Физрук-6: назад в СССР (СИ)

Такси остановилось возле ворот, я сунул шоферу деньги по счетчику и открыл калитку. Артемий Сидорыч носу из будки своей не показал, видать, уснул. Ну так он сторож двора, а не моей нравственности.
Вилена вошла в мою квартиру не как гостья. Ну да, она же ведь здесь не только бывала, но даже уже хозяйничала. Ну вот и пусть сейчас хозяйничает, а я — в душ. Я разделся, бросил где попало венгерский костюм и ушел в ванную. Водичка освежила меня, я прикрылся полотенцем, вышел в коридор и прислушался.
В кухне шумела вода. Ага, посуду моет. Ну, успею добежать до большой комнаты, взять какую-нибудь одежонку. Я на цыпочках бросился к шкафу, выхватил старые треники и домашнюю футболку. Облачился и потопал на кухню. Вилена и впрямь мыла посуду, которая накопилась у меня со вчерашнего дня. Увидев меня, улыбнулась. Убрала тыльной стороной ладони, выбившуюся из прически прядку, показала на чайник, над которым поднимался пар.
— Попей чайку, — сказала она. — А я бы тоже душ принять не отказалась бы. Только мне переодеться не во что.
— Могу предложить свою рубашку и такие же треники.
— Давай!
— Возьми в шкафу.
— Хорошо.
Вилена вытерла кухонным полотенцем последнюю тарелку и ушла. Я налил себя чаю, чтобы окончательно прочистить мозги. Я слышал, как плещется в ванной вода и старался не думать о том, что девушка, которую неделю назад я и отыскать-то не надеялся, сейчас стоит обнаженная, под струями из душевой лейки. Воображение мое, против воли, рисовало самые соблазнительные картинки. А если учесть, что я уже довольно давно вынужденно соблюдал воздержание, то организм мой не мог не реагировать на эти мысленные сценки.
— Ну и мне теперь чаю налей, — сказала гостья, вновь появляясь на кухне.
Я взглянул на нее и гулко проглотил слюну. Нет, мне не впервой видеть красивую девушку в моей на рубашке на голое тело, но… Ну хотя бы вытерлась что-ли получше?.. Соски бы так не проступали сквозь тонкую ткань. Я старательно отвел глаза и принялся наливать чай во вторую чашку. Вилена села напротив. Облокотилась на столешницу и сквозь незастегнутый ворот рубашки стала видна ложбинка между грудей. Да она издевается надо мною, что ли⁈
— Ты домой позвонила? — спросил я.
— Да, пока ты принимал душ, — ответила она.
— Мама, небось, в ярости.
— Переживет.
— Хочешь сказать, что Аглае Мефодьевне не впервой?
Вилена отодвинула чашку.
— Что ты имеешь в виду?
Сообразив, что сболтнул пошлость, я попытался выкрутиться.
— Ну ведь тебе приходилось, наверное, ночевать у подруг…
— Не выкручивайся! — строго сказала инструктор райкома. — Если ты думаешь, что я так свободно с тобой себя веду, то значит, я уже того… За кого ты меня принимаешь⁈
— Ну прости!.. — спохватился я. — Я ничего плохого и не думал… Спуталось все в голове… Думаешь легко видеть тебя вот так… В рубашке…
— Дурак ты, — буркнула Вилена, остывая. — Я ведь доверяю тебе, как самому близкому другу… А у тебя в голове только одно.
— Друг-то я друг, но… ведь я еще и мужчина…
— Слушай, мужчина, давай у нас все будет по-честному… Ты очень мне нравишься, если не сказать больше. Я хочу, чтобы ты стал моим мужчиной. Только моим и навсегда… Если у тебя такие же планы насчет меня, то все у нас будет, но как у людей… Уж прости мне эти глупые бабьи предрассудки — ЗАГС, свадьба и даже свадебное путешествие… Понимаешь?
— Понимаю, — буркнул я. — Я тоже хочу, чтобы все у нас было по-честному… И, поверь, не собирался я тащить тебя в постель. Ну мелькнули, конечно, разные мысли. Но не в них дело… Если у нас и впрямь все серьезно, нам нужно будет о многом договориться. И не на бегу, а спокойно и вдумчиво…
— Вот теперь я слышу то, что хотела, — улыбнулась она. — Только все разговоры все равно придется отложить… Давай спать!
— Давай. Ложись на кровать, а я на диванчике посплю.
— Спокойной ночи!
— Спокойной!
Я завалился на диван, полагая, что не смогу уснуть, но провалился в сон мгновенно.
  
Глава 20
 
Проснувшись утром, я удивился, почувствовав запах жарящейся яичницы. Так крепко спал, что даже во сне как-то подзабыл, что у меня ночевала Вилена. Выбравшись из спальни, заглянул на кухню. Ну да, моя дорогая гостья была здесь и накрывала на стол. А ведь мне еще предстояла пробежка! Ну да ладно. Ради такого случая можно перенести ее на вечер. Я кинулся в ванную, умылся, почистил зубы. И вернулся на кухню.
 
— Доброе утро! — сказал я.
— Доброе, доброе! — улыбнулась она, вставая и накладывая в тарелку мою порцию.
— Ты сейчас в райком? — спросил я.
— Нет, сначала заскочу домой, переоденусь.
— Понятно, а я сегодня уже на работу.
— Когда у тебя отпуск?
— Летом… А в марте — весенние каникулы.
— Да, помню — с двадцать четвертого по тридцать первое марта.
— Хочу организовать ребятам турпоездку.
— Отличная идея, — одобрила Вилена. — Я могу помочь с организацией. У нас, в райкоме, есть отделение «Спутника».
— Какого еще спутника? — не понял я.
— Бюро международного молодежного туризма «Спутник», — пояснила гостья. — У нас им заведует Лена Качалкина — очень активный и исполнительный работник.
— Верю, — сказал я. — Тогда пусть подыщет какой-нибудь интересный маршрут, можно — автобусный. Я все оплачу.
— За всех участников поездки?
— Да, — ответил я. — В большинстве своем мои ребята не из богатых семей.
— Тогда я попрошу Лену подыскать что-нибудь не дорогое…
— Нет, дешевки мне не надо. Транспорт, проживание в гостинице, питание — чтобы все на уровне.
— Хорошо, милый! — улыбнулась Вилена, но из деликатности, даже не поинтресовалась, откуда у меня такие деньги. Ну и хорошо…
— А ты с нами поедешь?
— С тобой — хоть на край света, — расмеялась она немного игриво.
— Вот и договорились… Кстати, я сделаю дополнительный комплект ключей, для тебя, если ты не против.
— Не боишься, что я застану тебя врасплох?
— А чего мне бояться? Единственное лицо женского пола, кроме тебя, которое может здесь оказаться — это сестра Ксюша.
— У тебя есть сестра?
— И брат, — подтвердил я. — Они, правда, троюродные…
— Это не важно! — воскликнула она. — Здорово, что ты не один в этом городе.
— Я только недавно об этом узнал. Случайно.
— Почему — случайно?
— В моем классе есть паренек, Володька Борисов. И у него старшая сестра Ксения. Я приехал к ним как классный руководитель, чтобы ознакомиться с бытовыми условиями, в каких живет мой ученик, и увидел фотографию своего, погибшего на войне, дедушки. Оказалось, что это и их дедушка — тоже.
— Подожди, у вас общий дедушка, а…
— А бабушки разные! — подхватил я. — Кондрат Герасимович познакомился с их бабушкой на фронте. Она забеременела и ее отправили в тыл. А моя бабушка забеременела, когда дедушка приезжал на побывку. Так вот и получилось, что мы с Ксюшей и Володькой родственники.
— Какая печальная и романтичная история… — протянула моя гостья.
— Родители их умерли и они вдвоем живут, — сказал я. — В Заречье, в довольно старом доме и без всяких удобств. Хочу помочь им с кооперативной квартирой, но надо найти и договориться, чтобы сестру приняли в число пайщиков.
— С этим я тоже могу помочь, — сказала Вилена. — Мой папа председатель нашего жилищно-строительного кооператива. Я с ним поговорю.
— Ого! Это было бы здорово, но захочет ли он помочь парню, который отбивает дочь у сына его друга?
— Что ты! Папа целиком и полностью на моей стороне!
— Это радует… Тогда жду от тебя известий!
Мы еще поболтали немного и стали собираться. Я подвез девушку на такси к ее дому, а потом покатил к вчерашнему ресторану за своей машиной. Забрав «Волгу» там, где я ее оставил, поехал в школу.
В учительской меня встретили как героя. Слух о моем подвиге уже распространился по школе. И виноват в этом был, конечно, брательник. Завуч, которая прежде шибко сомневалась в моих человеческих качествах, теперь взирала на меня, как на кинозвезду, вызывая кривые ухмылки на лицах остальных женщин коллектива. Директор даже пригласил меня в кабинет. Пожал руку.