Очень Дикая Охота (СИ)

— Да, конечно. Собственно, совершенно не важно, кто там подписывает документы. Это и раньше часто делали заместители директоров. И эти записи в архивах никто не смотрит специально. Перевести на себя защиту замка я могу. Мы уже отрабатывали это с Альбусом на всякий случай.
— Вот и славно, — подытожил Снейп, — главное — пережить завтрашний день. Я еще до завтрака принесу мисс Грейнджер оборотное зелье. А нам с остальными деканами нужно будет ни в коем случае не оставлять нашего дорогого директора наедине с членами комиссии и всячески подстраховывать.
  
— Кстати, это уже было, — подал голос один из портретов, — если мне не изменяет память, в 1666 году. Тогдашний директор...
— Я бы попросил..., — прошипел портрет с противоположной стены.
— А что тут такого? — ехидно поинтересовалась седовласая дама в песне. — И так все знают, что у вас, коллега, был бурный роман сразу с тремя вейлами. И вас изображал ваш побочный сын от магглы, сквиб. А делами занимался ваш заместитель.
Портреты захихикали. Тот, о ком все говорили, громко фыркнул и исчез с портрета.
Гермиона даже рот открыла от изумления. Директора Хогвартса казались ей почти небожителями, лишенными обычных человеческих слабостей. А тут такое.
— В общем, все ясно, — подытожила МакГоннагал, — самое разумное — лечь спать. Утром Северус принесет оборотное зелье. Мисс Грейнджер для разминки поприсутствует в новом качестве на завтраке. А там и комиссия появится.
Гермиона тяжело вздохнула.
— Ничего-ничего, — похлопала ее по плечу декан, — справитесь. А сейчас ложитесь спать. Может, успокоительного зелья у Северуса попросим? Выспаться нужно обязательно.
— Ддда, пожалуйста.
— Я принесу через камин, — кивнул Снейп.
— Что ж, мисс Грейнджер, осваивайтесь. Спальня директора там, — указала МакГоннагал.
— Хорошо.
Гермиона прошла через неприметную дверь.
У директора Хогвартса была большая и захламленная спальня. Слишком много мебели, драпировок, ковриков. Все ярких, прямо-таки кричащих расцветок. Странно, что пожилой человек чувствовал себя в такой обстановке комфортно. Сама Гермиона никогда бы не поставила у себя в комнате ни алых с золотом пуфиков, ни оббитых парчой вычурных диванчиков (или как они там называются, козетки, канапе?). Герб Гриффиндора над балдахином огромной кровати тоже смотрелся нелепо, если не сказать дико.
Девушке стало не по себе. Почему она не может провести эту ночь в своей постели? Или это нужно для гарантии, что она не проболтается о грядущей подмене? Чтобы была под рукой?
Послышался шум камина. Затем кто-то постучал в дверь и, дождавшись приглашения, вошел. Снейп протянул Гермионе хрустальный флакон.
— Вот. Вполне выспитесь. Мы с Минервой зайдем рано утром, чтобы проконтролировать ваше преображение.
— Сэр, — неуверенно проговорила Гермиона, — а можно я проведу эту ночь в башне Гриффиндора?
— Вам не нравятся апартаменты директора? — насмешливо приподнял бровь Снейп.
Гермиона покачала головой.
— Ничего страшного, мисс Грейнджер. Кровать, я думаю, достаточно удобная. Выспитесь.
— Хорошо, сэр. Но... мне кое-что нужно.
Снейп с недоумением взглянул на нее. Потом кивнул.
— Вызовите эльфа. Он принесет вам все, что необходимо.
— Да, конечно.
— Спокойно ночи, мисс Грейнджер.
— Спокойной ночи, сэр.
Она осталась одна. Решительно тряхнула головой. Да, она сама заварила эту кашу. И она поможет родной школе пережить визит министерской комиссии. А там и директор выздоровеет.
Вызвала Добби, который принес ей пижаму, зубную щетку и расческу. Совершила вечерний туалет. Забралась на огромную кровать. Залпом выпила зелье. Едва успев проговорить «Нокс», Гермиона заснула.
Проснулась она оттого, что кто-то довольно невежливо тряс ее за плечо. Спросонья она плохо понимала, что с ней и, где она собственно находится.
— Просыпайтесь, мисс Грейнджер!
Что?! Ее будит профессор МакГоннагал. Неужели она проспала?!
Гермиона резко села на кровати, чуть не заехав головой по носу декану своего факультета.
— Ой! Простите, профессор.
— Ничего, мисс Грейнджер. Вставайте. Северус ждет нас в кабинете. Сейчас выберем одежду для вас, и вы примите оборотное зелье.
Гермиона нервно сглотнула. Потом решительно отбросила одеяло и направилась в сторону ванной.
Когда она, закончив свой утренний туалет, вернулась в спальню, то застала МакГоннагал у шкафа. Та потрясенно разглядывала белье Дамблдора.
— Профессор..., — начала Гермиона и осеклась...
Даааа. Конечно, учитывая экстравагантные мантии, балахоны и колпаки директора, сложно было ожидать от него приверженности к строгой классике. Но реальность превзошла все ожидания.
— Я хотела подобрать для вас одежду, — пробормотала МакГоннагал. — Но мне и в голову не приходило... то есть я бы не стала ... никогда бы себе не позволила...
— Я понимаю, профессор, — кивнула Гермиона.
Тут было на что посмотреть. Несколько полок занимали кальсоны и панталоны самых феерических расцветок. На многих были фривольные, движущиеся картинки. Это не говоря о множестве рюшечек, оборочек, обилии бахромы, фестончиков и бантиков. К каждой паре были скрупулезно подобраны чулочки с подвязками.
— Я даже не знаю, — пробормотала Гермиона.
— А придется выбирать из этого, — скривилась МакГоннагал. — В свое белье вы попросту не влезете. Ладно, балахон и мантию я для вас выбрала. Белье на ваше усмотрение. Пора принимать зелье.
Гермиона выдернула из шкафа голубые атласные панталоны, украшенные изображениями черных кошек. Это было все-таки поприличнее, чем остальное. Соответствующие чулки прилагались. Как и удобные башмаки с бантами черного бархата.
МакГоннагал отвернулась. Гермиона сбросила пижаму и залпом выпила зелье из флакона. Трансформация началась...
Буквально через минуту в большом зеркале отразился почтенный старичок. Гермиона была бесконечно благодарна за то, что почти все было скрыто длинными волосами и бородой. Из-под бороды виднелись тощие кривые ножки.
— Да, получилось, — пробормотала МакГоннагал, обходя по кругу свою ученицу. — А теперь, дорогая, одевайтесь. У нас мало времени.
Где-то на задворках сознания билась мысль, что, например, Гарри вряд ли бы справился со всеми этими шнурками, завязками, крючками и подвязками. Все-таки маггловская одежда была намного практичнее. Наконец, с одеванием было покончено. Гермиона и МакГоннагал вышли в кабинет, где их уже ждал Снейп.
— Неплохо, — буркнул он, протягивая Гермионе очки-половинки и палочку директора.
— Надеюсь, дорогая, вы понимаете, что вам лучше удерживаться от колдовства? — сказала МакГоннагал.
— Конечно, профессор.
— Так, — приступил к инструктажу Снейп, — вы теперь — Альбус Дамблдор. Профессора обращаются к вам по имени. Вы к ним тоже. Так что никаких «сэр» или «мэм». Ясно?
— Да, сэр. То есть, да, Северус.
Он поморщился.
— Далее, поприветствовав комиссию, пригласите их в свой кабинет на чашку чаю. А вместе с ними и деканов всех факультетов. А дальше по обстоятельствам.
Гермиона кивнула.
— Действие зелья рассчитано на сутки. Вам придется вернуться сюда. Пароль вы поменять не можете. Добавлять или снимать балы тоже не можете. Как и назначать взыскания. Ясно?
— Ясно.
— И последнее. Если я услышу от вас обращение «мальчик мой», или вам вдруг захочется угостить меня лимонной долькой, то пеняйте на себя.
— Да... Северус.
— Вот и отлично.
— Нам пора, — сказала МакГоннагал, — Северус, не запугивай девочку. Все будет хорошо, я уверена.
И они отправились на завтрак...
Однажды Гермионе уже довелось потрапезничать за столом преподавателей. Дело было на четвертом курсе во время святочного бала. И она тогда так волновалась, что почти ничего не запомнила из происходящего. Теперь же она занимала место самого Дамблдора. Ох! С директорского места весь Большой зал был виден как на ладони.