Алукард и Первый Метаморф (СИ)

— К вечеру в таком темпе я копыта отброшу! — буркнул я. Не смотря на мою тягу к развитию и Чтению Вед, эта ночь далась мне нелегко. Тело гудело от напряжения. Но напряжения, должен сказать, приятного! Словно я вышел из тренажерного зала посте экстремальной тренировки и горячего душа, выжатый, как лимон, но безумно довольный результатами и тем, что всё, наконец, закончилось!
Алукард же был переполнен энтузиазма и, кажется, совсем не устал. Он активно выписывал лихие пируэты в воздухе и возбужденно махал во все стороны щупальцами.
— Нужно срочно отправляться на охоту! Нельзя сбавлять темп! Если завалим в ближайшее время десяток-другой теросов и подналяжем на Чтение, то…
— Ты мне лучше посоветуй, куда свободные очки вложить? — сбил я напарника с построения наполеоновских планов, — в Разум или в Магию?
— В Магию! — не сомневаясь ни секунды, выдал фамильяр. — Конечно, в Магию! Мы ж без заклинаний, как без рук, а времени на нормальную раскачку у нас нет!
Тут летучий колобок замер, почесав себе затылок.
— По уму и на дальнюю перспективу, конечно, нужно в Разум вкладываться. Это и для гармоничного развития полезно, и для увеличения числа обращенных подчиненных… Ты же планируешь в будущем создавать новых метаморфов?
Вопрос, кстати, был интересный, хотя немного несвоевременный…
— Думаю, да. А что?
— Вот! А теперь сосредоточься на вашей с ним связи, — шарик с щупальцами махнул в сторону зевающего Дружка, который всё время благополучно продрых у входа в комнату, переваривая слопанное вчера. — Что чувствуешь?
Напрягшись, прислушиваюсь к ощущениям от моего первого подчиненного.
— Хм, мне кажется, что наша связь понемногу тянет из меня силы.
— Именно! И это «немного» от одного обращенного! А когда их будет три, десять, тридцать три? Нагрузка будет возрастать с каждым новым метаморфом… Их контроль будут оттягивать на себя часть твоей ментальной энергии. — Алукард замер, сконцентрировавшись. — Сейчас твои затраты — 3-4 единицы Разума на подконтрольную особь.
Я прикинул доступное мне число «свободных слотов». Не густо… А как же несметное войско неуничтожимых метаморфов? Не то, чтоб я прям завтра планировал его создавать. Точнее, я вообще не планировал его создавать. Но ощущать в себе силы учинить что-то подобное приятно грело моё маленькое, местами злобное сердечко.
Это, конечно, по-юношески глупо! Но я давно уже заметил, что такие моменты и мысли делают нашу жизнь веселее и ярче, и отказываться от них не стоит.
— А как Дракула со Спартаком с этой проблемой справлялись? — вот ни на минуту не поверю, что мужики, заставившие в своё время Богов переписывать здешние «скрижали бытия», не разобрались с этим вопросом. Что у одного, что у второго, были целые войска обращенных! Спартак так и вовсе штамповал оборотней тысячами, как горячие пирожки!
— Так Спартакус большую часть своей «стаи» не контролировал! Особенно в самом начале, когда мы только осваивали наши способности. А просто наплодить подобных — большого ума не нужно. Но ведь ты не хочешь, чтоб вокруг бегали толпы озверевших от голода монстров? А значит, их нужно направлять. Вон, — Алукард снова тыкнул щупальца в Дружка. — Думаешь, он так легко твои команды понимает оттого, что ты великий дрессировщик? Или может, сам зверь — непризнанный гений? Его «понятливость» как раз и опирается на сформированный между вами канал связи. Ты же вкладываешь в его голову свои мысли, насыщенные под завязку твоей ментальной энергией…
— А Дракула как справлялся?
— Влад обращал своих «Птенцов» постепенно, постоянно тренируясь и тратя немало времени на освоение различных ментальных техник. Да и когда мы с ним встретились, он уже был обученным магом не из последних по силе… С ростом мастерства затраты на контроль значительно упали, а потом мы придумали, как перекладывать часть нагрузки от ментальной связи на плечи обращенных. — Алукард задумчиво посмотрел на нашего волчонка. — Вот только там у нас были люди! Получится ли провернуть подобное с бывшими теросами — не уверен. Нужно пробовать. Но если мы начнем обращать людей, то нужная методичка у меня имеется.
 
— Думаю, с этим мы повременим как минимум до момента, когда сможем тебя надежно замаскировать!
— Кстати! — фамильяр резко вскинулся и переключился на новую тему. — Я тут подумал. У нас должно получиться неплохо изображать «Ветеринара», который может управлять исцелёнными монстрами! Так мы сможет залегендировать и подчиненных теросов, и ограниченные навыки в целительстве.
— Звучит многообещающе, — я, наконец, поднялся с пола и потянулся. За бессонную ночь, проведенную в одном положении, у меня ничего не затекло, да и в целом, помимо лёгкой усталости, я ощущал себя вполне сносно. Разве что снова хотелось жрать…
Кстати! Заглянув во «Врата Бахуса», вижу, что осталось меньше четверти от вчерашнего!
— Так! Растратчик, ты куда дел почти всё с таким трудом вчера запасенное!
— Так на дополнительное усиление! — словно так и надо было, ответил Алукард.
Хотя… Я давлю в себе возмущение. Он всё правильно сделал, и полученный результат говорит об этом весьма красноречиво. Вот только вчера, заходя в эту комнату, я знал, что несколько дней не придется волноваться о пугающем Голоде, а сейчас ко мне снова подбирается это мерзкое сосущее чувство!
Словно откликаясь на мои мысли, живот скрутило спазмом, в ответ на что из созданной Алукардом «заначки» вырвалась волна успокаивающей энергии, напитывая и успокаивая напрягшийся организм…
А ведь Голод не единственная насущная проблема. Перед нами сейчас во всю ширь встал вопрос легализации… Хорошо, что Марк Моисеевич вчера в подробностях «вскользь упомянул» об обязательной регистрации всех новых Избранных. Да и я об этом читал.
— К счастью, у нас для этого по закону есть неделя!
— От которой осталось меньше шести дней, — педантично поправил я боевого товарища.
— Угу, — маленький одноглазый колобок задумчиво покивал, — и прежде чем «сдаваться», нам нужно убедиться, что я смогу уверенно замаскироваться…
— Вот и подумай над этим, а я пошел собираться!
* * *
— Утро доброе, хозяева! — в сопровождении бодрого и жизнерадостного Дружка я заглянул в знакомую гостиную.
Местные обитатели уже бодрствовали, а если судить по витавшему в воздухе густому запаху каких-то трав и кофе, возможно, даже не ложились.
Дамы, устроившись на маленьком диванчике, сосредоточено занимались каким-то рукоделием, приблизив друг к другу головы, и перешептывались.
Мастер сидел, склонившись за массивным столом-верстаком, и сосредоточенно орудовал инструментом, напоминающим паяльник.
В помещении было на удивление свежо и светло, и это при капитально законопаченных окнах. Массивные ставни, толстые решетки и плотные шторы надежно ограждали нас от Сияния Грез и не позволяли свету просочиться наружу, привлекая «на огонёк» непрошенный гостей…
Освещение в комнате шло от подвешенной под потолком большой «винтажной» хрустальной люстры, в которой сияла дюжина лампочек Ильича.
А у меня в доме электричество пока не провели, наша семья довольствовалась керосиновыми лампами! А тут — какая красота! Цивилизация, прогресс!
Глава семейства с лёгким кряхтением разогнулся, отложив на подставку свой инструмент, протёр глаза и заразительно зевнул.
— Оохх! Василий! И вам утро доброе! Вас можно поздравить с прорывом на новый уровень?
— Совершенно верно, — невольно улыбнулся я, — я смотрю, вы не выспались!
— Да какое там «выспались»! Мы и не ложились, — отмахнулся Марк Моисеевич. — Некогда нам в кровати валяться, когда кругом такое творится! Вот доберемся до цитадели — там и отдохнем!
Мужчина потянулся к кружке, стоящей на краю стола и попытался сделать глоток, нахмурился, заглянул внутрь…
— Хедва, душа моя, сделай, пожалуйста, для меня Бодрящего сбора, — и, обращаясь ко мне, — Василий, а вы что будете? Сбор или кофе?
— Кофе, если можно, — с прошлой жизни сей напиток я ещё не пробовал, а тут по гостиной витал такой дивный аромат! В отличии от супруга, госпожа Хедва с дочкой явно большее предпочтение отдавали этому заморскому продукту…