Властный, страстный и отвязный, или... (СИ)

- А, что, Арь, остра ли еще твоя шашка? – тихо спросил я, и встретился с глазами старика, в которых плясало отражение костра.
- Проверить желаешь? – пророкотал старик, погладив мундир, под которым чуть выпирал мешочек с горсткой земли.
- Желаю, - кивнул я.
Мы дождались, когда все уснули и поползли на брюхе, причем в прямом смысле этого слова. Но когда до объекта оставалось рукой подать, наши носы уткнулись в невидимую стену.
- Едрёна мать! – выругался Арь.
- Так и носы себе поджарить можно, - послышался чей-то шепот из-за ближайших кустов.
Вжиматься в сосновые иголки больше не имело никакого смысла, и мы подняли наши головы, увенчанные венками из листьев и всякой сорной травы. И сильно удивились, так как из-за кустов показалась точно такая же разукрашенная сажей физиономия с точно таким же гнездом на голове.
- Реций! Что ты тут делаешь?
- Полагаю, то же, что и вы, - хмыкнул Реций и подполз ближе. – Эту преграду не пройти: я сам устанавливал. Ее только магией снять можно. А я в наручниках сегодня.
- Ты знаешь, что под тентами?
- Если бы знал, ползал бы сейчас среди вас? – вытаращился на меня Реций.
- Тогда на что ты рассчитывал? – насторожился я.
- На тебя и рассчитывал. Сейчас научу тебя, как полог снимать.
- Боюсь тебя расстроить, но вся моя магия... тю-тю: велела писать письма.
Реций озадаченно посмотрел на меня, затем повернулся к моему союзнику.
- Арь, а в тебе еще что-нибудь осталось от прежнего величия?
Старик насупился, обиженно поджал губы, отчего его пышные усы, набрав кучу иголок, опустились ниже подбородка.
- Нет, слишком стар я.
Не успели мы с Рецием разочарованно вздохнуть, как нас настолько сильно прижало к земле, что не то, чтобы пошевелиться, но и дышать трудно стало. А спустя минуту мы были уже внутри – там, за защитным магическим пологом: неведомая сила протащила нас по земле, точно безвольных кукол.
Я сосчитал, как минимум, пять дезагрегаторов, направленных на нас.
- Мы попались... – невесело констатировал я, поднимая руки. Этому примеру последовали и мои спутники, после чего показался личный камердинер Юса – вечно хмурый мужик с густыми бровями и колючим взглядом крохотных темных глаз.
- О, это ты, Свягри! – обрадовался ему Арь и опустил руки. – А то я уж испугался. Оружие убрать! Здесь все свои, – скомандовал он солдатам, да вот только никто и не шелохнулся.
- Они не послушаются тебя, - тихо ответил ему Свягри. – Здесь я главный.
- С каких это пор задоподтиратель главнее министра обороны? – начал закипать Арь.
- Да давно уже! А с настоящего момента – и подавно, - расплылся в улыбке Свягри. – По плану ваше отправление намечено на завтра, но звезды уже вошли в свои Дома и я могу запустить процесс прямо сейчас, не дожидаясь, когда ты позавтракаешь.  
- Какое еще, едрёна вошь, отправление?!!
Вместо ответа Свягри приказал стянуть тенты с перенесённых на землю установок, и моему взору предстала знакомая с детства штуковина - ускоритель частиц.
- Наша походная детка, - Свягри любовно погладил стены сборной конструкции, - и наши походные энергоблоки, - указал он на прикрепленные капсулы: в них, подобно килькам в темном, тягучем соусе, томились люди.  
- Мама! – воскликнул Реций, бросившись к одной из капсул, где стояла женщина по горло в жиже. Женщина вряд ли слышала его, вряд ли она вообще что-либо соображала. Судя по ее остекленевшим глазам, серой коже и отсутствию самосознания, она больше напоминала живого мертвеца, чем человека. Я облегченно выдохнул, поняв, что матери у нас с Рецием разные.
- Мама! Мама! – истерично колотил по стеклу Реций, пока его не оттащили солдаты. – Уроды! Я думал, Юс убил ее, а он... он...
- ...он почти убил ее, - скривился Свягри. – Нет, наш правитель не настолько глуп, чтобы разбрасываться семейством магов. А теперь и ты сослужишь добрую службу.
- Я ничего не сделаю, пока вы не вытащите ее оттуда! – безумными глазами взирал на него Реций.
- Уже нельзя, - равнодушно пожал плечами Свягри, - процесс запущен. Вам осталось лишь побеседовать с Юсом и... – тут он включил запись, спроецировав ее на стену мини-коллайдера.
 
Голограмма заговорила сразу же, как только мы смогли лицезреть Его Величество, идущего по коридору своего дворца в сторону... моих апартаментов.
- Приветствую, Риши! И, скорее всего, Реций сейчас с тобой. Я вряд ли ошибся. Я никогда не ошибаюсь в расчетах. Да, я не с вами. Мой шатер, как ты, вероятно, уже догадался – пуст. Позволь я перейду к главному. Ненавижу пустословие. Итак... Дело в том, что я не просто родился здесь, я застрял тут, в этом мире, как и мой отец до меня, как и дед, как и прадед. Создав этот коллайдер, мы смогли прорваться лишь в одно измерение и почему-то только в одну точку. А дальше, сколько бы ни пытались, сколько бы ни пыжились, у нас ни черта не выходит. Нам мешает кое-кто. И твоя задача, Риши, нейтрализовать противника. С вами отправится наш великий защитник Арь, - при этих словах Юс сложил ладони на груди и блаженно возвел глаза к потолку, - мир ему прахом! А то никак в этом измерении от старикана не избавлюсь, а там пусть своей шашкой перед кончиной помашет. Победишь противника, откроешь мне портал и тогда заберешь свою красавицу, а я пока усмирю ее пыл, - усмехнулся Юс, подойдя к распахнутым дверям моих апартаментов.  
Там всё летало. Солдаты пытались подобраться к Акаде, но эта девушка легко не сдается. Акада заставила шевелиться в комнате абсолютно всё. Такой мощный телекинез не у каждого нефилима-то встретишь, не то, что у полукровок!
Ковры, поднявшись вертикально, гигантскими стражами заслоняли Акаду от пуль со снотворным, даже занавески ползали змеями, опутывая ноги нападавшим, в то время как огниво с кувшином вина то и дело срабатывало самодельным огнеметом, нещадно жаря противников, а самозаточившиеся розы из букетов летали похлестче лучших стрел, попадая четко в глаза врагам.     
- Твоя ведьма долго не продержится, - раздраженно прокомментировал события Юс, когда Акада скрылась в спальне, захлопнув дверь и забаррикадировавшись там чем-то тяжелым, с оглушительным грохотом свалившимся на пол. – Так что поторопись, Риши, а то мне придется пристрелить эту перепуганную птичку. Но нет, - замахал он руками, залившись смехом, - не сразу, что ты! Я люблю укрощать горячих женщин.
Запись прекратилась в тот момент, когда я бросился на солдат, что стояли ближе всего ко мне. Реций не заставил себя долго ждать и присоединился к драке, как и старик, уже успевший снести голову Свягри. Да тут помощник камердинера шлепнул по клавише, направив на нас - находившихся в пылу сражения - кольцо-прицел. Как только колебания агрегата неприятно срезонировали с организмом в небо мгновенно вдарил широкий луч света, засосав нас в переход...
Мы выкатились все вместе, продолжая ломать противникам кости. Мешанина из рук, ног, криков, разъяренного рычания и хруста не давала возможности трезво мыслить...
Я не сразу осознал, где нахожусь, и лишь тогда, когда руки последнего соперника безвольно раскинулись в стороны, а кровь щедро окрасила снег вокруг меня, я поднял глаза и чуть не ослеп от резкой перемены. После темного летнего вечера и костров, мы очутились в безбрежной снежной пустыне.
Отдышавшись, я встретился взглядом с Рецием. Он сощурил глаза от слепящего солнца и озвучил то, что волновало и меня в равной степени:
- Где мы?
- Едрён-пень! – подал голос Арь, вытирая свою шашку о штанину. – Я знаю, где мы... Это же Антарктида! А вот и пункт назначения, - и он указал куда-то за мою спину.
 
Там, среди снежных холмов, выделялся один. И это был не холм, а самая колоссальная пирамида из всех, которых мне когда-либо приходилось видеть. Даже на Венере такой нет.
Она стояла в центре, а вокруг нее, словно граненые каменья драгоценного ожерелья, рассыпались более мелкие зиккураты. Я насчитал около двенадцати. Возле них суетились люди, то и дело поднимая снежную бурю своими скутерами и вездеходами. А ниже, в долине, неподалеку от комплекса пирамид, блестел на солнце своими белокаменными стенами солярный символ - круглый город-коллайдер, идеально спроектированный и отстроенный по инженерным схемам древнего мира.