Пуля для невесты. На карусели чувств (СИ)

Я смогла немного отдышаться только тогда, когда вскочила в трамвай и убедилась, что декан не успел следом. По моим ощущениям, мужчине не хватило меньше минуты, чтобы добежать.
Вот и хорошо, что его жена не скупится на кормежку.
Кусая губы, я беспокоилась о Кузе. Ведь если Тень пустилась в погоню…
Сердце сжалось от волнения.
Значит ли это, что твари удалось устранить домового?!
Отбросить плохие мысли прочь и не поддаваться панике заранее оказалось сложным занятием. Но я почти справилась.
Обычно, в людных местах мы ощущаем себя в безопасности. На несколько секунд страх уступил и я смогла почувствовать сладкий привкус удачи. Как раз до того, как холодным потом прошибла отрезвляющая мысль, а перед внутренним взором не стал прокручиваться момент возникновения Тени и… метаморфозы Вилентия Аркадьевича.
В пассажирах повсюду мне виделись… враги. Потенциальные убийцы.
Что помешает Тени ворваться черным сгустком в трамвай и просто выбрать себе иного… носителя?! Судя по тому, как легко удалось подчинить декана, это не составит большого труда.
В таком случае, чем больше людей меня окружает, тем больше у Тени вариантов для воплощения своей задумки…
Путь до микрорайона, где я снимала однушку, стоил мне уйму нервов, дрожи в коленках и, как пить дать, седых волос. Да, можно было сойти с трамвая, взять такси и сразу отправиться в особняк, но… стереотип, что дома и стены лечат, оказался сильнее тяги спрятаться за спиной Егора от всех бед. Тем более что гордость все еще сыпала соль на свежую рану по поводу наших с мужчиной недоотношений.
Не сбавляя шага, я старалась побыстрее добраться до подъезда и, по мере возможностей, обходила стороной случайных прохожих. Лишний раз рисковать не стоило. Знакомого экзорциста на примете у меня не было.
Слава Богу, Вилентий Аркадьевич по дороге мне не попался. Воспринимать это как удачу, я не спешила. Ведь если Тень уже покинула декана и выбрала нового носителя, то угроза для меня превратилась в… безликую. А оттого более опасную.
Стоило зайти в квартиру, закрыть за собой дверь на два замка и цепочку, как силы иссякли. Я привалилась спиной к стене. Дрожь в ногах стала настолько невыносимой, что стоять получалось с трудом.
С горем пополам удалось добраться до ванной. Закрывшись на щеколду, я открыла кран и щедро плеснула холодной водой в лицо.
Полегчало. В глазах прояснилось. И дышалось теперь легче. А не так, словно за каждый глоток воздуха мне приходилось неистово бороться в первую очередь с собственным телом, из-за спазмов в глотке.
— Госпожа, вы здесь?
Знакомый голос прозвучал слишком близко, казалось, прямо за дверью. Не совладав с нервозностью, я вскрикнула.
— С вами все в порядке? — тут же послышался очередной вопрос.
Ураганом я выскочила из ванной комнаты. Не сразу заметив прислонившегося к дверному косяку домового, сбила помощника с ног. Глухой стон лохматика послужил запоздалым предупреждением о его присутствии.
Потеря равновесия привела к тому, что кроме Кузи на полу оказалась и я. Правда, мое падение было смягчено тельцем домового.
— Как ты меня нашел? — выдохнула я, откатившись в сторону, чтобы окончательно не расплющить своего спасителя.
— Не могу знать, госпожа.
— Я всегда думала, что домовые привязаны к дому…
— Так и есть, — спокойно ответил Кузя.
— Тогда, как же?
— Я просто последовал вашему зову, госпожа, — сдавленным тоном объяснил домовой. — И теперь могу перемещаться не только по территории особняка, но и всюду, где вы будете находиться.
— Круто, — искренне порадовалась я и, сев, ладонью отвела со лба выбившиеся из прически пряди. — Как тебе удалось убраться от Тени? О, Боже!
Только сейчас я почувствовала, что пальцы запачкались чем-то липким и теплым. А рассмотрев чуть не лишилась сознания от накатившей слабости.
— Ты ранен?!
Кузя вяло отмахнулся от ответа.
— Где? Покажи мне!
Не обращая внимания на его протесты, я склонилась над домовым, пытаясь на глаз определить возможные повреждения. Рубаха была разорвана. В районе груди ее изуродовали рваные прорези, словно от когтей, в которых проглядывала окровавленная плоть.
 
— Боже мой!
— Это просто царапина, — простонал Кузя и довольно сильно для умирающего, к коим я уже успела его причислить, оттолкнул мою руку.
— Не смеши меня! — огрызнулась я. — Сейчас аптечку принесу! Надо обработать!
Не успела и шагу ступить в сторону кухни, как домовой припечатал строгим, непримиримым тоном:
— Нет. Некогда тратить время.
Пошатываясь, Кузя встал на ноги. Кроме рубашки с окровавленным пятном в центре груди его слабость выдавали лишь непривычная бледность, да лихорадочный блеск огромных глаз.
— Ты что издеваешься?
— Госпожа, поторопитесь, — поморщился домовой. — Надо успеть в особняк прежде, чем Тень доберется сюда.
Как бы перспектива быть пойманной этим чудовищем для неизвестного «хозяина» не пугала меня до колик в животе, но с легкостью махнуть рукой на небрежность к себе домового я не смогла.
— Сначала мы обработаем твои раны.
— Где ваши вещи? — нахмурился Кузя, подозрительным прищуром он словно сканировал квартиру через стены.
— Никуда не уходи, я сейчас вернусь с аптечкой.
— В этом нет смысла, — домовой схватил меня за запястье. — У нас нет времени.
— Я не подписывалась наблюдать за смертью друзей!
Мой отчаянный крик, казалось, возымел хоть какой-то эффект. Губы Кузи изогнулись в улыбке. С легким поклоном головы, он ответил:
— Я благодарен, госпожа, за честь называться вашим другом и, поверьте, приложу все усилия, чтобы оправдать возложенное доверие.
— Тогда не веди себя, как пятилетний ребенок, что боится замазать коленку зеленкой, — я не удержалась от ворчания.
Домовой по-доброму усмехнулся. Стоило мне поверить, что он согласился с моими доводами и попытаться вернуться к выбранному плану действий, как Кузя вновь удержал меня:
— Человеческие лекарства не помогут.
— Но-о… как же? — опустив взгляд, заметила, что темно-красное пятно на рубашке домового успело увеличиться до размеров теннисного мячика. — Кровотечение не останавливается…
Кузя потянул меня к спальне, совершенно не уделяя должного внимания факту, что он продолжал истекать кровью.
Невероятно, но, похоже, гораздо сильнее сохранность жизни этого лохматого олуха заботила именно меня, чем его самого!
— Получается, что я…
— Ничего не сможете сделать, да, — спокойно перебил Кузя. — Забирайте вещи. Надо поторапливаться.
— Но-о… Как ты можешь так спокойно об этом говорить?!
— Сейчас важнее доставить вас в особняк, где намного безопаснее, чем здесь, — домовой подтолкнул меня к шкафу. — Собирайтесь.
Как в тумане, я открыла дверцу и застыла перед полупустыми полками. Словно в прострации вернулась в коридор и достала дорожную сумку, которую еще не успела распаковать, из выдвижного ящика под вешалкой.
— Ты умрешь? — борясь со слезами, выдавила из себя ужасающую фразу.
Кузя скривился, то ли от моего вопроса, то ли от демонстрации женских слез и накатывающей истерики в действии:
— Пока не собирался, госпожа. А если быстро доберемся домой, то долго еще не засобираюсь, — на мой немой вопрос, домовой поспешил добавить: — Особняк вылечит любые повреждения. Многие сущности, что живут там, напрямую связаны с домом.
— Что?
— Как пчелы в улье. Если болеет один — остальные его поддерживают, — улыбнулся домовой. — Считайте, что особняк для меня что-то вроде большого брата или пчелиной матки.
— Отличное сравнение, — пробормотала я и перестала зря тратить время.
Быстренько метнулась за кардиганом, противная дрожь все еще сотрясала тело, да и кровавые пятна на платье надо было скрыть. Хоть и слышала о теории, что красное на красном не так заметно, но проверять ее не спешила.
 
Так же резво ополоснула руки от засохшей крови — не стоило пугать своим видом прохожих.