Адмирал Империи 45 (СИ)

— Я понял вас командующий, — коротко кивнул ему Демид.
Павел Петрович жестом показал, что они свободны, а сам подошел к огромной голографической карте сектора.
— Куда же ты направился, крестничек? — тихо произнес Дессе, вглядываясь в россыпи звезд. — И насколько хорошо ты усвоил мои уроки?
Когда адмиралы вышли из каюты командующего и направились по коридору к своим шаттлам, между ними повисло неловкое молчание. Доминика все еще была зла на Зубова из-за того, что именно ему доверили поиски императора. Для нее это задание выглядело особенно важным.
  
Дело было даже не в том, что Доминика опасалась за мою жизнь. Она прекрасно видела, как Демид относится ко мне — при всей своей жестокости к врагам, меня он уже давно не причислял к таковым. Кантор задевало скорее то, что ее опыт и умения оказались недооцененными командующим.
— Желаю удачной охоты, контр-адмирал, — наконец произнесла она с едва уловимой ноткой сарказма. — Вам понадобится удача, ведь придется иметь дело не с заурядным космофлотоводцем, а с лучшим рейдерским адмиралом Российской Империи.
— До этого момента я считал, что лучшая в этом деле — вы, — улыбнулся Демид, пытаясь разрядить обстановку своим фирменным комплиментом.
— Не нужно этой неуместной лести, — фыркнула Доминика, хотя в глубине души ей было приятно это слышать. — И не думайте, что я стану рассыпаться в благодарностях за то, что вы расхваливали меня перед командующим. Я прекрасно понимаю, делали вы это лишь потому, что сами не горели желанием участвовать в погоне.
— Сожалею, что у вас появились сомнения в моей искренности, — пожал плечами Демид Александрович. — Не стану вас переубеждать, но могу лишь повторить: я действительно считаю вице-адмирала Кантор лучшим рейдером в Империи. И это не комплимент, чтобы расположить вас к себе — это констатация факта, основанная на длительном изучении ваших прошлых операций. Каждый ваш рейд заканчивался полной победой с малыми исключениями.
— И даже последняя схватка? — хмыкнула Доминика.
— Только не берите на себя вину за то, в чем её нет, — искренне воскликнул Зубов. — Если вы имеете в виду операцию по захвату космической крепости Кронштадт и случившегося за тем инцидента, то ваша вина там отсутствует полностью. Вы были лишь исполнителем воли адмирала Василькова.
— Я верила ему, — тихо произнесла девушка.
— Понимаю, я сам был можно сказать, несколько удивлен поступком Александра Ивановича, — кивнул Демид. — Но позже поразмыслив, задался вопросом — так ли безрассуден был Васильков в своих действиях? Контроль над императором открывает невероятные перспективы. Да, это превращает большинство игроков в твоих кровных врагов, но такая игра, пожалуй, стоит свеч.
— Поверьте, я лучше вас знаю этого человека, — грустно усмехнулась Доминика.
— Это очевидно.
— И поэтому могу сказать, — продолжала Кантор, — что когда контр-адмирал Васильков принимал эту нелепую присягу от мальчика-императора, он не думал ни о каких перспективах и выгодах. Не о власти думал он, когда вставал на защиту Ивана Константиновича, а о том, как уберечь ребенка от новых потрясений. Александр слишком благороден, и это проклятое благородство его в итоге и погубит.
— Его благородство спасло мне жизнь уже несколько раз, — задумчиво произнес Демид. — За это качество я его и уважаю.
— Не только вас спасал наш идеальный рыцарь, — Доминика обвела рукой пространство коридора. — Очередь из благодарных, включая меня, была бы бесконечной. Только что толку? Люди не ценят доброту и быстро о ней забывают.
— Я помню, — твердо сказал Зубов. — И когда-нибудь отплачу адмиралу Василькову тем же.
— Только постарайтесь не быть слишком добрым, когда будете гоняться за ним по всему ближнему и дальнему космосу, — нахмурилась Доминика, почувствовав упрек в свой адрес в последней фразе собеседника. — Иначе никогда его не поймаете, а это чревато последствиями.
— О чем вы?
— О том, что командующий Дессе становится очень неблагосклонным к людям, которые его подводят, — многозначительно произнесла вице-адмирал, явно со знанием дела. — Эта операция по поимке императора в случае успеха принесет вам огромные бонусы и возможно даже восстановит вашу репутацию в глазах общества.
— Плевать мне на репутацию и на общество! — не сдержался Зубов.
— Это только слова, — усмехнулась Доминика Кантор. — Ни на кого вам не плевать. И вы прекрасно понимаете — это ваш последний шанс. Задумайтесь, что будет в случае неудачи? Боюсь, захват мальчишке-императора является для вас последней надеждой.
Теперь уже Демид был явно задет её словами, но внутренне признавал их правоту. Поэтому промолчал, не став спорить.
— Я сожалею о том, что произошло, — сказал он уже на взлетной площадке, стоя у офицерских шаттлов.
— О чем именно? — удивленно спросила Доминика.
— О том, что вы пострадали, о том, что потеряли человека, которого любили, о том, что сейчас не можете быть рядом с ним, — Демид говорил сбивчиво, стараясь подобрать правильные слова.
К его изумлению, вместо печали он увидел на лице Доминики лишь саркастическую усмешку.
— Не стоит обо мне переживать, господин контр-адмирал, — холодно произнесла она, направляясь к своему челноку. — Все, что вы перечислили, больше не имеет для меня никакого значения. Совершенно никакого…
Демид был ошарашен её словами. Он молча опустился в кресло второго пилота своего шаттла и долго сидел неподвижно, погруженный в размышления. Челнок Доминики Кантор давно покинул ангар, а Зубов все не отдавал никаких распоряжений.
— Возвращаемся на наш флагман, господин контр-адмирал? — осторожно спросил пилот.
— Что? — Демид очнулся от своих мыслей. — Нет… Летим в жилой модуль космической крепости Кронштадт.
— Слушаюсь. Какой терминал?
— Центральный корпус. Там, где размещались императорские покои.
Челнок покинул просторный ангар авианосца «Петр Великий» и направился к громаде орбитальной крепости, находившейся совсем недалеко в пределах видимости невооруженным взглядом. «Бело-синие» дивизии сейчас стояли на внешней орбите Санкт-Петербурга-3, поэтому полет занял буквально минуты. Пройдя через открытые пневмо-ворота, маленький шаттл оказался внутри «сферы» Кронштадта.
Зубов хорошо знал расположение помещений в жилом модуле — не так давно он сам был здесь и участвовал в событиях вокруг императора. Теперь контр-адмирал надеялся найти хоть какие-то зацепки, способные навести на след беглецов.
— Приземляйтесь на площадку у главного входа, — скомандовал он пилоту.
— Здесь довольно многолюдно, — заметил тот, осторожно сажая челнок между двумя транспортными модулями. — Похоже, не всю станцию еще успели разграбить.
Демид окинул взглядом пирс и площадку. Действительно, десятки солдат и техников сновали туда-сюда, продолжая выносить из модуля все, что только можно было унести. Даже при «черноморцах» здесь не было такого хаоса. Зубов с горечью наблюдал за этим зрелищем.
Проходящие мимо офицеры отдавали ему честь, видя знаки различия контр-адмирала Северного космофлота, но никто не решался остановить и задать вопрос, что он здесь делает. Демид Александрович прошел в бывшие императорские покои, надеясь расспросить кого-нибудь из персонала модуля или охраны о событиях минувшей ночи. Но все оказалось тщетным — помещения были полностью разграблены, а свидетелей не осталось. Слуг у императора уже тогда не было, а охрана состояла из штурмовиков вице-адмирала Красовского, которые либо погибли, либо ушли со своим командиром.
Разочарованный Демид медленно прошел по опустевшим коридорам и вновь спустился с центральной лестницы, направляясь на пирс и пытаясь собраться с мыслями. Неожиданно знакомый голос окликнул его откуда-то из-за остова сгоревшего десантного челнока:
— Рад видеть вас в добром здравии, господин контр-адмирал!
Зубов обернулся и увидел капитана-командора, который приветливо улыбался ему, того самого, что чуть не прирезал его на «Москве», когда во главе тысячи «морпехов» захватывал флагман контр-адмирала после его поражения от дивизий Черноморского флота и османов Бозкурта…