Джессика

Рик, тоже куда-то уходивший вечером пятницы, куда-то умотал и с утра в субботу; Малколм, как обычно, не спрашивал, куда он идет, но позже подумал, что, наверное, на похороны Кевина. Правда, не возвращался Рик как-то очень долго — но, быть может, братство устроило длительную прощальную церемонию в память о своем секретаре. Самого Малколма, в любом случае, отсутствие соседа, как всегда, только радовало. Отдав некоторое время учебе, он принялся лазить по различным сайтам, ища, как еще можно украсить и обустроить их с Джессикой дом, а также какие фильмы и аудиокниги можно для нее скачать. Искал он, конечно, то, что можно было скачать бесплатно; «я бы охотно заплатил вам пиратскими дублонами из сна, — думал он с усмешкой, — и это было бы вполне справедливо, поскольку смотреть и слушать мы тоже собираемся во сне». Рик вернулся, когда уже стемнело, и посмотрел на соседа странным взглядом, словно удивляясь, что тот все еще здесь. Малколм и в самом деле собирался наконец увидеться с Джессикой, но погода все еще не благоприятствовала — метеосайт обещал прояснение только к полуночи. «Вот и хорошо, — подумал про себя Малколм, — уйду, когда он уже ляжет спать». Однако Рик, за все время с их ночного разговора обменявшийся с соседом лишь парой ничего не значащих фраз, тоже засел за свой компьютер и, похоже, совершенно не собирался ложиться пораньше, для чего накануне воскресенья не было и повода.
Малколм сидел и все больше злился, хотя внешне, как обычно, не подавал виду. «Я могу встать и уйти в любой момент, — говорил он себе. — Я не обязан перед ним отчитываться или от него прятаться. Сейчас только октябрь, а мне с ним жить до июня. И что ж мне теперь — каждую ночь дожидаться, пока он заснет? Только потому, что он вбил себе в голову, что должен расследовать смерть Кевина, а я ему сказал, что свое расследование закончил? Чушь это все. Даже если я буду уходить позже, а приходить раньше, он все равно заметит, что я не ночую здесь. Ну и наплевать, не его это дело. А я не должен показывать, что меня это хоть сколько-нибудь заботит!» Но, едва он собрался решительно встать и пойти одеваться, как Рик закрыл свой ноутбук и принялся расстегивать рубашку.
— Тебе еще нужен свет? — спросил он, вернувшись из ванной.
— Можешь выключать, я тоже скоро пойду спать, — ответил Малколм и подумал, что это даже и не ложь. Он ведь не уточнил, куда именно пойдет.
Рик отвернулся к стенке и, похоже, быстро заснул. Малколм некоторое время прислушивался к его ровному дыханию, а затем, стараясь двигаться беззвучно, стал собираться.
Свернув и отправив в рюкзак свой собственный ноут, он выскользнул из темной комнаты, аккуратно закрыв за собой дверь, придержав ручку, чтобы не щелкнул замок, а затем плавно повернув ее.
В парке еще чувствовалась сырость, но небо наконец-то полностью очистилось, и в его космической черноте ярко сияла полная луна, озаряя аллею призрачным голубоватым светом.
Где-то в лесу позади хрустнула ветка, и Малколм с усмешкой подумал, что, согласно суевериям, сейчас самое время для появления какого-нибудь оборотня. Разумеется, он не почувствовал даже мимолетного испуга — он любил ночь и к суевериям относился неизменно презрительно, даже шагая на свидание с мертвой девушкой. А может быть, как раз благодаря этому. На Джессику, по крайней мере, фаза луны, похоже, никак не влияла. Откуда вообще взялся у людей этот нелепый страх перед полной луной, которая светит так ярко и красиво? Логичнее было бы, наоборот, бояться темных ночей новолуния…
Тем не менее, подходя к скамейке, он внимательно огляделся по сторонам, затем, уже разложив спальный мешок — еще раз. Странным образом этот яркий свет создавал у него ощущение беззащитности, словно он собирался спать днем, у всех на виду. Но в парке в такую пору, разумеется, не могло быть никого, кроме мелких ночных животных. Малколм забрался в мешок и постарался максимально расслабиться, дыша медленно и размеренно. Ему надо уснуть поскорее и нельзя прибегать к помощи таблеток — сегодня он пришел слишком поздно и, если примет снотворное, не успеет проснуться до рассвета…
 
— Я уж боялась, что ты и сегодня не придешь.
— Ну что ты, Джесс! — воскликнул Малколм, радуясь, что видит ее снова. Ее лицо казалось неестественно белым в лунном свете. — Как только кончился дождь…
— Дождь кончился уже давно.
— Рик, — нехотя проворчал Малколм. — Мой сосед. Я ждал, пока он заснет.
— Он становится проблемой? — неприязненно осведомилась Джессика. — Пытается помешать нашим встречам?
— Да нет… он, правда, любопытствовал, куда я хожу по ночам…
— И что ты ответил?
— Честно сказал, что на свидания с девушкой, — усмехнулся Малколм, — но я успел создать себе такую репутацию, что он мне не поверил.
— Ну и хорошо.
— Да, но сейчас он слишком озабочен смертью своего друга и склонен совать нос, куда не надо. Не хотелось бы, чтобы он как-нибудь увязался за мной.
— Не хотелось бы, — согласилась Джессика и после короткой паузы произнесла: — Малколм, ты ведь хочешь жить один?
— Нет, я хочу жить с тобой! — автоматически ответил он.
— Я имею в виду — там. В общежитии.
— Конечно, но… — до него, наконец, дошло. — Джесс, я не хочу, чтобы с Риком… что-то случилось. Он, конечно, бывает несносен, но…
— Совсем-совсем ничего? С людьми случаются разные вещи. Особенно с теми, которые делают неправильный выбор. Иногда они попадают в больницу… на несколько месяцев. Потом он мог бы вернуться к учебе… но это будет уже на следующий год. Когда тебе уже не придется жить в общаге.
Малколм несколько секунд обдумывал это предложение. Его первым импульсом было согласиться. Это всего лишь больница, это же не убийство! Ничего непоправимого. Но — несколько месяцев на больничной койке? Это должно быть что-то очень серьезное. Слишком суровое наказание для человека, который, объективно говоря, не хотел, да и пока еще не сделал ему никакого зла.
— Ничего, — покачал головой он, — как-нибудь потерплю Рика до конца года. А то еще поселят вместо него кого-нибудь еще хуже… «Мириться лучше со знакомым злом…»
— Не поселят, — возразила Джессика. — Когда кто-то выбывает в середине семестра, обычно уже не подселяют. Новых студентов-то уже нет.
— Все равно. Не надо. Он не заслужил.
— Люди нередко получают совсем не то, что заслужили, — горько произнесла Джессика. — Ну как знаешь, Малколм. Просто хотела сделать тебе еще один подарок.
— Спасибо, Джессика, я ценю, но — правда, не надо. Я разберусь с Риком сам. Давай лучше кино смотреть! — поспешил сменить тему он. — Я принес седьмые «Звездные войны»!
— Давай! — обрадовалась Джессика.
Малколм взял пульт и поднял из земли дом, остановившись на сей раз на «космическом» этаже, а затем запустил фильм.
«Любопытно, — подумал Малколм, глядя на экран, — в «Звездных войнах», несмотря на все звездолеты и высокие технологии, тоже есть загробная жизнь. По крайней мере, для наиболее продвинутых джедаев. Хотя, конечно, «Звездные войны» — это больше сказка, чем научная фантастика…» Но Джессика сказкой не была. Уж точно нет.
После кино они продолжили обустройство своего дома, окружив его, по идее Малколма, высокой чугунной оградой с острыми пиками поверху и табличкой «Частная собственность. Проход запрещен» на тяжелый кованых воротах. Малколму всегда хотелось жить в доме с такой оградой (а не символическим штакетником, как у дома его родителей) и такой надписью. Затем Малколм вспомнил о своем намерении развесить на ветвях дерева модели самолетов. Поначалу он собирался лишь воспроизвести модели, украшавшие его комнату в родительском доме, но быстро сообразил, что теперь может позволить себе куда более крупный масштаб и большее разнообразие. И то, что когда-то пришлось бы клеить несколько дней, теперь возникало за секунды. Создавать новые предметы было все проще — подсознание материалиста по-прежнему не могло представить их появляющимися прямо в воздухе, но достаточно было отвернуться и подумать (а еще лучше — услышать слова Джессики) о том, что они находятся там, где должны находиться.