Старый новый мир

– О нет, Перчик, нам достаточно одного карманного философа.
– А как насчёт второго зазнайки?
– Второй? А первый кто тогда?
Блюм, Альфред и Мята уставились на ЭрДжея.
– Ч-что? Хотите сказать я? Я зазнайка? Да мой ум и красота спасут этот мир! И я всего лишь объективно смотрю на вещи. Я красив, – ЭрДжей начал загибать пальцы, – умён, талантлив, находчив, чист сердцем и душой, а ещё… не делай такое лицо, Перчик. И такое не делай. Не-а, такое тоже запрещается.
Ребята беззаботно засмеялись.
– Интересно, не рано ли мы радуемся? – задумался ЭрДжей. – Мы ведь ещё не вышли из леса. Мало ли, куда ещё ты умудришься встрять.
– Нет, мы уже вышли, – сказал уверенно Блюм.
– Откуда ты знаешь?
– Земля подсказала, – улыбнулся Блюм. – Вон за тем холмом заканчивается лес.
– Хочется верить, – устало произнёс Альфред. – Ай! Да что ж такое?.. – он снова схватился за колено.
– Ал, ты как? – обеспокоенно спросила Мята.
– Знаете, что я вам скажу… – все напряженно ждали слов Лекаря. – Будет гроза…
 Глава 12. Проводник воли мира 
 
Колени Альфреда не обманули ребят. Тёмные грузные тучи сгустились над ними, и этот болезненно серый цвет не предвещал ничего хорошего. Где-то вдалеке были слышны раскаты грома и виднелись вспышки молний.
Альфред в очередной раз восхитился силой природы – ветер сбивал с ног, давал пощёчины и гнал друзей в неизвестном направлении.
И в момент, когда всем уже начало казаться, что спасения от этой надвигающейся бури нет, неожиданно на горизонте выросло укрытие. Ветхий деревянный домик на опушке выглядел довольно приветливо и вполне мог послужить убежищем. Особого выбора всё равно не было.
– Не похоже, чтобы кто-то там жил, – сказал Альфред.
– А если всё-таки там кто-то живёт? И если этот кто-то обеспечит нам новые проблемы, как это обычно бывает с нами … – засомневался ЭрДжей.
Почему-то самого рационального человека из всей компании одолевало странное чувство, что это очень не хорошая идея. Почему-то ему не хотелось идти туда, но сам он не мог понять, с чем это связано.
– Ну что, идём? – умоляюще спросила Мята ещё сомневающихся мальчиков. – Блюм, а ты что скажешь?
Фантаст стоял молча и не выказывал никаких эмоций относительно этого странного места. Он внимательно смотрел на домик, смотрел и будто чего-то ждал. Вдруг окно дома залилось тёплым желтым светом – кто-то зажег внутри свечи.
– Пойдёмте, – спокойно сказал Блюм и пошел навстречу этому свету.
Все пребывали в недоумении – значит дом всё-таки жилой, но ведь изначально свет в нём не горел. Человек в доме, будто почувствовал, что к нему идут гости и зажег свечи, но это же невозможно.
То ли дело в холодном ветре, то ли в таинственной случайности, но у всех троих пробежали мурашки по спине. Только Блюм не сомневался. Он уверенно шел туда, пока друзья всё ещё занимались самоуспокоением и собирались с мыслями, чтобы сдвинуться с места.
– Не нравится мне всё это… – раздраженно сказал Изобретатель и друзья пошли догонять Блюма.
Когда до дома оставались считанные шаги, дверь открылась, и на пороге возник силуэт мужчины. Лица его не было видно, и у всех кроме Блюма, в этот момент сердце ушло в пятки. Теперь не было сомнений, что этот человек каким-то образом чувствовал их приближение. Но как? Кто он такой?
Не проронив ни слова, силуэт отошел назад, приглашая ребят войти в его дом.
– Спасибо тебе большое, что впускаешь нас, – сказал Блюм и подтолкнул Мяту к входу.
И как только все оказались внутри, природа обрушила небесную воду на эти земли. Дверь медленно закрылась и шум грозы стих.
На вид этот домик был старым, будто вот-вот развалится, но внутри оказалось очень уютно и тепло.
Первое, что бросается в глаза – это огромная прихожая, захламлённая горами вещей. И хотя само помещение было довольно просторным, но все эти пожитки съедали практически всё свободное пространство. Здесь даже не было места, чтобы элементарно развернуться. Любое неверное движение могло стать причиной лавины из коробок с вещами. Они неровно стояли друг на друге, и некоторые из таких башен были высотой до потолка. Но самое удивительное в этом месте – рисунки. Вся прихожая была увешана ими. Они висели на стенах один поверх другого, торчали из коробок или книг и даже валялись на полу.
 
По углам стояли какие-то непонятные вещи, а старые полки гнулись под весом книг. Совершенно забывшись, Мята сделала шаг, не глядя под ноги, и споткнулась обо что-то.
– Ой! Прости!
Она в панике посмотрела на то, во что врезалась – это была банка с краской. Мята очень удивилась размерам ёмкости, ведь она в своей жизни имела дело только с баллончиками, и то уже пустыми, а здесь таких банок было много, и они тоже стояли одна на другой. Кто же это всё-таки такой?..
Её мысли были прерваны голосом Лекаря:
– Спасибо, что впустил нас. У нас есть чем отплатить тебе.
Мята наконец-то решилась обернуться, чтобы тоже поблагодарить незнакомца, но как только она увидела его, у неё пропал дар речи.
Худощавый, ростом чуть выше ЭрДжея, человек без единого волоска на голове, стоял перед ней в одних только джинсах. На нём не было футболки, но его тело не было обнаженным. Руки от плеч до кончиков пальцев, весь торс, шея и даже часть лица были покрыты рисунками удивительного мастерства. Детали и образы восхищали, а то, что это было изображено не где-нибудь, а на теле, изумляло вдвойне.
У него был впалый живот, торчащие рёбра и костлявые плечи, но при этом на руках и груди виднелись мышцы, туго обтянутые разрисованной кожей. Хотя он и выглядел немного худощаво, но на лице это никак не отразилось. Приятный светлый оттенок кожи, высокие веки, и кристальные светло серые глаза. Брови и небольшая щетина были светлыми, хотя голова была идеально выбрита налысо.
Этот человек был уже не молод, хотя был ещё и не стар. Вокруг глаз и на лбу отчётливо виднелись морщины, которые время навсегда оставило на его лице. Он мог бы сгодиться Мяте в отцы, но выглядел прекрасно, – его тело дышало здоровьем и силой.
Молчание затянулось, и ребятам было уже неловко так откровенно рассматривать незнакомца, но татуировки на его теле рассказывали целую историю, и невозможно было отвести от них взгляд.
Надписи плавно перетекали в рисунки, рисунки сливались с символами, символы соединяли воедино картину его жизни. Никто не знал, что означают эти изображения, но кажется, Блюм всё понимал. Он плавно прошел глазами по всему полотну, пока не дошел до лица. Под правым глазом было маленькое изображение земли в виде круга, под левым – полумесяца, а на лбу, чуть выше переносицы находилось маленькое солнце. Наконец-то их взгляды пересеклись. Оба изучающе смотрели друг на друга.
– Спасибо ещё раз, ты спас нас от большой беды. Меня зовут Альфред, – учтиво сказал он.
– Меня зовут Мята… – еле слышно произнесла завороженная девочка.
– А меня Блюм.
Но впустивший не слушал ребят, он не мог сконцентрироваться. Всё внимание взял на себя мальчик с удивительным цветом глаз. Хозяин дома почувствовал огромную энергию ещё задолго до их появления, но он и подумать не мог, что источник такой силы – этот юноша. Энергия была настолько велика, что он просто не понимал, как она могла поместиться в это тело.
– Кто ты такой? – с тревогой спросил хозяин дома Блюма.
– Эмм… – он был в некотором замешательстве. – Моё имя Блюм, но можешь звать меня Се́лькис, Тофос или Риши.
Незнакомец выглядел растерянно. Он прожигал взглядом юного путешественника, и никто не мог понять, в чём дело. Всё же хозяин дома сумел совладать с собой и отвёл испытывающий взгляд. Мужчина устало потёр глаза.
 
– Простите, что-то я… ужасно устал за сегодня… Не могли бы вы повторить.
– Мята, – девочка улыбнулась.
– Меня зовут Альфред. Спасибо ещё раз, что впустил.
– Не за что. Мой дом всегда открыт для тех, кто ищет. Моё имя Ми́рас. Я мастер росписи на теле.