Встретимся в следующей жизни (СИ)

— Дурочка…
Окинув себя взглядом, я вернулась в жуткую реальность, истерика усилилась.
— Кира, что мне сделать, чтоб тебе помочь?
— Принеси мне, пожалуйста, мою сумочку. Она там, возле моего стола осталась.
— Сейчас, я бегом.
Вернувшись, Никита, помог мне убрать салфетками следы произошедшего с тела и немного затереть сарафан. Но кровавые разводы на нём остались. Как в таком виде я могла выйти к людям?
— Сейчас принесу воду, как-нибудь замоем юбку. Потом вызову такси и отвезу тебя домой.
— Только выключи свет, пожалуйста, не могу всё это видеть.
Он ушёл, но буквально тут же дверь снова открылась.
— Ну что ты тут до сих пор сидишь? На вот, выпей, — Кирилл положил мне в рот таблетку и протянул бутылку с водой. — Вот ещё одна таблетка, положи в сумку, завтра выпьешь обязательно.
Я проглотила. Он вёл себя так, будто ничего экстраординарного не произошло. Как же мне было мерзко на душе! Ну почему он так со мной поступил? Разве я давала повод ему это сделать со мной?
— Кира, ты долго ещё тут собираешься сидеть? От кого ты прячешься?
— Я не могу выйти, у меня платье испачкалось.
— Чёрт. Кто вообще надевает белую одежду при месячных? Давай я отвезу тебя домой.
В тот момент я не в состояни была анализировать услышанное.
— Как же я в таком виде дойду до машины?
— Сейчас принесу тебе пиджак. Накинешь — никто не увидит ничего.
Он вышел, я снова осталась одна. Слёзы текли, не переставая. Обида сжигала меня изнутри, оставляя кровавую рану.
Почему он так со мной? Что теперь будет? Попользовался — и бросит?
В коридоре что-то происходило. Я слышала какую-то возню, крики. Спустя время всё стихло, Кирилл вернулся и протянул мне пиджак.
— Поехали.
Выбравшись из подсобки, я шла, не решалась поднять глаза. Лишь в лифте посмотрела на него. На скуле расплывалось красное пятно, губа была разбита, рукав рубашки надорван.
— Что с тобой?
— Ерунда. Твой Ромео совсем берега потерял.
Чёрт! Совсем забыла о Никите. Он же пошёл мне за водой. Что там у них произошло?
— Что с ним?
— Набросился на меня с кулаками. Разукрасил мне лицо — теперь синяк будет.
— А ты что?
— Другую щёку подставлять ему я не стал, слишком много чести. Но не бойся, он жив и почти здоров.
У меня не было сил ни о чём думать. Всё заволокло каким-то липким туманом.
В машине мы ехали в тишине. Я о многом хотела спросить Кирилла, но так и не смогла подобрать правильных слов. А может, просто боялась услышать его ответы. Я нуждалась в его объятиях и нежных словах, но он, как назло, вёл себя довольно отстранённо.
Правда, когда мы прощались возле подъезда, он снова меня поцеловал, как будто ничего не случилось. Может, всё у нас будет хорошо и я зря так загонялась?
Проскользнуть мимо бабули незамеченной, естественно, не удалось. Она тут же обо всём догадалась.
— Предохранялись?
— Я таблетку выпила.
— Завтра не забудь выпить вторую, поставь на телефон напоминание себе. И учти, их часто пить нельзя, только если экстренно. Записать тебя к врачу, чтобы таблетки выписала, если у вас с ним всё серьёзно?
— Ба, давай позже обсудим.
Я залезла под душ и долго пыталась смыть с себя сегодняшний день. Почему всё так вышло? Где я ошиблась?
Ругала себя, что не предупредила Кирилла, что я — девственница. Может, если бы он знал, то вёл бы себя иначе? Или был бы нежнее со мной. Мне было бы не так больно и обидно. Не было бы ощущения, что меня поимели и выбросили за ненадобностью.
Ну почему я такая наивная дура? Я должна была сразу понять, что он собирался сделать. Слышала же, что он возился с ремнём! Но у меня даже мысли не возникло, что он может вот так, не предупредив и не спросив моего согласия, это сделать.
Вспомнились слова Илоны о том, что он не любит долгие прелюдии. Вероятно, он со всеми так — только начал встречаться, как тут же утолял свою похоть, не особо заморачиваясь желанием партнёрши.
Выйдя из ванной, почувствовала, что меня мутит. То ли от стресса и переживаний, то ли от непривычной еды. Едва успела добежать до туалета, чтобы выплеснуть содержимое желудка.
 
Умывшись, пошла к себе в комнату, без сил упала на кровать и разрыдалась. Меня подташнивало, внутри всё горело огнём от разочарования и обиды. А ещё от панического страха, что Кирилл больше не захочет со мной встречаться.
Мне совсем не хотелось огорчать слезами бабушку, но нужно было выплакаться. Она тихонько вошла и поставила возле меня чашку с чаем.
— Выпей, я травку успокоительную туда добавила.
Бабуля села ко мне на кровать и погладила по голове.
— Больно?
— Душа болит, бабушка, не могу просто.
— Он тебя обидел?
— Не в этом дело. Просто по-дурацки всё получилось, совсем не так, как я себе это представляла.
— Всё пройдёт, забудется, всё будет хорошо. Не принимай так близко к сердцу. Люди предполагают, а Бог располагает. Значит, судьба такая. Ничего с этим не поделать. Так что не кисни. Выпей чаю, поспи, завтра будет новый день. Глядишь, всё наладится.
Когда я уже засыпала, зазвонил телефон.
— Кира, ты дома?
— Да.
— Как ты?
— Нормально.
— Точно нормально?
— Да.
— Никита, зачем ты полез в драку?
— Он получил за дело.
— Тебе не кажется, что тебя мои отношения с Кириллом не касаются? Смирись уже, что я с ним.
— Надолго ли? Я вот не понимаю, неужели ты осознанно пошла на это? Зачем? Почему, Кира?
— Никита, я не буду с тобой это обсуждать. Спасибо тебе за помощь. Мне сегодня это было необходимо. Без тебя я бы, наверное, совсем сошла с ума. Но дальше я сама, ладно?
— Как знаешь. Но ты помни, что если понадобится помощь, ты всегда можешь ко мне обратиться.
— Спасибо. Извини, я уже засыпала, когда ты позвонил.
— Окей. До завтра.
— Никита, до понедельника, увидимся на работе. Я с Кириллом, ничего не изменилось, — и положила трубку.
  
Глава 7
 
Ночь с пятницы на субботу прошла очень беспокойно. Мне было то жарко, то холодно, лежать на кровати неудобно, никак не могла найти себе места. Постоянно просыпалась, тревожные сны приходили каким-то бессмысленными урывками. Вскочила на рассвете с сильным сердцебиением и ощущением паники. Не сразу поняла, где нахожусь и какой сегодня день.
Потом навалились воспоминания о вчерашних событиях. Я никак не могла понять, почему это произошло? Как Кирилл мог со мной так поступить? И снова меня накрыла истерика. Сколько ревела — не знаю, на часы смотреть не хотелось. Воспоминания рвали душу на части. Ужасные мысли крутились роем вокруг головы. Приближался апокалипсис. Но в какой-то момент меня как будто окатило ледяной водой, и я немного успокоилась.
Вдруг всё встало на свои места, вереница жестов, слов и событий сложилась в логичную цепочку. И почему я сразу ничего не поняла? Всё случилось не спонтанно. Кирилл повёл меня в эту подсобку с конкретной целью. Он не просто так прижал меня к стене и задрал мою юбку. Будь я капельку умнее, в тот же миг должна была его остановить или хотя бы сообразить, к чему всё шло. Ведь знала, что он — взрослый мужчина и не сможет довольствоваться одними поцелуями. Меня об этом предупреждали и бабушка, и Никита, и даже Илона.
Если я была не готова к таким отношениям, то должна была быть настороже, должна была избегать уединения с ним, должна была внимательно считывать каждое его движение и хотя бы задаться вопросом, почему и зачем был тот звук пряжки его ремня. Должна была его оттолкнуть, как только он отодвинул в сторону моё бельё!
Но я этого не сделала — и он принял моё поведение за согласие. Так что претензии за случившееся я могла предъявлять только в зеркало. Кирилл повёл себя как взрослый мужчина, которого женщина не остановила, несмотря на все сигналы того, что он собирается заняться с ней сексом. Откуда он мог знать, что перед ним дурочка, которая ни одного сигнала не распознала?