Мастер печатей (СИ)

— Ты пока макр доставай, а я попробую наверх забраться. — Я, вытаскивая кристалл, посмотрел в сторону графа, который, тем временем, подошел к стене, начиная ее ощупывать. Потом он неожиданно быстро полез по стене вверх, помогая себе выросшими когтями. Никаких магических плетений я не видел, скорее всего, это одна из его родовых способностей.
Активировав истинное зрение, я начал рассматривать пространство перед собой, не забывая и про сами стены. Несколько ловушек прямо впереди, в виде замысловатой паутины, которую не так-то просто обойти. Только если потратить время и распутать плетение. А вот картина переливающихся нитей на одной из стен была мне знакома. Маскирующие чары, которые я видел на стенах поместья Сапсановых. Только за ними была скрыта пробоина в стене, через которую можно было пройти, что я, собственно, и проверил, спокойно просунув руку через нити чар.
— Василий Дикобразов покинул лабиринт. Мир его праху. — Я вздрогнул, услышав женский голос. А вот это уже становится интересно. Только я до конца не верил, что они действительно решили устроить конкурс на выживание. Надо было все-таки переодеться.
— Надо идти по правилам лабиринта. — Проговорил Рысев, подойдя ко мне. Глаза его светились желтым светом, а зрачок был вертикальным, словно у кота. Значит, действительно один из даров его бога. Интересно, когда я применяю истинное зрение у меня меняется цвет глаз?
— Что? Ах, да, я согласен. Вот только, думаю, что мы можем сократить наш путь.
— И каким же образом? — он пристально посмотрел на стены, нахмурившись.
— Часть стены — это иллюзия. Полагаю, если идти через них, то вполне можно достичь центра легко и непринуждённо. — Я пожал плечами и, подойдя к проему, скрытому под чарами маскировки, спокойно прошел через заклинание, тут же осматривая очередной коридор.
— Очень полезный дар, — присоединился ко мне граф.
— Это, да, — я пристально посмотрел на Рысева. — Напомни мне, что-то я запамятовал, ты где учишься?
— В Академии изящных искусств. А почему ты спрашиваешь?
— Просто пилка твоя из головы не выходит, — я рассмеялся. Парень не так прост, каким хотел бы казаться. Надо у Шмелева про него расспросить, он наверняка многое знает о гостях этого балагана, под названием осенний бал. — Да и меч вполне солидно выглядел. Плюс, моторика движений…
— Брось, — отмахнулся он. — Я же кот. И действительно художник. Не всем же быть воинами.
— Ну-ну, — я усмехнулся и сразу же сделал очередной шаг через проем, который был расположен напротив предыдущего.
Оказываясь в очередном коридоре, в котором было спрятано минимум по две-три ловушки, я находил проем, проходя через него и избегая таким образом неприятностей. Хотя повсюду раздававшиеся рычащие, визжащие, чавкающие звуки особой радости не вызывали. Женский голос периодически монотонно сообщал о покинувших лабиринт участниках, и чем дальше мы проходили к центру, тем чаще возникали эти сообщения. Я уже потерял счет тому времени, которое мы провели в этом месте, и чем глубже мы продвигались, тем больше мне хотелось выбраться и надавать по морде Шмелеву, который точно знал о таких странных забавах князя. Перейдя через очередной проход, я резко остановился, сделав несколько шагов в сторону. Довольно большое пространство коридора заполняло раскинувшееся болото, в котором увяз какой-то парень, всеми силами, стараясь из него выбраться. Это была одна из магических ловушек и, скорее всего, выполненная при помощи зеленого макра, потому как чем интенсивнее человек применял магию, чтобы освободиться из пут этого плетения, тем сильнее они его затягивали и тянули вниз. Я даже не обратил внимание на то, когда появился граф, стараясь понять, как распутать плетение или выбраться из этой ловушки, если вдруг не сможем ее преодолеть и увязнем в этом болоте.
  
— Это тоже иллюзия? — спросил меня Рысев, но я только тряхнул головой, краем глаза отмечая, как быстро и четко он расправился одним броском кинжала с тварью первого уровня.
— Не похоже. Во всяком случае, этот тип вполне настоящий… — ответил я. — Знаешь, в этом есть что-то притягательное, — произнес я, глядя, как медленно сантиметр за сантиметром погружается машущий руками парень в болотную тину.
— В чём? В том, как человек тонет? — переспросил он.
— Да, нечто омерзительно залипательное, — я тряхнул головой, так и не найдя способа разрушить плетение без вреда для собственного здоровья. Все связующие точки были с внутренней стороны заклинания, и как пробраться в этом место я не представлял.
— Манулов — ты псих, — объявил он странным радостным голосом. — Но, как ни странно, мне это нравится, — после чего он ринулся к краю болота, видимо, чтобы попытаться спасти парня, который уже не делал никаких попыток сопротивляться.
Сбоку раздался стрекочущий звук, который отвлек меня от болтовни графа с парнем. Я сделал несколько шагов назад, отдаляясь от болота, в направлении этих звуков, заглядывая за поворот, стараясь рассмотреть тварь. Звуки приближались, но самого монстра видно не было.
— Твою мать, — процедил я, когда повернулся в сторону утопленника. Граф находился в непосредственной близости от булькающей жижи, когда болото словно ожило, поднявшись с двух сторон, и набросилось на тонущего парня, поглотив его полностью. Я видел, как болото начало расширяться, приближаясь к Рысеву, поэтому, быстро подбежав к нему, схватил того за ноги и просто отволок подальше от опасного участка.
— Вот это уже не смешно, — он ткнул пальцем в сторону болота, едва сдерживая ярость. — Совсем не смешно.
— Я бы предпочёл убраться отсюда, — печать вознесения сорвалась с руки. На удивление, в этом лабиринте внешней энергии было достаточно, чтобы элементарно перелететь это плетение. — Иллюзия в стене прямо напротив болота. Придётся прыгнуть прямо в неё.
— Если у тебя есть такая возможность, то лучше поторопиться, — ответил он, когда в конце коридора появилась гигантская саранча, издающая привлекший мое внимание ранее стрекот.
Я только поморщился и взлетел вверх на воздушной подушке, втянув парня на нее за собой. Преодолев болото, мы пролетели в очередной проем. Тратить энергию не слишком хотелось, поэтому опустившись вниз, я развеял печать, оглядывая место, в котором мы очутились.
— Магия воздуха? — спросил он, осматривая так же, как и я, довольно широкое пространство, в которое вело множество дверей.
— Почти, — уклончиво ответил я, рассматривая стоявшую в центре статую химеры.
— Какое убожество, — наконец, резюмировал граф, перестав ходить вокруг нее, остановившись прямо перед ней. — И что нам теперь делать? Есть мысли?
Неожиданно статуя ожила. Её глаза вспыхнули алым, и она, соскочив со своего помоста, бросилась сразу на графа, который призвал меч. Поступью тени я молниеносно оказался у нее за спиной и ударил в одну из связующих точек заклинания. Одновременно со мной, ударил и Рысев. Какой из ударов стал решающим было не понятно, но тварь рухнула, рассыпавшись грудой камней.