наполнился обволакивающим ароматом сандала.
— Сюзанна! Я жду тебя в своём кабинете через пять минут! И тебе лучше подготовить вразумительные ответы на мои вопросы, иначе я буду вынужден забрать блокатор и узнать правду напрямую из твоей головы! — Михаил не говорил, он рычал, как очень злой дикий зверь, а я позорно сжималась в комок от его голоса.
Где же найти смелость, чтобы обернуться и встретиться с его пылающим взглядом? Мысль о том, что слова Амодея могут быть правдой, оказалась той самой микстурой от трусости, и я, резко развернувшись на каблуках, посмотрела на покрытое жуткими шрамами лицо мужа:
— В таком случае, тебе тоже предстоит подготовиться к разговору! — заявила я, глядя в пылающие гневом глаза, и постаралась как можно выше задрать вверх подбородок, демонстрируя своё полное неподчинение. — Я хочу знать, что ты делал в машине моих родителей в день их гибели! Я хочу, в конце концов, хоть раз услышать от тебя правду! И если я не получу желаемого, то ты очень пожалеешь, что по дурости женился на Непостижимой, у которой помимо разрушительной силы, в запасе есть не менее разрушительный характер! — мой голос почти не дрожал, и уже этот факт заслужил едва скрываемую улыбку Клодии.
По мере того, как я говорила, лицо Михаила приобретало непривычное выражение крайнего изумления, а я, чувствуя, что держусь на голом энтузиазме, закончив свою пылкую речь, схватила юбки и помчалась в спальню. На открытое противостояние моих сил и храбрости сейчас точно не хватило бы, но я чувствовала, что и Михаил был настолько удивлён моим выступлением, что даже желай он возразить, все слова просто вылетели из его головы! Очень красивой головы, чего греха таить!