Физрук-6: назад в СССР (СИ)
— Вообще-то, я не собирался особенно распространяться о нем, — пробормотал я.
— Шила в мешке не утаишь, — возразила Тигра. — Ребята все равно проболтаются. А если пойдет слушок, что мы создали тайную молодежную организацию, от нас только пух да перья полетят.
— Что же ты предлагаешь?
— Не употреблять сомнительной, с точки зрения кодекса строителя коммунизма терминологии.
Вообще-то Антонина Павловна была права. Романтика романтикой, а если пришьют антисоветчину, мало не покажется. Придется мимикрировать. Подо что? Для юных тимуровцев мои парни уже слишком взрослые. Их же в этом году должны в комсомольцы принимать. Привязывать отряд к комсомолу тоже не хочется. Это только отпугнет пацанов. Впрочем, кажется я уже иду по кругу. Нужна мощная идея. Сможет ли ее дать Алькина сказка про Старый Завод, который на самом деле не завод?
— Постой, ты сказала, что ребятам нужна сказка, — решил я поделиться своими сомнениями с собеседницей. — Алька по моему заказу ее уже сочиняет… Если уже не сочинил. Наша задача каким-то образом конвертировать сказку в деятельность нашей теперь уже не понятно как называемой организации!
— Конверт… что? — удивилась Тигра.
Пришлось мысленно схватить себя за язык. Надо быть осторожнее — словечко-то из иного времени.
— Я хотел сказать, что нужно каким-то образом сказку превратить в программу действия вполне реальных ребят.
— Понимаю тебя, — кивнула Антонина Павловна. — Это и впрямь нелегкая задача.
— А мы даже о терминах не можем договориться.
— Дело ведь не только в терминах…
— Вот именно — и вовсе не в них, — продолжал я. — Рыцарский орден — в реальности может и вызовет гнев каких-нибудь блюстителей социалистической морали, а в сказке — нет!
— Прости, не поняла?
— В реальности мы останемся «экспериментальным» классом, просто немного его расширим за счет некоторых учащихся из других классов, а в сказке — станем Орденом.
— Звучит красиво, но пока что — не слишком понятно.
— Да и я пока что тоже не слишком понимаю суть своей идеи, — признался я, — но чувствую, что ответ где-то рядом.
— Театр! — вдруг выкрикнула Тигра и глаза ее засияли.
На нас стали оглядываться другие посетители.
— Что — театр? — теперь уже не врубился я.
— Вот смотри! — заговорила она, чертя пальцем по фанерному покрытию столешницы. — Мы же хотим, чтобы ребята занимались какими-то важными и интересными делами и благодаря этому — развивались, как личности. Так?
— Так, — кивнул я.
— И дела эти должны напоминать игру, чтобы не превратиться в рутину и обязаловку!.. А игры бывают нескольких типов — спортивные, развлекательные и актерские. Первые требуют серьезной и весьма специфической подготовки. Не мне тебе об этом рассказывать. Вторыми занимаются под настроение и бросают, когда надоест, а вот актерская игра — это серьезное занятие, которое…
— Тоже требует весьма специфической подготовки, — усмехнулся я.
— Да, верно… — потупилась Антонина Павловна. — Что-то я не туда заехала…
— Да нет! — сказал я. — В твоей аналогии с театром что-то есть… Я это чувствую. Только мысль ускользнула… А ее надо поймать за хвост… Слушай, а ведь… Точно!..
Глава 21
— Ну! — нетерпеливо воскликнула Тигра.
— Пусть все думают, что театр, — продолжал я. — Гербы там, доспехи, шлемы, поединки разные… Все понарошку… Это будет видимая часть айсберга, на показ… А невидимая, главная будет делаться втихомолку. Все будут считать, что мы занимаемся подготовкой к этим представлениям, и никто не станет совать носу в наши дела!.. Таким макаром мы совместим сказку и реальность.
— Не хочу тебе льстить, но, по-моему, это гениально! — проговорила Антонина Павловна.
— Спасибо! Так что будем работать в этих двух направлениях.
— Да вот только какая тебе от меня польза? — вздохнула моя собеседница. — В театральных делах я полный профан…
— Будешь моим, так называемым, комиссаром, — сказал я. — Следить, чтобы мы не съехали в какую-нибудь антисоветчину… А театром займется Вадик Красильников. Он в этих делах дока…
— Комиссарша из меня тоже не очень…
— Я пошутил. Просто мне нужен взрослый напарник, который меня понимает. А уж чем тебе заняться, сама решишь. Дел в любом случае будет невпроворот.
— Да я и не думала увиливать.
— Ну и хорошо! — я посмотрел на часы. — Давай-ка я тебя до дому подброшу, напарница!.. А то мне перед секцией еще кое-куда заехать надо.
— Буду рада.
И мы покинули пельменную. Вернулись к школе. Я выкатил из гаража «Волгу» и подвез Антонину Павловну к ее дому, а потом поехал к дому, где жили Константиновы и Вилена. Как ни хотелось мне ее увидеть, я не стал искать встречи. Во-первых, я пока не знал в какой именно квартире она живет, а во-вторых, встреча с ее мамашей не входила в мои планы. Поэтому я позвонил в квартиру своего ученика. Мне открыл сам Васька. И при этом, стервец, нисколько не удивился, словно знал, что сегодня я к ним загляну.
— Па-ап! — крикнул он. — К нам Сан Сеич пришел!
Тихон выглянул из кухни. На этот раз в руках у него был не паяльник, а — половник.
— А, Саша, привет! — сказал он. — Проходи!
— Здорово! Да я на минутку.
— Поужинаешь с нами?
— Спасибо, я уже…
— Тогда — кофейку?..
— Это можно!
Я разулся и разделся. Прошел в уже знакомую мне комнату — смесь технической библиотеки и мастерской. Через несколько минут появился и хозяин, принес, турку, чашки. Разлил кофе.
— Мне Базиль уже доложил, что клуб вы там затеяли для подростков, да помещение ремонту требует.
— Не просто — ремонту, — сказал я, пробуя горячий напиток, — переоборудования по специальному проекту.
— Это нам подходит, — кивнул Тихон. — Мы ведь не жэковские маляры, нам творческую работу подавай.
— Вот чего-чего, а творческой работы там будет навалом.
— На проект бы взглянуть…
— Вами будет руководить архитектор Рунге, Эмма Францевна, супруга моего коллеги, учителя немецкого языка.
— Ну с архитектором-то дело пойдет… В субботу, значит, приходить?..
— Да, к восьми утра.
— Ох, ранёхонько…
— Ну так никто же не неволит.
— Нет. Уговор дороже денег! — усмехнулся Васькин папаня. — Только ведь и возьмем за работу не дешево.
— Сколько?
— Да ты забыл?.. Не деньгами возьмем, а услугою.
— Каратэ хотите заниматься…
— Им самым…
— Зал нужен.
— У нас на заводе есть.
— Тогда — по субботам — клуб, а по воскресеньям — тренировка. Часика в три.
— По рукам!
Мы ударили по рукам, я допил кофе и засобирался. Тихон вышел в прихожую, меня проводить.
— Слушай, — вполголоса сказал я ему. — А парень-то у тебя шибко сообразительный.
— Базиль-то? — хмыкнул Константинов-старший. — Не голова, а Дом Советов.
Я пожал Тихону руку и вышел. Шутки шутками, но вот, считай, суперспособность еще одного своего ученика вычислил. Пока не очень даже понятно — в чем она заключается, да вот только тринадцатилетний пацан самостоятельно проанализировал ситуацию и фактически дал команду своему папаше и его дружкам сколачивать бригаду. Да и моему приходу не удивился. Выходит, еще во время нашего с ним разговора знал, что я приду сегодня? Я и сам в тот момент еще не знал этого.
Если способности каждого из пацанов употребить на благо Ордена, ух какую силищу можно обрести в тихом провинциальном городе Литейске! Даже подумать об этом страшно… А почему — страшно?.. Об этом как раз думать и надо… Как еще поднять этих отличных ребят над бурей, которая обрушится на страну, когда им едва двадцать три— двадцать четыре стукнет. Чуть старше будут, чем я сейчас… И почему — поднять? Сила она и есть сила, употребить ее им же на пользу, а может — не только им, вот к чему надо стремиться!
Вот только как к этой задаче подступиться?.. А вот — как! Построить всю работу в Ордене на выявлении и использовании этих самых суперспособностей. Игра? Театр? Пусть будет театр! Да хоть цирк!.. Растает снег, будем искать теплофорный снаряд господина Никитина. Найдем, разберемся, как оный снаряд устроен и в дело употребим… Медный Ключ, чем бы тот ни был, ежели обнаружим, тоже приспособим на пользу. И все, что еще откроем или придумаем.