Темные воды Миссисипи (СИ)

Стрелка на спидометре «Эксплорера» замирает на отметке сто миль в час, когда я, наконец, нагоняю автобус на въезде в Лафайет и преграждаю ему путь своей тачкой.
ГЛАВА 50
Микаэлла
«Как в воде лицо — к лицу, так сердце человека — к человеку.» (Притч.27,19)
Я не слышу того, что мне говорит Коул о хорошей работе, вручая рекомендательное письмо и флэшку. Мои глаза устремлены на его лицо, что больше не отражается во мне. Оно скрыто под ледяной маской, которую мне удалось сдернуть и разорвать на мелкие кусочки. Видимо, он склеил ее и нацепил, чтобы сделать мне больнее. После того, как Коул уходит, оставив меня на распутье, я окидываю взглядом квартиру, подхожу к панорамному окну и прижимаю ладонь. Его крошечная фигура умещается между указательным и средним пальцем. Издавая скрип мягкими подушечками, шепчу: «я тебя люблю». Затем, сминаю письмо и бросаю себе под ноги.
Связка ключей бесшумно ложится на высокую тумбочку у входа. Я запираю дверь и ожидаю прибытия лифта. Едва металлические створки разрывают мое кривое отображение, я замираю. Разбитое зеркало, напоминает мне паутину, из тысяч мелких ниточек. Коул? Нет, ни одной мысли, ни одного воспоминания о нем!
Оливер радушно улыбается, я подхожу, обнимаю консьержа, отчего он, слегка опешивает.
— Я была рада, с тобой познакомится, до свидания.
— Всего наилучшего, Микаэлла.
— Оливер?
— Да. — сиюминутно отвечает мужчина
— У тебя есть бумажный конверт. Можно использованный.
— Постой-ка, сейчас гляну.
Он копошится в ящике стола и вылавливает потертую, слегка измятую упаковку.
— Сойдет?
— Спасибо. Еще раз, прощай.
— Удачи тебе.
С хорошими пожеланиями, я ловлю такси на оживленной улице и прежде, чем поехать в клуб, прошу водителя доставить меня в полицейский участок. Он задает корректный вопрос, в какой? Я размышляю и мигом меняю ему ориентир:
— В управление ФБР.
— В местный офис ФБР? — уточняет молодой, темнокожий водитель.
— Да, я не знаю, как правильно называется.
— Будет сделано, мисс. — он улыбается и вскоре, мы останавливаемся у внушительного, монохромно-серого сооружения. — Приехали.
— Спасибо. Не уезжайте, пожалуйста.
— Хорошо.
Я направляюсь к входу и мгновенно натыкаюсь на двух дежурных офицеров в форме. Отдаю им желтый, пузатый конверт и исчезаю.
— Мисс?!
Мужчины переглядываются, один из них берет конверт с надписью: «Община Святого Патрика». Дверь отрезает меня от их летящих вопросов, и я облегченно выдыхаю. Такси трогается с места, как только сажусь на сиденье.
В клубе я быстро справляюсь с задуманным делом и прощаюсь с Большим Сэмом, крепко повиснув на его могучей руке. Бедный таксист, оказывается под моим управлением на несколько часов, но не выражает недовольства, а лишь кивает, когда я ему что-то говорю. Сейчас я улыбаюсь, потому что лимонные тянучки в столе Коула, обязательно отыщут тропинку к его сердцу. Пусть, я лично не увижу эту гримасу, но приятно осознавать, что в его памяти всплывет тот прекрасный вечер.
Автовокзал встречает непривычной пустотой. По-моему, только я одна бегу от себя самой этим теплым летним днем. Билет куплен и вот-вот начнется посадка. Кажется, я не буду скучать в салоне автобуса. Две девушки в компании парней, смеются и теребят корешки билетов неподалеку от меня. Потом возникает целая команда подростков во главе с учителем. По их разговором, узнаю, что они едут на какой-то мюзикл в театр Лафайета.
Как только двери автобуса открываются, я одной из первых показываю свой билет и занимаю любимое место с левой стороны, у окна. По мере наполнения салона, возле меня усаживается мальчишка из той школьной группы и вставляет в уши наушники. Я же выуживаю вырванные листы дневника и принимаюсь за чтение. Мое лицо меняется в зависимости от строчек, по коим бегают мои глаза. Необычно окунаться в собственное, недавнее настоящее и знать, что такого больше никогда и ни с кем не повторится. За чтением время не тянется, как карамель.
Внезапно, автобус заполняют крики и негодование. Я прихожу в себя, приподнимаюсь и замечаю «Эксплорер», что преграждает путь. Твою мать! От неожиданности, вжимаюсь в кресло и заталкиваю листы в рюкзак. Какого хрена он это делает?! Я прикидываюсь, что мне все равно, что меня не заботит выходка Коула. Только пассажиры, начинают высовываться из дверей и окон, чтобы посмотреть, в чем причина резкой остановки.
 
— Открывай эту гребаную дверь! — голос Коула глухо раздается из-за стеклянной двери автобуса. Водитель делает так, как велит ему странный парень.
— Какого хрена, мужик?! Нам нужно ехать! — один из пассажиров вырастает на пути у Коула. Парень одним только взглядом заставляет, выступающего мужчину, вернуться на место.
— Микаэлла? — рычит Даффи, продвигаясь вглубь салона.
Я собиралась сползти вниз и притаиться, но зная этого парня, поднимаюсь на ноги и складываю руки на груди.
— Что тебе нужно? Ещё что-то забыл мне передать?
— Где твои вещи? — Коул находит мой рюкзак на сидении. — Идём!
Парень разворачивается и двигается к выходу. Я закипаю от гнева. Сумбурно извиняюсь перед мальчишкой, которому отдавила ногу, спешно пробираясь по узкому проходу.
И вот, три ступеньки спустя, я стою на дороге, в первых лучах заката.
— Какого хрена, Коул?! Верни рюкзак и вали к черту!
— Твоя поездка отменяется! Садись в машину!
Коул закидывает мои вещи на заднее сидение «Форда». Его командный тон заставляет меня дрожать от возмущения.
— И не подумаю!!! — я обхожу машину и со всей силы пихаю его руками. — Ты мне надоел! Не лезь в мою жизнь!
— Микаэлла, твою мать! Садись. В машину. — чеканит он каждое слово. А я наблюдаю за тем, как водитель автобуса, виртуозно управляя махиной, объезжает тачку Даффи, и автобус показывает мне на прощание задний бампер!
— Ну, нет! Дерьмо! — я пинаю колесо джипа, но злость никуда не девается. — Чёртов кретин!
Я мысленно прикидываю расстояние до Лафайета, одним махом открываю дверь машины и беру свой рюкзак.
— Плевать, пойду пешком!
Коул вырывает рюкзак из моих рук, и тот снова оказывается в машине.
После парень закидывает меня на плечо и шлёпает по заднице.
— Строптивая, маленькая, несносная… — он ещё что-то бубнит, пока усаживает меня на пассажирское сидение и пристегивает ремнем безопасности. Я вздрагиваю, когда дверь с грохотом закрывается.
Его наглая физиономия, выводит меня из равновесия.
— Ты не можешь так поступать. Ясно! — я так хочу закричать, но в горло, словно свинец залили. — Мы чужие люди.
Он устраивается на своем месте за рулём.
— Чужие люди не принимают вместе душ! — Коул ухмыляется и кладет ладонь на мой затылок. Его шоколадный взгляд прожигает насквозь. Через секунду мой рот оказывается в плену его мягких губ. Я бью его в грудь, но язык Коула лишь ещё глубже вторгается в него. Мне трудно дышать. Не потому что, не хватает воздуха, а из-за любви. Я безумно люблю этого идиота. Наконец, нахожу в себе силы и разрываю поцелуй.
— Нет, не делай этого. Ты разбиваешь мне сердце. — провожу пальцами по его щеке.
— Прости, детка! Я не должен был тебя отпускать!
Коул притягивает меня к себе, скользя ладонями по моим бёдрам. Наши лбы соприкасаются. Я быстро отстегиваю ремень и забираюсь ему на колени.
— Ты сделал мне больно. Просто отвернулся от меня, отступил. — Я целую Коула, сглатывая слезы, что копятся столько времени, затягивая в черную дыру.
— Я просто грёбаный идиот, Микки! Я думал, что смогу без тебя, но ты забрала мое сердце с собой! Я не могу дышать без тебя, детка! — он целует мои глаза, собирая губами слезы.
 
— Тогда держи меня крепче, слышишь? А я буду любить тебя так, как не одна девушка на этой планете!
Обнимаю Коула за шею и прижимаюсь ближе.
— Я больше никуда тебя не отпущу, Микки! Ты была права! Я могу изменить свою жизнь! С тобой, — горячее дыхание Коула обжигает мою шею. Он перебирает пальцами мои волосы, и мы несколько минут сидим, молча, наслаждаясь объятиями. — Я люблю тебя.