Лорд Лондона (ЛП)

— Они едут, — сказал я. Моя семья знала, что я не доверю Ческу и Джина ни одному ублюдку. Мы все бросились к машинам. Ческа схватила меня за руку, когда мы забрались на заднее сиденье моего «Бентли».
— Что случилось? — спросила она, широко раскрыв глаза.
— В мой новый док подбросили грузовой контейнер.
— О’кей, — сказала она. — Контейнер с чем?
Я провел рукой по подбородку, покрытому щетиной.
— С женщинами, — сказал я и увидел вопрос в глазах Чески. — Женщинами, ставшими жертвами торговли людьми.
Она побледнела и крепче сжала мою руку, пока мы ехали к докам. Я снова прокрутил сообщение. Все солдаты, охранявшие док, убиты. Майки, один из моих генералов, пошел проверить очередную партию и увидел, что ворота распахнуты настежь, повсюду трупы. Он нашел брошенный грузовой контейнер, заглянул в щель и увидел внутри чертову тонну женщин в клетках, накачанных наркотиками и совершенно голых.
Это был док старого Сэмми. Он все еще принадлежал ему. Мы просто заплатили ему кучу денег за него. Формально он был у меня уже несколько гребаных недель. Вот и все. Тот, кто нападает на наши доки, теперь добрался и до него.
Ческа молчала всю дорогу. Ее гребаный день рождения. Эти ублюдки нанесли очередной удар в ее чертов день рождения. Пока мы ехали, грохот из-за Ночи костров вокруг нас не прекращался. Ческа прислонилась к окну, наблюдая за фейерверками, взмывающими в небо. Но она так и не отпустила мою руку.
Наконец мы выехали на дорогу, ведущую к доку. Я обратил внимание на ворота, когда мы проезжали мимо. Петли были сорваны, а ворота распахнуты настежь. Я прищурился, глядя на своих людей, лежащих мертвыми на земле. Рука Чески дрожала, и когда я бросил взгляд в ее сторону, то увидел, что ее глаза были закрыты, чтобы не видеть истекающих кровью солдат.
Машина остановилась, и мотор затих. Было тихо. Я отпустил руку Чески. Мне нужно было выйти и разобраться со всем этим дерьмом, но она крепко держалась за меня и сдвинулась на сиденье в мою сторону.
— Я пойду с тобой, — сказала она, вскинув свой гребаный подбородок.
Наклонившись, я поцеловал ее, а потом открыл дверь. Звуки фейерверков эхом отдавались от причалов. Я подошел к Майки и увидел, что он уже расставил солдат вокруг, патрулируя периметр. Его глаза остановились на Ческе, когда я подошел к нему, явно задаваясь вопросом, кем, черт возьми, она была для меня. Мои братья и сестры шагали рядом со мной. Вера и Ронни стояли по бокам Чески, защищая ее.
Пошел дождь, и мое внимание привлек красный контейнер.
— Как, черт возьми, он попал сюда, и ни один ублюдок не заметил? — спросил Эрик и подошел ближе к контейнеру.
— Ни одного свидетеля не осталось. — Майки выдохнул на руки, когда чертов холод окутал его. Он ткнул большим пальцем в сторону трупов, выложенных вдоль стены. Наших людей просто вырезали. — Следующая смена придет только через пару часов. Это был основной состав. И их всех убрали.
— Камеры? — спросил Чарли, и я услышал раздражение в его голосе.
— Камеры посрезали, записи стерты. Ни единого гребаного следа.
Я чувствовал, как в моем позвоночнике начинает собираться гнев. Он пронесся по моим костям, заполняя каждую клетку, пока я не превратился в сгусток ярости и огня. Люди приходили от нас в ужас. Мы могли оставить все наши доки открытыми, без присмотра, оставить снаряжение на виду, и ни один ублюдок не посмел бы ничего взять, опасаясь нашего гнева. Это репутация, которую я создавал с тех пор, как моего старика убили. Мы были гребаными лондонскими жнецами. Ты пытаешься обставить нас — мы приходим и забираем твою душу. Кто бы сейчас ни делал все это, он либо новичок в Лондоне, либо у него безумное желание умереть.
У меня в голове роились мысли только о том, что тут куча мертвых людей, гребаный контейнер и тот факт, что ни один ублюдок из тех, кому я платил, не имеет ни малейшего представления, что, черт возьми, происходит.
— Артур… — Майки заткнулся, как только увидел выражение моего лица.
Я раскинул руки, показывая на все вокруг, и рявкнул:
— ЧТО ПРОИСХОДИТ, МАТЬ ВАШУ? Почему у нас до сих пор нет ни одного ублюдка, посаженного на кол за то, что смеет связываться с фирмой Адли?
Фредди стоял у контейнера с парой людей из команды Майки. Холод превращал каждый мой прерывистый выдох в белый дым. Разноцветные вспышки разрывали гребаное небо, заглушая мою ярость.
— Мы их достанем, — сказал мне Эрик, и я услышал, как открылась задвижка на двери контейнера. — Мы, черт возьми, достанем их, Арти. Никто с нами не связывается. Они не могут вечно прятаться. И когда мы их найдем, то порвем на куски.
Один из мужчин рывком открыл контейнер, и нас окутала невыносимая вонь.
— Черт! — выплюнул Винни, закрывая рукой нос и рот. Он напрягся так, будто был готов к гребаной битве.
— Нет, — прошептала Ронни, а затем отошла от остальных. — Нет! — Она бросилась к контейнеру.
— Детка! Подожди! — Вера побежала за ней, а Ческа и Бетси пошли следом.
Я почувствовал, что что-то не так, как раз когда слева от нас раздался гребаный взрыв. Я резко повернул голову к пристани, заметив полыхающую на воде лодку. Двигатель взорвался, от чего в небо высоко поднималось пламя. Весь этот звук заглушался фейерверком, все еще вспыхивающим в небе.
— Черт! — крикнул Чарли, и моя грудь сжалась так сильно, что я подумал, что вот-вот сломаются ребра. — Что это за чертовщина?
Вера и Бетси уже стояли рядом с нами, держа оружие наготове, и готовясь сразиться с любым, кто воспользуется взрывом, чтобы напасть на нас.
Я услышал крик Ронни и, обернувшись, увидел, что Ческа и Ронни пытаются открыть ближайшую клетку. Я прищурился и увидел, что девушки внутри начинают просыпаться.
— У них есть клеймо, — сказала Ронни, ее голос был пронизан болью. — Заберите их отсюда. Заберите их всех! У них у всех на спинах клеймо!
Ческа кинулась вперед, помогая ей. Раздался еще один взрыв — загорелся еще один пустой контейнер на западной стороне дока. Крики боли прорезали воздух. Кто-то из команды Майки отползал от взрыва, их одежда горела. Эрик и Винни бросились им на помощь.
— Ческа! — крикнул я, и мой голос эхом разнесся по горящему доку. — Иди сюда быстро!
— Ронни! — Вера подбежала к подруге.
Ческа и Ронни вытаскивали из клетки полуживую девчонку. Ческа оглянулась на меня, но продолжала пытаться вытащить девушек. Я побежал, догоняя Веру, как раз в тот момент, когда что-то с боку контейнера привлекло мое внимание.
— Ческа! — закричал я, увидев на двери контейнера корпус от взрывчатки.
— Нет! Нет! — Вера сплюнула, когда увидела, на что я уставился. Ческа схватила Ронни за руку и попыталась оттащить ее, понимая, что что-то не так. Но Ронни не двинулась с места. Она продолжала настаивать на том, чтобы Ческа осталась рядом с ней и помогла ей открыть как можно больше клеток.
Когда я добрался до Чески, то увидел, словно в гребаной замедленной съемке, как огонь вспыхнул в задней части контейнера. Я толкнул Ческу на землю, прикрывая своим телом, когда это чертово устройство взорвалось. Громоподобный грохот разнес подброшенный контейнер и всех, кто был внутри. В нос ударил запах горящей плоти.
Ческа все еще была подо мной. Я отполз в сторону и перевернул ее. Я был недостаточно быстр. Ей слишком сильно досталось. Царапины, порезы и грязь покрывали ее кожу.
 —  Принцесса, — пробормотал я, притягивая ее к себе. Спиной чувствовал жар от горящего контейнера. Мне было наплевать. — Принцесса, очнись, мать твою!
Я зарычал и почувствовал, как мой желудок сжался. Огромная дыра в моей груди начала пульсировать в разы сильнее, когда я уставился на закрытые глаза Чески. Пустота вытеснила все остальное из моего тела, когда я притянул ее ближе к своей груди. Она мертва. Неужели она мертва…
Кто-то дотронулся до меня, я схватил его за руку и дернул к себе, готовый разорвать всем глотки за то, что они подошли слишком близко ко мне и Ческе.
— Арти, это Чарли. Вам нужно уйти подальше от огня.