Алукард и Первый Метаморф (СИ)
Удар. Через мои руки потоком хлынула подготовленная Алукардом энергия. Я почувствовал, как лопаются энергетические каналы. Перед глазами вспыхнули тысячи ярчайших солнц…и дальше — тьма, непроглядная тьма…
Глава 28
Правильное оформление документов бывает важнее их содержания.
Правило Гениального Академика №74
— Удивительный потенциал! Я через тебя столько маны Пламенного Сердца прогнал, а ты, глянь-ка, всё ещё на ногах! Да от подобного сомлел бы и маг второго круга… А ты только встал на этот путь! Уверен, что не хочешь врачу или целителю показаться? Твои энергоканалы могли пострадать…— словно издалека звучал чей-то голос. Вроде, Юхтин.
— Не переживайте! Сложно повредить то, чего почти что и нет, — послышался уже Мой (!) уставший голос, а после раздался нервный смех. — Моя родная мана имеет сродство с Природой и Жизнью, так что восстановлюсь я быстро. Недельку перед сном Восстанавливающую Веду почитаю… А медики сейчас нужны для оказания помощи тяжелораненым…
— «Что происходит?» — спросил я с недоумением, усиленно пытаясь собраться с мыслями.
— «О! Проснулся, спящая красавица!» — зазвучал в голове голос Алукарда. — «А мне тут пришлось взять на себя управление твоим телом сразу, как ты вырубился! А потом отбиваться от обследования и лечения!»
— «Думаешь, при лечении нас бы раскрыли?» — уточнил я после небольшой паузы, окончательно приходя в сознание.
— «Естественно!» — возмутился фамильяр, демонстративно «всплеснув» щупальцами. — «А теперь, внимание! Начинай перенимать командование над телом. Сначала зрение!»
Перед глазами стало проясняться, и я увидел себя, стоящего в разгромленном цеху, облаченного в рабочий халат (накинул, кажется когда от ковшей отходил, чтобы разодранной рубахой не светить)…Рядом Юхтин, молот мне в качестве опоры подсовывает.
— «Кстати!» — добавил Алукард с ноткой гордости, — «молот-то теперь наш по праву! Тебе его начальник цеха подарил, да ещё и облабзал всего, когда узнал, что Вожака завалить смогли благодаря твоему молодецкому удару… Копье в полную негодность пришло, вот и выдали в качестве компенсации новое оружие… Хотели сначала другое копье подобрать, но мне оно не понравилось. Вот я и сослался на то, что рабочему кузнечного цеха молот сподручней будет».
А между тем «я» продолжал отвечать на вопросы Юхтина, но тут подбежал молодой красноармеец и сообщил, что наш мастер срочно нужен в другом месте. После чего Игнатий Петрович сжал мои плечи и выдав очередное «Горжусь, орел!», направился вслед за гонцом.
— «Всё, готовься принять полное управление!» — предупредил фамильяр и я чуть не рухнул — подкосились колени.
Все тело ныло, болело, крутило и источало дичайшую слабость…
— «Не переживай! Полчаса, и будешь как новенький! Я тут, пока тебя не было, погулял немного и пока никто не видит, повытягивал энергию из поверженных теросов. Даже из Вожака немного хлебнуть умудрился, пока помогал его тушу ворочать! Да и кроме этого Система за его убийство тебе почти четверть от общей награды засчитала… Так что у нас теперь есть запас, чтоб уровня на три сразу подняться…
— «Сколько же я без сознания пробыл?» — решил уточнить, осматриваясь.
Цех был почти полностью разрушен, в стенах и потолке зияли дыры, вокруг сновала толпа народа.
— «Да около часа всего,» — и увидев мой интерес к происходящему, фамильяр добавил, — «раненых доставили — перед самой смертью терос подгадил, умудрившись затянуть внутрь новых людей… Как раз солдаты в полном вооружении к зданию подоспели. Так их прямо строем и засосало… А сейчас смотрят, что из оборудования уцелело и подлежит восстановлению…»
В одиночестве я пробыл недолго. Стоило Юхтину отдалиться, как ко мне тут же подскочил Шкода. За ним едва поспевал Малыш.
— Ну ты даешь! — налетел на меня приятель. — В первых рядах! С Юхтиным! Решающий удар — твой!!!
Ванька продолжал тараторить, в то время как Макар просто крепко меня обнял, выразительно посмотрев в глаза.
— А ты слышал? В городе новый Избранный объявился! — Моё сердце пропустило удар. Знают? Откуда? Кто проболтался?
— Да? А поподробнее?
— Подробнее? — друг почесал голову. — Комсомолец, не из рабочих, студент-медик. Говорят, способности Фамильяра подстать профессии парня. Пророчат, что будет у нас новая целительская школа… — я постарался незаметно перевести дыхание и продолжил слушать Ванькин речетатив со всем вниманием.
Пока болтали, чтоб не простаивать, к прочим работягам, что завалы разгребали, присоединились. А я стал приятеля подробнее про нового Избранного пытать. Шкода, как оказалось, успел узнать о новом эпохальном событии преизрядно. Сдался тот парень на второй день — просто пришел к главному штабу операцией (который в горисполкоме) и заявил, что Избранный, что хочет вновь обретённые способности на пользу трудовому народу использовать и что готов защищать город. Сначала его через какие-то проверки прогнали, а ныне он в госпитале трудится, практического опыта набирается.
— Я слышал, что его ещё к летучей патрульной команде приписали и вооружили как следует. Теперь он на выезды мотается и набирает энергию для скоростного подъёма уровней… — неожиданно вклинился в Ванину речь Малыш…
— Это да! — мечтательно закатил глаза Шкода. — Вот бы и меня так пропаровозили! Я бы вмиг великим магом стал! Зажил бы хорошо! В дорогих кожаных туфлях рассекать стал бы…
Ох, куда-то не туда приятеля занесло, посему я прописал ему профилактический подзатыльник.
— Эй! А ведь я и про вас бы не забыл! Позаботился бы о сирых и убогих! Но теперь! — Ванька ловко увернулся от очередного подзатыльника, на этот раз со стороны Малыша. — Сам стану великим магом, а вам — шиш!
И этот гад показательно выдал нам по дуле. Каждому…
— Ладно, ладно, Великий маг! Приносим всяческие извинения, просим простить и понять, — поёрничал я, — ты мне лучше расскажи, есть ли ещё какие новости? Да и про наших поподробнее.
Больше ничего шибко полезного я не узнал, зато выяснил, что помимо текущего разрушения у наших цеховых бед других не было. Все дружно собрали семьи, скарб самый ценный, да переехали на территорию завода… Тихо, спокойно, без происшествий и потерь…
Поработав с остальными примерно с час я огляделся. Убедился, что вокруг нет ни Юхтина, ни Балашова, ни других начальственных лиц. Или, упаси Боги, Михаила Петровского — люди видимо разбежались решать какие-то острые вопросы.
— Так, парни! Будет у меня к вам огромная просьба! — проговорил я максимально серьёзным голосом, чтобы ребята сразу собрались и на словах моих сосредоточились. — Мне нужно по делу с завода отлучиться, выполнить долг гражданина Советского Союза. И вам о том, что я с завода ушел, нужно будет сообщить Юхтину, когда его встретите, но не сейчас, а ближе к вечеру.
Парни в недоумении уставились на меня, и я, взвесив все за и против, поманил их к себе и шёпотом сообщил.
— Я тоже стал Избранным! — и замер, ожидая их реакции.
А ею был полный ступор. Первым (как ни странно) опомнился Малыш:
— Гонишь?!
— Нет! Чистая правда! Я за последние дни умудрился два уровня взять и кучу теросов перебить. Думаете, у меня бы получилось всё это делать без серьёзного усиления?
— Да пошел ты!!? — заорал Шкода, да так громко, что его пришлось затыкать, чтоб не привлекал внимание.
— Тише ты! Зачем на весь завод орать?!
— Но почему? — в недоумении спросил Малыш, перехватив у меня Ваньку, которого так и распирало от переизбытка чувств! — Нужно же сразу всем рассказать
— Да потому, Михаил Петровский! — скривился я.
— В смысле? — непонимающе моргнул Макар.
— Боюсь, как бы этот гад чего не выкинул непотребного. Вы разве его не признали? Это с ним я тогда на пляже подрался. Он же, как меня сегодня увидел, сразу в какой-то непонятный отряд записать решил… Боюсь, если я сейчас заявлюсь Избранным, он ещё какой неприятный фортель выкинет!
— Да не посмеет он! — вырвался наконец из хватки приятеля Шкода. — Ему же за такое…