Темные воды Миссисипи (СИ)

— Уж лучше, того вонючего громилы.
Понятия не имею, сколько Коул выкурил сигарет, но вид у него все равно обеспокоенный. Габриэлла и я, напоследок, крепко жмемся друг к другу. Успеваю прошептать ей, что нет поводов для паники. Она захлопывает за мной дверь и склоняется, чтоб улыбнуться Коулу:
— Не обижай мою сестру, мистер босс.
— Пока, Габриэлла. — сухо отвечает Даффи.
Белый, резной заборчик остается позади. Только отъехав на приличное расстояние, я позволяю себе расслабиться. Я ужасно переживаю за Габи. Кому понадобилось наведываться к ней и запугивать?
— Ты ведь знаешь, кто способен на такое? — резко отрезаю в адрес Коула. — Это все из-за чёртовых папок?
— Твою мать! — парень несколько раз ударяет по рулю, машина уходит в зигзагообразные движения на дороге. — Сукин сын знает о нас!
— О ком ты? Кто знает? Тот, что приходил в твой кабинет? — я затихаю, чтобы подавить обиду следующей фразы. — Которому ты сказал, что я всего лишь шлюха?
Коул бросает на меня быстрый взгляд.
— Я всего лишь хотел защитить тебя тогда!
— Хорошая защита. — хмыкаю в сторону. — Так это все-таки он? И взрыв тоже его рук дело?
— Думаю, что да. — Бубнит парень, переключая скорость.
— Отлично! Твой воздыхатель, — показываю кавычки в воздухе. — Уже до Габи добрался! Осталось пастора до кучи позвать!
— Пастора? О чем ты?
Коул хмурится, а на переносице собираются морщинки.
— На фото, что я нашла, изображён Адам Парнис. — Мне с трудом даются воспоминания из тёмного прошлого общины. — Он отец Эстер, моей лучшей подруги. Это ужасный человек, Коул.
Парень выворачивает руль вправо и останавливается на обочине.
— Микки, я думаю, это фото выпало из одной папки.
Он тянется к заднему сидению и на моих коленях появляется увесистое хранилище для документов.
— Если это так… то, я не знаю, что делать. Эстер была уверена, что её отец гнилой человек. То, что он творил в своём подвале…
Я провожу рукой по обложке, боясь открыть и вернуться на пару лет назад. Ладонь Коула накрывает мою, он слегка сжимает мои пальцы.
— Мы должны убедиться, что Пастер и Брайан как-то связаны.
Он чуть заметно кивает на папку на моих коленях. Я открываю разворот и внимательно вглядываюсь в строчки. Несколько фамилий, мне знакомы.
— Коул, я не понимаю. Здесь есть имена тех, с кем я жила и с кем общалась в общине! Только я думала, что они все переехали. Отец рассказывал, что пастор помогал девочкам найти себя.
— Кажется, я догадываюсь, каким образом он им помогал. — зло произносит он и снова закуривает.
— Парнис насиловал Эстер. Лгал сотне людей. Строил из себя праведника. Я тоже не думаю, что все эти девочки обрели лучшую жизнь. Как и мои родители… перед смертью, Эстер сказала, что моя мать застала её отца за весьма деликатным занятием с одной из девочек. А через пару недель… Эстер повесилась. А ещё через полгода, мои родители пропали.
Я хлюпаю носом и отбрасываю папку на заднее сиденье. Коул притягивает меня к себе, я утыкаюсь носом в его грудь.
— Брайан и его парни продавали девчонок из общины в бордели по всей стране, детка. И я уверен, что ты и Габи тоже были на примете у Парниса. — Коул на мгновение замолкает, а после добавляет. — Твои родители были убиты, в этом нет никаких сомнений. Они слишком много знали.
Я осознаю услышанное, но не хочу верить в столь коварный и продуманный замысел. Разве можно быть такими бессердечными тварями?
— Я не дура, Коул. Как ты думаешь, почему мы с Габи ушли? Почему, я согласилась, чтоб её забрали чужие люди? Потому что, я знала, стоит нам остаться в общине, и обратной дороги нет. Дневник Эстер помог мне.
— Послушай, — Коул заставляет меня посмотреть на него, поднимая мою голову держась за подбородок. — Теперь ты в безопасности.
— Отдай Брайану, или как там его, эти папки! Пожалуйста! — я прикрываю глаза. — Пока, они у тебя, мы все в опасности.
Коул хмурится и поджимает губы.
— Микки, я разберусь с этим сам!
По его тону я понимаю, что сейчас он злится.
— Ты угробишь нас всех. — мой голос снижается до шепота. — Но, я забываю, что ты одиночка и думаешь только о себе.
 
Его взгляд становится холодным. Он отталкивает меня от себя и двигатель «Ровера» оживает.
— Ты голодна?
Коул возвращает машину на шоссе.
— Немного. — отвечаю также равнодушно, как звучит его вопрос.
Он, молча, кивает, и машина набирает скорость.
Спустя двадцать минут Коул паркуется у придорожного кафе. Выгоревшая на солнце вывеска с надписью «У Билла», кажется, вот-вот рухнет от сильного порыва ветра.
— Посиди тут, я куплю нам поесть!
Парень выбирается из джипа, и я взглядом провожаю его высокую фигуру.
Кручу головой, чтобы унять дрожь, которая не покидает меня после слов Коула о борделях и убийстве. Моё внимание привлекает череда машин, что сворачивает на насыпную дорогу. Приглядевшись, читаю надпись «Кинотеатр открыт до пяти утра». Коул возвращается с бумажным пакетом.
— А что там за место? И что за кинотеатр? Здесь же нет ни одного здания.
Парень удивлённо смотрит на меня.
— Это открытый кинотеатр, Микки. Люди приезжают сюда на своих тачках и смотрят фильм, сидя в них. Ты ни разу не была в таком кинотеатре? — Его брови взлетают вверх.
— Нет. Я телевизор видела только на картинках. — без заминки парирую я, а потом смотрю на Коула щенячьими глазами.
— Ты действительно хочешь посмотреть фильм? — он пытается скрыть свою улыбку, заглядывая в пакет с покупками.
— Да!!! — я кричу так, что оглушаю всех птиц в округе. — Это будет капелькой радости, после всего того, что мы узнали.
Коул качает головой и вручает мне пакет с нашей едой. «Ровер» трогается с места, и через минуту мы уже стоим на въезде в открытый кинотеатр. Даффи оплачивает сеанс. Парень с дредами, что принимает оплату, называет какие-то цифры, и мы выезжаем на поляну, паркуясь напротив большого белого экрана.
— А что за цифры назвал тот парень?
Только и успеваю мотать головой, любуясь ровными рядами машин и парочками в них.
— Он назвал мне частоту, на которой мы сможем услышать фильм!
Коул нажимает кнопки на магнитоле, но пока в салоне слышно лишь одно шипение. На экране же появляются первые кадры, и я застываю. Это какое-то чудо! Мне без разницы, что за фильм. Я здесь и могу им восхищаться.
— Потрясающее зрелище!
Коул протягивает мне хот-дог, а я не могу оторваться от экрана. Машинально откусываю кусок сосиски и не моргаю. Мне дико интересно, и очень волнительно. Вокруг много людей и из соседних машин, доносятся звуки, не относящиеся к просмотру. Похоже, кто-то нашёл уютное местечко для своих утех.
Коул быстро справляется со своей порцией, и я слышу, как с шипением открывается банка с «Пепси».
— Наверное, только ты смотришь сейчас фильм.
Парень ухмыляется и делает глоток газировки.
— Я бы провела тут не один день. Как можно это не любить?! — тычу рукой в лобовое стекло. — Как?!
— Фильм действительно не плох, американская классика.
Коул закидывает руки за подголовник и не сводит с меня странного взгляда. Я стараюсь не смотреть на него, а думать о персонажах на экране. Их наряды, голоса, музыка. А эта весёлая дамочка, что играет главную роль? Она такая красотка с изюминкой! Я откусываю ещё кусочек хот-дога и поднимаю ноги на сиденье. Моё платье сползает к бедрам.
— Микки… — хриплый голос Коула врывается в мой слух. Его ладонь ложится на мое колено.
— Перестань. — сбрасываю его руку и прикрываюсь тканью. — Я хочу насладиться фильмом, а не…
Коул не даёт мне возможности договорить, закрывая мой рот, горячим поцелуем.
 
— Коул! Чёрт! Здесь куча зрителей! — разрываю контакт и двигаюсь к двери. — Оставь свои желания на потом!
— Я не могу, детка, ты чертовски соблазнительна!
Парень притягивает меня ближе к себе, держась за мои бедра.
— Ты тоже очень сладенький, но не сейчас. — отталкиваю его, и кажется, делаю это слишком грубо. — Мы здесь ради комедии. Дай мне досмотреть!