Встретимся в следующей жизни (СИ)

Но ещё более невозможным казалось не выполнить данное маме обещание. Поэтому в назначенное время я стоял возле кабинета Рустама Сабурова и ждал, когда меня вызовут к нему.
У меня не было плана. Я лишь смутно представлял цель своего визита. Догадывался, что во втором конверте письмо, в котором сказано, что я — его сын. Возможно, даже просьба позаботиться обо мне. Но мне не нужна была помощь этого человека! Это было как минимум унизительно! Я не хотел его ни о чём просить. Я не готов был от него ничего принимать. Особенно теперь, когда мама умерла и изменить что-то было невозможно.
Если бы он появился в моей жизни хоть немного раньше, я бы и дьяволу душу продал, лишь бы он помог маме вылечиться. Зачем мне чья-то помощь теперь? Мне ни от кого ничего не нужно!
Вовсе не было уверенности, что Сабуров станет со мной разговаривать и предложит сделать тест ДНК. И тем более сомневался, что он захочет признать меня и дать свою фамилию. Возможно, таких, как мама, у него было много, и он давно забыл её. Не понимал, почему она решила, что я нужен отцу.
В приёмную вошёл высокий немолодой смуглый мужчина.
— Вы меня ждёте?
Я кивнул:
— Если Вы — Рустам Сабуров, то вас.
Он открыл дверь и жестом предложил мне войти.
— Слушаю.
— Меня зовут Никита Леонов. Моя мама умерла несколько дней назад. Она оставила вам письмо и взяла с меня слово, что я передам его вам лично в руки и дождусь, пока вы прочтёте.
Протянул ему конверт.
— Присаживайтесь, пожалуйста.
Я опустился на стул. Сабуров нетерпеливо вскрыл конверт, вытащил из него исписанный лист бумаги и несколько фотографий. Мельком взглянув на фото, он расслабил галстук, расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке и опустился на кресло.
Пока его глаза бегали по строчкам, я разглядывал его. Сколько раз в детстве я мечтал о встрече с отцом и фантазировал, какой он! Наверное, я был на него похож. В школе меня дразнили "хачиком", а я никак не мог понять, откуда взялось такое прозвище и почему я так отличался от других детей. А оказывается, мой отец принадлежал к какой-то восточной народности.
Сабуров закончил читать, положил письмо на стол, прикрыл рукой глаза и откинулся на спинку кресла. Некоторое время он сидел без движений, будто уснул. Затем выровнялся и взялся за фотографии, долго разглядывая каждую из них.
— Я любил Таню, — сказал он приглушённо с надрывом в голосе. — Никого больше не любил так, как её. Дурак был, поверил другу практически на слово. Это сейчас раз — и отправил специалистам, а те тут же установили подлинность фотографий. А тогда всё было сложнее. Или мне так казалось. Да и в голову не пришло, что близкие могут меня обмануть. Когда узнал правду, то было поздно. Я к тому времени уже женился, дочь старшая родилась. Да я даже мысли допустить не мог, что Таня не сделала аборт! Я же сам её туда привёз. Если бы я только знал! Я бы примчался к ней на коленях вымаливать прощение.
Он снова накрыл глаза рукой и потёр их.
Я готовил себя к агрессивной встрече и обвинениям в самозванстве. Боялся, что меня выставят, даже не дочитав письмо. Ещё бы, какой-то нищеброд явился претендовать на лавры наследника империи. Но на лице мужчины я читал сожаление, раскаяние, огорчение и боль. Он явно был потрясён, хотя пытался не показать вида. И маму он, кажется, любил.
Моя собственная агрессия к нему как-то постепенно начала сходить на нет.
— От чего она умерла?
— Онкология.
— Поздно спохватились?
— Средне. За границей могли бы помочь, но это было нам не по карману.
— Конечно, а у меня попросить денег ей корона не позволила. Гордыня была её вторым именем. И с годами, судя по всему, ничего не поменялось. Она ведь знала, где меня искать, недаром письмо приготовила заранее. Посмотри на дату — полгода. Полгода назад она приготовилась к смерти и даже тогда не посчитала нужным поговорить со мной! Знаю, я не достоин её прощения. Но я бы мог ей помочь! Чёрт! Да я бы вывернулся наизнанку, чтобы вылечить её!
В дверь постучала секретарь и сообщила о следующем посетителе.
 
— Погоди, Катерина. Пусть подождёт немного. У меня важный разговор.
Я не знал, как себя вести. Возможно, мне стоило уйти? Ведь пятнадцать минут, о которых я просил, уже закончились.
— Так что мы будем теперь делать? Таня просит сделать тест ДНК, — он снова взял письмо и ткнул в него пальцем. — Давай, наверное, с него и начнём. Не то, чтобы я ей не доверяю, но всегда лучше быть уверенным, правда?
Я кивнул. Меня мама тоже просила об этом тесте. Мы с Сабуровым должны убедиться в нашем родстве прежде, чем принимать какое-то решение.
— Я сейчас распоряжусь, чтобы выяснили, где и как можно этот тест сдать быстро. На носу праздники, хотелось бы не затягивать. Думаю, завтра утром поедем в клинику. Вы… можно на ты?
— Конечно, — глупо было выкать собственному сыну.
— Ты где остановился?
— Пока нигде. Я планировал сегодня же назад. Своё письмо я прочитал непосредственно перед нашей встречей, а потому, честно говоря, не догадывался, что вы окажетесь моим отцом и всё так повернётся. Для меня это неслабый сюрприз, даже шок. И мне нужно время, чтобы эту информацию переварить.
— Хорошо. Давай так. Сейчас тебя проводят тут в номер, ты передохни немного. А дальше решим, в отеле останешься или домой ко мне поедешь.
Я вскочил — не хотелось задерживать и мешать Сабурову работать. Он тоже встал, подошёл ко мне.
— Клянусь тебе, я даже не догадывался о твоём существовании. Если бы я знал, то никогда не бросил бы тебя. Я не такой подонок, как ты, наверное, обо мне думаешь. Много лет я проклинаю себя, что так поступил с Таней. Затмение тогда какое-то нашло. И её жизнь сломал, и свою испоганил.
Я пожал плечами. Что уже говорить? Он отправил маму убить меня, а это куда хуже, чем оставить без поддержки. Я не мог понять своего отношения к Сабурову и к ситуации в целом. Не хватало слов, чтобы описать моё потрясение. Всё это свалилось на меня слишком неожиданно.
Секретарь проводила меня в номер. Он был небольшой, но весьма комфортный. Мы с мамой каждый год путешествовали. Она неплохо зарабатывала и понемногу откладывала на поездки. Я бывал в отелях в разных странах, но этот был явно классом повыше, чем то, что мы могли себе позволить.
Лёг на кровать и задремал. Предыдущие ночи были почти бессонными. Усталость давала о себе знать, организм не выдерживал без сна.
Проснулся от стука в дверь. Подскочил, даже не сразу вспомнил, где нахожусь. За дверью была Катерина — секретарша Сабурова.
— Рустам Булатович просит вас спуститься в ресторан. Я провожу.
Мы вошли в большой красиво оформленный зал ресторана. Отец уже ждал меня.
— Присаживайся. Выбирай, что будешь.
Пробежался глазами по меню. Цены кусались. Прикинул свои возможности и выбрал из расчёта, чтобы хватило расплатиться.
— Как-то ты слишком скромно. Я угощаю. Возьми медальоны из говядины, наш повар готовит их божественно.
Как только официант ушёл, приняв заказ, Сабуров заговорил.
— У меня через час ещё одна встреча. Потом поедем ко мне домой? Познакомлю тебя с семьёй. У меня три дочери: Малика, Амина и Дина. Старшей девятнадцать, она студентка, а младшим пятнадцать и тринадцать.
— Мне неловко вас стеснять. Тем более, что ваша супруга вряд ли обрадуется мне.
— Во-первых, давай на ты. Я и без всякого ДНК чувствую, что ты — мой сын. Что касается Зульфии, то с ней я разберусь. В конце концов, у нас традиционно дети от предыдущих браков остаются жить с отцом. Так что ничего страшного не случится, если ты пока поживёшь у нас. Расскажешь о себе? Я ведь вообще ничего не знаю.
 
— Я программист, закончил университет в прошлом году.
— Бакалаврат?
— Да.
— В магистратуру не пошёл?
— Нет, мама уже сильно болела, нужно было работать. Не до учёбы как-то было.
— Об этом поговорим позже, до лета время есть. Захочешь учиться, тут много вузов на любой вкус. С работой тоже решим, но уже после праздников, сейчас всем не до этого. Пока резюме приготовь.