Лорд Лондона (ЛП)

Обхватив себя руками, я поднялась на борт и направилась в свою спальню. Свернувшись калачиком на кровати, я почувствовала запах лосьона после бритья Артура на своей одежде и закрыла глаза, позволяя ему окутать меня. Мой желудок скрутило, когда я вспомнила события той ночи, нападавших, но больше Артура, убивающего их так просто, так холодно, так жестоко.
Я не знала, что это за человек, но, прокручивая в голове эту сцену снова и снова, я могла думать только о том, что он спас меня. Он убил, чтобы спасти меня, и в его темной душе не было ни капли раскаяния.
Я уставилась на свои руки. Руки, которые касались его груди, живота и бедер. Несмотря на то, что знала, что это неправильно, я хотела снова почувствовать его. Только на этот раз я не хотела, чтобы он сдерживался. Я не хотела, чтобы он держался на расстоянии. Я хотела, чтобы он схватил меня и заставил забыть собственное имя. Может быть, тогда я смогу избавиться от этой одержимости им раз и навсегда.
Может быть.
***
Музыка лилась из динамиков яхты, и после нескольких бокалов сангрии я начала чувствовать себя расслабленной и свободной. Мой взгляд скользнул по людям, танцующим на верхней палубе. Солнце садилось за горизонт, отбрасывая теплый оранжевый свет. Арабелла и Фрейя подошли ко мне, когда я прислонилась к перилам яхты.
— Ты в порядке? — спросила Арабелла.
Я дотронулась до лица и провела пальцами вниз по шее. Отек немного уменьшился, но на щеке все еще красовался уродливый багровый синяк, а на шее красные следы от пальцев. Тональный крем достаточно скрывал их, чтобы люди не обращали внимания. Я сказала Арабелле и Фрейе, что сильно упала в своей комнате. Не уверена, поверили они мне или нет, но ни одна из них не стала дальше расспрашивать меня. В наших кругах многие вопросы часто оставались незаданными. Никто не хотел портить нашу, казалось бы, идеальную жизнь такой банальной вещью, как правда.
Я посмотрела на яхту Адли, стоявшую рядом с нами. Артура я не видела ни вчера вечером, ни сегодня. Завтра вернется Хьюго, и мы должны будем отправиться на Ибицу. Я снова перевела взгляд на танцующих на верхней палубе людей. В основном это знакомые Арабеллы и Фрейи. Некоторые из них вращаются с нами в одних светских кругах в Челси, но присутствовали здесь не все.
Олли Лоусон встретился со мной вчера, как и обещал. Я позаботилась о том, чтобы встреча произошла вне яхты, в ресторане в присутствии моих подруг. После той ночи в животе поселилось какие-то неприятное чувство, когда я думала об Олли. Что-то с ним было не так. Что-то такое, что я не могла объяснить, но мне казалось, что в его глазах отражалась тьма. Однако в ресторане он был, как всегда, очарователен и внимателен. Но отец вызвал его обратно в Лондон, и он уехал из Марбельи. У меня был только сегодняшний вечер. Один вечер без Хьюго и без Олли, пристально наблюдающего за мной.
Звук голосов с яхты Адли привлек мое внимание.
— Ты унылый придурок! — крикнул Эрик Мейсон кому-то в гостиной, пока выходил оттуда одетый в шорты и белую льняную рубашку. Волосы, как всегда, были зачесаны набок.
Фредди Уильямс шел за ним по пятам и отвесил Эрику подзатыльник.
— У него есть дело, которое он должен решить, идиот, —  сказал он. —  Или ты хочешь позвонить Алфи и сказать, что его сын отлынивает от работы, потому что вместо этого мы идем напиваться?
— Отличная идея, — сказал Эрик, сделав вид, что задумался на несколько секунд. Затем они спустились с яхты и направились в сторону прибрежных баров.
— Фух. По крайней мере, они не пытаются попасть к нам на борт этим вечером, — сказала Фрейя. Она выпрямила спину, когда подошел Бенедикт Шоу и, взяв ее за руку, без единого слова потащил на импровизированный танцпол.
— Она такая взбалмошная, — сказала Арабелла и чуть не упала на колени, когда к ней подошел Кассиус Локк. Она тут же отвернулась и залпом выпила свою «Маргариту». Когда я улыбнулась и вопросительно приподняла бровь, она показала мне средний палец. — Для храбрости, понятно? Не осуждай меня.
— Арабелла? — спросил Кассиус. Он кивнул головой в сторону бара. — Не хочешь выпить?
Арабелла широко улыбнулась мне, когда он повел ее вглубь яхты. Я наблюдала, как знакомые мне люди постепенно напивались. Все разбились на пары, а небо становилось все темнее.
— Пошли, старина, — раздался голос с яхты Адли. Чарли Адли и Винни Эдвардс покидали борт. Винни подпрыгивал на ходу, как будто ему вкололи чистый адреналин, и его мышцы постоянно сокращались. Чарли, обняв Винни за плечи, повел его к ожидающей их машине. Автомобиль тронулся с места и вскоре задние габаритные огни скрылись из вида.
Я допила остатки своей сангрии, пока диджей переключал музыку. Людей на танцполе становилось все больше, таблетки и шоты передавались друг другу. Я заметила Фрейю возле бара и Арабеллу, которая уже вела Кассиуса в свою комнату.
Я разглядывала людей передо мной. Все они богаты. Все говорят с таким же акцентом, как и я. Каждый из них ходил в частную школу, и не просто какую-нибудь, а лучшую из всех, что были в Англии. Мы все часто обедали в «Синей птице» в Челси и всем нам суждено было вращаться в одном кругу, соответствующем светским семьям.
Я не была исключением.
И это так сильно душило.
Поставив бокал на ближайший столик, я ушла подальше от танцпола и направилась в заднюю часть яхты. Музыка стихла, когда я перегнулась через борт лодки и невидящим взглядом уставилась на рестораны позади нас.
Знакомый запах сигаретного дыма прервал мои размышления. Даже в темноте пристани я увидела оранжевое мерцание табака, превращающегося в пепел прежде, чем упасть на пол.
Артур.
Я выпрямилась, видя, как лицо Артура чуть осветилось, когда он сделал еще одну затяжку. Его яхта была почти погружена в темноту, свет едва виднелся. Но я сразу поняла, когда он заметил меня боковым зрением. Он склонил голову набок, и его голубые глаза пробежали по моему платью. Оно было пурпурного цвета с глубоким V-образным вырезом до пупка. По бокам сквозь тонкую ткань были видны очертания груди, а юбка струилась по ногам. Мои длинные темные волосы зачесаны назад, открывая шею благодаря нескольким заколкам.
Я пыталась успокоить свои нервы, пока он смотрел на меня. Он держал руку в кармане, вся его поза — воплощение спокойствия. Я попыталась сделать то же самое, но внутри мое сердце билось так быстро, словно крылья колибри.
Люди на этой яхте были очень далеки от Артура. Возможно, Артур и был богат как грех, но он вырос в Ист-Энде. Он не учился в лучших школах и не проводил каникулы в экзотических странах, как все мы. Он жил в бедном и грязном Бетнал Грине, с его фирменным акцентом кокни. У него под ногтями кровь врагов, а их останки заперты в клетке вместе с его сердцем, поглощенным тьмой.
Но я все еще была здесь, ноги сами несли меня прочь с моей яхты. Туда, где стоял он. Артур все еще курил, держа одну руку в кармане. Но он следил за моим приближением, как лев за газелью, а мое отражение мерцало в очках с черной оправой, которые он всегда носил. Пока я поднималась по ступенькам на борт его яхты, мне казалось, что мою грудь сдавливает демон. Дорогой деревянный пол скрипнул, когда я выпрямилась и посмотрела на человека, который в последнее время завладел всеми моими мыслями. Платье развевалось теплым испанским ветром, обнажая мои ноги через разрезы юбки.
Артур выбросил сигарету за борт, повернулся и прошел через стеклянные двери к жилым комнатам. Я прижала руку к груди, чтобы убедиться, что мое сердце не выскочит. Каждая частичка меня кричала, чтобы я ушла, прекратила эту глупость. И все же что-то внутри меня, что-то грубое и дикое заставляло меня остаться. Я видела, как Артур приближался к барной стойке. Единственный свет, которым освещалась комната, это свет баров и ресторанов снаружи.
Я взглянула на свою яхту. Видела танцующих. Слышала, как они смеются, пьют и веселятся. Я должна была развернуться и уйти. Мне нужно было вернуться к Фрейе и Арабелле и хорошо провести время в ожидании возвращения Хьюго. И продолжать свою спокойную, счастливую жизнь.