Час пробуждения (СИ)

— Назад пути не будет, — заметил Рагни, — если ты сделаешь это, то скорее всего, жнецы станут твоими врагами. Навсегда.
— Ну и хер на них. Хватит прятаться и пытаться со всеми договариваться. Иногда надо и по рогам щелкать особо зарвавшихся ребят. Пойми меня правильно, партнер. Я не хочу быть жнецом. Хватит с меня всех этих дурацких приключений. Из одной кабалы в другую. Зачем? Сначала ведьмы полоумные мной вертели как хотели, а теперь будет живой бассейн в замке на горе? Менять зеленую суку на крылатую? Смысл? За новые плюшки? Мне и так их хватает.
Я вынул “Маузер” и проверил обойму. Патронов мало, но надеюсь, что хватит. Еще у меня был с собой Клык Гаки, но я надеялся, что он в дело не пойдет. Все, я дошел до крайней точки кипения. Я долго думал о жнецах и том, что они предлагают, но прекрасно понимал, что мне с ними не по пути. Я не хочу становиться комбайном и по чужой воле убивать всех кого прикажут. Особенно невинных и слабых. Умерших, неосознанных. Это же вообще путь в никуда. Вечный круговорот света. Отбирать, копить, отдавать и все по новой.
Может быть, настоящему магу плевать где и как черпать свет, но мне нет. Видать, я неправильный маг. Я и человеком-то побыть толком не успел. Вот почему во мне это чувство и возникает.
А вот и то, что я искал. Большой красный рубильник с черепом и костями. Не тронь — убьет. Видимо, я все-таки нашел, что искал. Другого пути нет. Я подошел к рубильнику, схватился за него обеими руками и со всей силы потянул вниз. К моему удивлению, он пошел очень легко. Я даже не ожидал такой податливости. Завизжали колеса. Поезд начал тормозить. Стоп-кран сработал как надо! Вот и все, пора вернуться в вагон. Я создал сигарету, прикурил ее и пошел к жнецам.
— Чо за херня? Почему мы остановились? — громко спросил я, едва переступил порог вагона.
— Без понятия, — Бизли помотал головой, — какие-то неполадки в системе поезда, наверное.
— Подозрительно это, — рептилоид встал со своего места, — где мы?
Все повскакивали со своих мест, потому что раздался глухой и протяжный звук, похожий на вой и вздох одновременно. С таким звуком часто умирают старые ведьмы, когда их душа покидает тело. Даже на моем сновидческом теле пробежали мурашки, а сам я сразу почувствовал низкие вибрации, настолько сильные, что меня чуть не впечатало в пол. К нам приближался начальник поезда. Черные крылья мрачными тенями заполонили почти весь вагон, и я явно ощутил леденящий могильный холод. Он волной прошел через нас, и жнецы замерли в легком ужасе. Да, я умудрился разозлить хтоническое божество. Перед нами возникла могучая темная фигура, крылья затрепетали, а затем появился тощий старичок в сером костюме начальника поезда и высокой фуражке. В одной руке он держал свиток, а другой опирался на косу, как на костыль.
— Кто посмел? — тихо спросил он, — кто нарушил график движения поезда? Кто этот бессмертный?
Мы молчали, но Бизли уже начал пятиться.
— Я задал простой вопрос. Кто? — старичок стал приближаться к нам, и в воздухе запахло смертью. Настоящей. Мне давно не было так жутко. Вибрации усилились, и я понял, что сейчас начнется мясорубка. Хотя драться с Хароном, а это был именно он, та еще затея. Он непобедим. Правда, вот у Михруша иное мнение. Рептилоид выставил вперед руки, и плотные струи огня ударили по худой фигуре.
— Удивительно! — воскликнул Харон и звонко рассмеялся, — давно такого не было!
Черные тени понеслись к Михрушу, но тут в бой вступил Донни. Его посох осветился лазурным пламенем, возник яркий щит, и магия божества расщепилась о него.
— Жри болты, тупой труповоз! — Бизли подпрыгнул в воздух, и в его лапах возник уже знакомый мне арбалет, заряженный шипастыми шарами. Они с визгом сорвались с ложа и устремились в темный силуэт бога.
Но что древнему созданию какие-то там шарики из арбалета? Его можно из пушек расстреливать, “Градом” поливать, атомной бомбой по голове стучать. Ничего ему не будет. Это же бог! Да, пусть не самый сильный, и не самый знаменитый, забытый, старенький. Лодку вот отобрали, сделали начальником поезда. Но это совершенно не отменяет того факта, что перевозчик все еще силен.
 
Темные тени приняли форму гигантских ладоней и схватились за сверкающий щит. Они порвали его в мгновение ока, а затем дедок оказался рядом с Михрушем. Рептилоид пнул Харона в грудь, тот отшатнулся, но устоял. Зеленые молнии сорвались с посоха Донни и отбросили старика назад. Целый град болтов обрушился на лежащего бога.
— Не так уж и крут этот перевозчик, — Михруш довольно высунул длинный язык.
— Кхе-кхе, — старик прокашлялся и медленно начал подниматься с пола. Его костюм выцвел, пошел лохмотьями, будто его прямо сейчас жрала моль, сам бог стал дряхлым, убогим. Пропала фуражка, исчезли туфли. Могучая коса стала обычным деревянным веслом.
— Пора валить, — шепнул я Бизли.
— Почему? Посмотри на него. Он же салабон!
— Потому что победить Харона в свое время смог только Геракл, а никто из нас на него не тянет как бы, — заметил я, — босс вступил во вторую фазу. Стал прежним как в былые времена, а значит усилился многократно. Не вкуриваешь?
— Черт, в твоих словах есть логика. Но она неправильная. Разве…
Договорить Бизли не успел. Все вокруг задрожало. Поезд исчез, и мы оказались в длинной лодке, плывущей по черному бурлящему морю. Из воды выскакивали скользкие пиявки. Одна из них вцепилась мне в руку, но я мгновенное оторвал ее и бросил на темные доски. Тварь извивалась как змея, и я наступил ей на голову. Хрусть.
— Приплыли, — прошептал Бизли, — это Море забвения!
— Конечная, — Харон жутко рассмеялся, демонстрируя гнилые желтые зубы, — передаем обол за навлон.
— Чего? — не понял Михруш.
— За проезд передаем!
Глаза Харона загорелись ярким алым огнем, весло в руках задрожало. Кажется, нас будут бить. И очень больно. Я начал отступать, а Бизли последовал за мной. А вот Михруш и Донни совсем страх потеряли, что и неудивительно. Они те еще маньяки. Жнецы вообще никого не боялись. Эдакие самураи. Их путь — это жатва, и запихивание света в кристаллы. Небось думают, что и Харона смогут туда затолкать. Да как бы не так.
Старик пошел в атаку первым. Весло со свистом рассекло воздух и со всей дури огрело Михруша. Тот попытался отбить удар рукой, но сила была такова, что рептилоида отбросило на пару метров. Донни выставил посох, и зеленые молнии устремились к Харону, однако тот уже был готов. Волшебное весло завертелось как вентилятор, и вся магия была отражена.
— Платите! — заревел обезумевший дед и набросился на Михруша. Весло стукнуло жнеца по башке, не давая ему встать. Донни выпустил еще несколько молний, но разъяренному деду было пофиг. Он схватил Михруша тощей длинной рукой и высоко поднял.
— Аха-а-а! — дед начал смеяться и увеличиваться в размерах. Михруш же стал блекнуть. Харон иссушал его! Донни подскочил и ударил старика посохом, но тут же получил обратный удар веслом.
— Бежим! — заверещал Бизли и выпустил целую очередь болтов. Однако, ни один из них не попал в старика. Все вонзились в весло и растворились в нем же. Харон поглотил их свет. Я помчался к краю лодки. Куда деваться? Прыгать в воду — это иссушение сразу. Здесь глубоко и полным-полно пиявок. Нет, так не пойдет. Стать жертвой Харона мне тоже не хотелось.
— Держись! — когтистые лапы схватили меня за спину, и я начал медленно подниматься вверх.
— Бизли, твою мать, ты думаешь утащить меня? — воскликнул я, наблюдая, как лодка начинает уменьшаться в размерах.
— Да, но тебе бы следовало меньше жрать света где ни попадя. Совсем разжирел! Хрен утащишь! — мелкие крылышки кота вздрагивали, но тем не менее уверенно поднимали нас обоих в воздух. Я посмотрел вниз. Харон совсем ополоумел. Он иссушил Михруша, схватил Донни и швырнул его за борт. До нас проводник дотянуться не мог и поэтому изрыгал дикие проклятия на древнегреческом. Я бы на его месте тоже матерился.