Гремучий Коктейль 3 (СИ)

— Особенно, если ты владелица огненной чернокниги, — хмыкнула тоненькая брюнетка, — То есть, ты хочешь её прикончить?
— Было бы неплохо закрыть этот вопрос навсегда, но нет, не особо, — поправив хавн так, чтобы он не топорщил сюртук, я прищелкнул каблуками, красуясь перед зеркалом, — Только я знаю даймона этой дурочки. Спигон — злой, жестокий и своевольный, он запросто сможет спровоцировать эту теряющуюся в любой ситуации дуру на драку.
— Тогда почему мы идём к ней, а не объясняем это всё новому директору? — кисло спросила бывшая боярыня, постукивая кончиком зонтика по паркету.
— Потому что если даже что-то делать не очень хочется, то это не повод это «чего-то» НЕ делать, — пояснил я, — Мы с тобой и так очень загружены, нам еще оборотня проклятого этого искать, Ежову отчеты писать, учиться, тренироваться, искать порталы в городе. Аркадий, опять же, не чаю попить приедет. Про Сильверхеймов не стоит забывать, отказ Синдиката для Сильвии мало что значит, я её оскорбил надежно… В общем, дел много.
— Поэтому провоцировать и убивать одноклассницу, чья вина только в спеси и дури, ты будешь без желания, но с чувством своевременно выполняемого долга, — мрачно заключила жена.
— Еще немного и я начну в тебя влюбляться, — предупредил её я, — В этой жизни так сложно найти понимающего тебя человека!
Заливистый хохот Пиаты, что-то уже стырившей с кухни, вынудил Кристину промолчать. Впрочем, недолго эйна торжествовала — взяв её двумя пальцами за шкирку, Анна Эбигейловна вынесла воровку со своей территории, торжественно вручив мне. Вниз я спускался уже под ручку с хрупкой брюнеткой… и с миниатюрной горничной, как-то уместившейся на моем плече.
Идти оказалось совсем недалеко, прямо во внутреннюю сторону питерского «квадрата» возле академии, того, где я совсем недавно прижмурил несколько бандюг, отобрав у них деньги, предназначенные для скупки маны студентов. Как оказалось, быть рантье очень популярно среди питерцев, так что людей жило в соседних с нашим учебным заведением немного. В большинстве лишь хозяева нескольких квартир, сдающие лишние апартаменты.
— Эта-то — баронесса…? — задумчиво протянула крепкая тетка в очках, перехватившая нас в момент штурма парадной, — Точно? А мне не говорила…
— Странно, — хмыкнул я, — Она всем представляется. Мы точно о этой девушке говорим?
— Точно-точно! — пискнуло у меня с плеча, заставляя хозяйку схватиться за сердце, — Это она! Волосы не подделаешь!
— Оно живое… — еле двигая губами, промычала хозяйка, имея в виду Пиату. Я и Кристина, правда, времени терять не захотели, поэтому пошли наверх, к логову скрытной баронессы.
На стук нам никто не ответил. Пиата, тоненько хмыкнув, шмыгнула у меня с плеча, сообщив, что «посмотрит» снаружи, ну а мы, чтобы не стоять дураками, спустились назад, к даме-рантье. Та подтвердила, что видела, как рано утром эта «баронесса» (сомнение в голосе петербурженки читалось крупными буквами) куда-то шмыгнула с полным баулом, типа тех, в которых таскают вещи.
— Сбежала? — вслух удивился я, переглянувшись с Кристиной.
— Да нет, вернется, — махнула полной ручкой женщина, — Она постоянно так. Я-то потому и удивилась, когда вы сказали про баронессу…
И выкатила добрая женщина нам историю, в которой эта самая, с «огненными волосами и глазами как у кошки», пришла к ней снимать жилье. Договорившись, Анна Петровна (так звали арендодательницу) видела, как Ария одна приперла три больших чемодана, влезла в квартиру и, судя по тем невнятным звукам, которые уловило ухо любопытной рантье, сильно радовалась переезду. А затем начала бегать. Почти каждую ночь. С баулом. Вечером уходит, а к утру назад является. Еще и после обеда иногда куда-то этот баул таскает. Вот она и подумала…
А ведь не зря подумала. Сорок рублей стипендии молодым людям крайне мало, чтобы жить хорошо и весело, а заработать, да еще и благородным — с этим никак. Совсем никак. Поэтому, если молодым мужчинам деваться, в принципе, почти некуда, то у девушек может быть один выход. Древнейший, так сказать. Но…
 
— Невозможно! — хором выдали мы с Кристиной, сильно удивив этим тетушку. Затем, узнав у неё вечернее время, когда Ария обычно всегда дома, откланялись. Выйдя из дому, я снова приобрел себе эполет в виде довольной как слон миниатюрной эйны.
— Бардак у неё, — наябедничала служанка Азова, — Не убрано ничего. Крошки везде. Ужас! Но с мужиком живёт и явно не бедствует.
— Как… с мужчиной? — удивилась моя жена, задирая голову к эйне, — Анна Петровна же следит!
— Не знаю, — пожала плечиками горничная моего друга, — Но там половина вещей мужские.
Вот откуда у неё деньги на съём жилья, тут же мы всё поняли. Нашла себе любовника, но так, как большинство дам, подобных Анне Петровне, предпочитают сдавать лишь девушкам — он домой попадает тайно, может быть даже по крыше. А вот куда с сумкой регулярно ходит наша «королева» и лидер класса — это дело насквозь темное и непонятное. Да еще и на всю ночь. Чем она там занимается, если по рассказам того же Азова — весь день прыгает и скачет по академии? Да и тренировки не пропускает?
— Что-то тут очень странное происходит, — заключила бывшая Тернова, — Но это дело не наше. Идём домой обедать, а затем устроим легкий спарринг. Потом снова сюда вернемся.
— И татуировки мне покажете! — тут же запрыгала у меня на плече эйна.
Кристина уже что-то хотела ответить несносной мелочи, но тут стоящие у подъезда мы внезапно подверглись атаке. А как иначе оценивать летящий на нас мана-мобиль, только что вывернувший из арки?
Хотя, это было не всё. Вывернувший из арки мобиль еще с гудением буксовал на одном месте, как из подъезда (в жопу «парадные»!), расположенного между машиной и нами, выскочил расхристанный молодой человек, высокий, хорошо сложенный и не менее хорошо одетый. С раскрытой чернокнигой в левой руке. Выскочил он не просто так, а лицом к нам, угрожающе что-то вопя и… замахиваясь здоровенным огненным шаром!
Подобное настолько не вписывалось в мою картину мира, что я просто не успел среагировать. Пиата, тренированная метательница ножей, тоже. Про Кристину и говорить нечего. Впрочем, того же нельзя сказать и про молодого человека с огненным шаром, и про водителя нападающего мана-мобиля, перед которым тот выскочил. Среагировать не успел никто!
Молодой пользователь гримуара получил бампером в зад, придушенно вякнул, заваливаясь на капот и выпуская боевое заклинание в бок. Там у нас была стена дома, она была близко, шар с полагающимся по своим размерам звуком мощно взорвался, отшвыривая ударной волной не только самого молодого человека, но и массивный мана-мобиль, тут же со скрежетом вписавшийся в драку с поребриком.
В этот момент я уже шагал вперед, оглашая питерский внутренний двор рёвом выстрелов крупнокалиберного револьвера. Удерживая Щит, я стрелял из-за его края, вбивая один свинцовый подарок за другим в лобовое стекло так удачно замедлившегося мана-мобиля. Пиата, черно-белой вспышкой мелькнувшая со стороны Щита, за секунду с небольшим оказалась возле той стороны мобиля, что пострадала от взрыва, а затем быстро-быстро закинула внутрь несколько порций чего-то маленького и блестящего. Скорее всего, своих метательных ножей.
Прикрывая Щитом Кристину и краем глаза поглядывая на слегка дымящегося и неподвижного парня, валяющегося на газоне, я дошёл до магической машины. Увидев отмашку посерьезневшей подруги-эйны, поглядывающей по сторонам, заглянул внутрь. Зрелище было малоаппетитным — двое людей, сидевших впереди, смирно истекали кровью из проделанных мной дырок в грудных клетках, а вот в задних я попал куда хуже, но тут работу доделала Пиата — её острые как бритвы ножи вспороли людям глотки, от чего те как следует разукрасили салон машины в красный цвет брызгами. Все были гарантированно мертвы.
Кристина, как умная женщина, стояла там, где я её оставил, закрываясь Щитом и настороженно поводя стволом своего пистолета, готовая в любой момент предупредить нас криком, если вдруг появится кто-то еще. Кивнув ей, я пошёл добивать невезучего идиота с огненными шарами, но здесь меня ждал сюрприз — лежащее тело, слегка дымящееся и определенно бездыханное, начало развеиваться в подрагивающем вокруг него воздухе. Как краска в воде…