Встретимся в следующей жизни (СИ)

Отец не мог повернуть время вспять, не мог воскресить маму, не мог попросить у неё прощения. И большой сильный человек Рустам Сабуров неимоверно страдал от этого. Я видел его слёзы и ощущал его мучения. И как бы сильно я ни был на него зол и обижен, совсем не хотел быть палачом и причинить ему ещё большую боль.
Я всё-таки переехал в столицу. Работу нашёл сам, хотя не исключено, что Рустам этому поспособствовал. Жить в его доме отказался, снял квартиру. Мне только предстояло привыкнуть к наличию в моей жизни отца и отсутствию мамы. А лучшей атмосферой для рефлексии было одиночество.
Дистанцироваться от Сабуровых оказалось невозможно. Рустам постоянно искал точки соприкосновения, приглашал к себе домой или в офис. В то же время он давал мне время привыкнуть к нему, не слишком навязываясь и не форсируя события.
Спустя год он заговорил о бизнес-образовании. Тогда я ещё был далёк от этого. Всё-таки мышление наёмного работника сильно отличается от мышления владельца. Но я был амбициозен и в глубине души не исключал возможности открытия в будущем собственной фирмы, а потому предложение отца о школе бизнеса не воспринял в штыки.
Стоило обучение там не просто дорого, а очень дорого, дороже обычного контрактного обучения даже в самом престижном университете страны. Отец готов был мне его оплатить. В конце концов, он задолжал мне алименты за много лет, а потому позволить ему вложить сейчас деньги в моё образование было вполне оправдано.
Я согласился, выдвинув условие, что это никоим образом не обяжет меня в дальнейшем работать с отцом в его компании. Он не возражал, однако постепенно всё-таки втянул меня в своё дело. Возможно, если бы я сопротивлялся, он сдержал бы своё слово и не настаивал. Но мне неожиданно оказалось интересно. К окончанию учёбы я стал уже заместителем генерального директора по административным службам и имел в подчинении контроллера, отдел маркетинга, отдел персонала, главного инженера и службу безопасности.
Уровень доходов тут даже сравнивать было смешно с моими прошлыми заработками. Довольно быстро мне удалось купить и обустроить собственную квартиру. Глядя на меня со стороны, многие наверняка считали, что я ухватил за хвост птицу счастья, внезапно поднявшись "из грязи в князи". И я их не разочаровывал. Мне было плевать, что они обо мне думают, лишь бы это не вредило нашему бизнесу.
Недавно отец купил недостроенный отель. Смена власти в стране сыграла нам на руку. Иностранные инвесторы, которые не любят политической нестабильности и неопределённости, решили не рисковать и вывести свои деньги. А Сабуров тут же подсуетился и выкупил неоконченную коробку в выгодном месте за очень привлекательную цену.
Теперь фасадные работы заканчивались, а проект дизайна помещений до сих пор не был утверждён. Отец заключил предварительное соглашение с какой-то новомодной фирмой, которая специализировалась скорее на мебели, чем на дизайне в целом, поскольку их ядром была мебельная фабрика.
Это решение показалось мне несколько странным, хотя отзывы о фирме были отличными, да и результаты их работы я видел собственными глазами. Их фишкой была необычность и эксклюзивность, что было важно для будущей конкурентоспособности отеля. Но они слишком недавно появились на рынке, чтобы мы могли доверить им столь серьёзный проект. Я ратовал за привлечение проверенной фирмы с многолетним опытом работы и за закупку мебели за границей. Впрочем, решение принимал отец, это была его зона ответственности и его средства.
Моей же задачей сейчас было встретиться с представителями этой фирмы, просмотреть предложенные проекты всех помещений, отвергнуть неподходящие и отобрать для рассмотрение понравившиеся.
Я не боялся ответственности за принятие решения относительно дизайна. Тем более, что на встрече будут присутствовать и другие сотрудники нашей компании, куда более опытные, чем я, в частности, занимавшиеся капитальным ремонтом и сменой интерьеров в "Крыльях". В любом случае, даже отобранные проекты будут ещё обсуждаться и дорабатываться с участием целой группы специалистов.
 
Но всё равно интуитивно предстоящая встреча вызывала беспокойство. Я искал его причину, просматривая сведения, собранные об этой фирме службой безопасности. Несколько лет назад они получили финансовое вливание и из небольшого мебельного цеха, выпускавшего продукцию эконом класса, создали фабрику и существенно расширили спектр услуг.
Глаза зацепились за фамилию совладелицы и дизайнера — Загорская. Сколько лет прошло, а меня никак не отпускало. Как ни пытался вытравить Киру из памяти и выжечь и сердца, ничего не выходило. Все другие женщины казались ничтожным суррогатом.
Я давно ни на что не надеялся. Ещё тогда я видел на новостном сайте нашего города статью о том, что Кирилл Лазарев женился незадолго до нового года. И даже фото прилагалось. Невесту из-за фаты разглядеть было сложно, но я не сомневался, что это была Кира.
Секретарь сообщила, что дизайнеры приехали и она ведёт их в переговорную. Поднялся, на ходу набирая номера юриста и безопасника.
Вошёл в переговорную сразу вслед за гостями. Окинул их взглядом и остолбенел. В какой-то момент мне показалось, что у меня галлюцинации из-за того, что только что вспоминал о Кире.
— Никита Рустамович Сабуров, — представила меня секретарь.
Я отмер, кинулся к ней, схватил за руку.
— Кира, ты как тут…? — у меня в голове она никак не вязалась с дизайнерами, которых я ожидал увидеть, и даже не сразу сообразил, что она пришла с ними.
Мне показалось, что на её лице проскользнуло замешательство.
— Простите, мы знакомы? — она аккуратно высвободила свою руку из моей пятерни.
— Кира, ты чего? Это же я, Никита Леонов! Просто… так вышло, фамилию сменил. Я потом тебе всё расскажу.
В её взгляде явно читался страх. Чёрт побери, да что такое?
Видимо, моё поведение совершенно не соответствовало протоколу и привлекло внимание.
— Никита Рустамович, я прошу прощения, — обратился ко мне директор фирмы. — Давайте мы сначала обсудим наши проекты. Не хотелось бы прерываться потом на полуслове, если не уложимся в отведённое на встречу время.
Ситуация меня не на шутку разозлила. Кира сделала вид, что не узнала меня, причём явно чего-то испугалась. Ещё и этот умник мне что-то указывать решил. Идея связываться с этой фирмой нравилась мне всё меньше.
Если Савчук — директор, он же главный мебельщик и изначальный владелец фирмы, то Кира — дизайнер? Она — это та самая Загорская, новый совладелец? Мозг быстро выстроил логическую цепочку.
— Что за ерунда? Кира, ты ведь ни разу не дизайнер, по крайней мере, ещё три года назад и не собиралась этим заниматься. Лазарев купил тебе игрушку, и ты, выйдя из декрета, возомнила себя дизайнером? С чего вдруг?
— Вы сомневаетесь в моей квалификации? Без проблем, я пришлю вам сканы моих сертификатов об окончании специализированных курсов.
— Ну что ты, я не сомневаюсь, что до того, как назваться дизайнером, ты прошла какие-то модные курсы и получила соответствующую бумажку. Иначе с тобой вообще никто бы не имел дела.
Она вспыхнула.
— Что вы себе позволяете? — она говорила тихо и как-то не очень уверенно.
— Кстати, а почему Загорская, а не Лазарева? Или он тебя в очередной раз бросил, но при разводе ты урвала лакомый кусок его имущества, который вложила в никчёмный цех, производивший примитивную мебель? И теперь пытаешься из говна слепить пирог? Сорри за мой французский, — я был не просто зол, меня затапливало желчью и выворачивало от злости.
 
Судя по выражению лица, я её всерьёз задел. Может, хоть теперь перестанет строить из себя неизвестно что?
— А может, это подстава? Вы — аферисты и пытаетесь развести нас? — наконец сформулировал мысль, которая не давала мне покоя с того момента, как я узнал, что отец решил нанять фирму-однодневку для проектирования дизайна нового отеля.
— Никита Рустамович, если ваша компания нам не доверяет, то к чему было подписывать предварительное соглашение, присылать нам техзадание и назначать сегодняшнюю встречу? — Савчук попытался переключить разговор на себя.