Лучший подарок мне на Рождество?.. Парень моей сестры (ЛП)

— М-м-м. Ты хоть знаешь, что значит «вести себя прилично»?
— Рядом с тобой, похоже, нет. Я и так уже нарушил несколько условий контракта.
Слова Эйдена не должны были вызвать улыбку, но по какой-то причине я начал лыбиться, как полный придурок. И еще факт, что именно я так влиял на парня, рождал ощущение Рождественской сказки. Но на этот раз я так легко не упущу свой шанс.
Просто нам нужно в эти выходные следить за своими руками… и ртами. Еще три дня. Это же не будет слишком сложно, правда?
Глава 8
Эйден
Я посмотрел на карты в руках. Чтобы получилось каре, мне нужна была еще одна семерка. Я встретился взглядом с Майлсом, сидевшим напротив, а затем поднял карту, которую передавали за журнальным столиком по часовой стрелке. После нескольких минут размышлений он положил карту рядом с собой лицом вниз, и ее забрала Сюзанна. Затем очередь дошла до меня, и не поверите... это оказалась семерка.
Вскрыв свои карты, я подождал, пока все от меня отвлекутся, и незаметно потянулся к одной из ложек, выложенных в ряд посередине стола. Мое движение не ускользнуло от Майлса, наблюдавшего за мной краем глаза, и когда тот тоже схватил себе ложку, начался полный хаос: все визжали и боролись за оставшиеся столовые приборы.
Я положил свое каре и рассмеялся — Сюзанна с Риком боролись за последнюю ложку.
— Я твоя мама, ты должен отдать ее мне, — сказала Сюзанна, дернув за конец ложки.
Рик в ответ резко потянул на себя:
— Я ничего тебе не отдам. Я первый взял.
— Не ты!
— Нет, я!
Бет наклонилась и пощекотала Рика, и, когда тот вскрикнул и ослабил хватку, Сюзанна выдернула ложку и в победном жесте подняла ее высоко над головой.
— Так нечестно! — выкрикнул Рик.
— Дорогой, умей проигрывать. Ты и так уже выигрывал несколько раз.
— Вообще-то фактически этот раунд выиграл Эйд... Шон, — сказал Майлс, собрав у всех карты и начав их перемешивать.
Я улыбнулся уголками губ.
— Спасибо, Майлс.
Со вчерашней нашей совместной поездки в машине Майлс старался не смотреть мне в глаза. Мы оба вели себя прилично — разыгрывали спектакль для Бет и ее семьи, — и мне еще в жизни не приходилось так сложно.
Майлс, с волнистыми каштановыми волосами, растрепанными от того, что их небрежно причесали пальцами, в потертых джинсах и белой футболке под расстегнутой рубашкой в красно-синюю клетку, выглядел очень аппетитно. В своей привычной обстановке в доме родителей, Майлс казался расслабленным и веселым, и это только добавляло шарма. Похоже, парень и не знал, насколько привлекательным был. И дело не только во внешности. Виной также был его приятный характер — теперь, когда Майлс на меня больше не нападал — и то, как легко парень смеялся. Судя по увиденному, у него были теплые тесные отношения с братом, сестрой и родителями, и я ему завидовал. Я так давно не видел свою семью, что и забыл, как это — быть рядом с людьми, которые заботятся о тебе, несмотря ни на что.
О мою руку потерлось что-то пушистое и теплое и, глянув вниз, я увидел расхаживавшего рядом Люцифера. Все Макаллистеры предупреждали, что с ними живет еще кот-демон, который ненавидел гостей и выходил только, когда проголодается. Но вдруг оказалось, что это не так. Люцифер прикоснулся лапой к моему колену, и я погладил его шерстку от головы до хвоста, несказанно при этом удивив Джека.
— Похоже, у тебя какой-то дар, — сказал тот, покачав головой. — Обычно он пугает наших гостей.
— Эй, маленький засранец, иди сюда, — проговорил Рик и потянулся погладить Люцифера. Но кот в ответ, показав клыки, зашипел, и Рик отшатнулся . — Точно засранец.
Я засмеялся и почесал Люцифера за ушком, и когда тот заурчал, брови Майлса поползли вверх.
— Что ты сделал? Подсунул ему кошачью мяту? — спросил он.
Продолжая гладить мягкую шерсть Люцифера, я тихо засмеялся:
— Может, я просто правильно прикоснулся?
Майлс ухмыльнулся и взглянул на мою руку. И мне как никогда в жизни захотелось научиться читать мысли, чтобы узнать, точно ли парень думал о том же, что и я. Каково это — дотронуться к его телу?
 
— Шон? Дорогой? — позвала Бет. Я посмотрел в ее сторону, и девушка улыбнулась, будто говоря, что заметила, что только что произошло между мной и ее младшим братом. Но делала всё возможное, чтобы не дать это увидеть остальным членам семьи. — Можешь помочь Майлсу с десертом? Мне резко захотелось чего-то сладкого.
«Не только тебе», — подумал я, когда Майлс вскочил на ноги. Если учесть, какие у меня в голове крутились мысли, я не думал, что сейчас было разумно уединяться с парнем.
Я изо всех сил попытался придумать убедительный повод остаться, но тут Майлс, буквально лишил меня дара речи, сказав:
— Да, было бы здорово, если ты не против. То есть... если только не хочешь остаться здесь гладить кота...
Возможно, вспыхнувшие озорные огоньки в глазах парня мне просто привиделись, но, черт возьми, я точно не собирался отказываться от прозвучавшего в его словах заманчивого предложения. Вставая, я последний раз погладил Люцифера, приказав тому:
— Постарайся не расцарапать Рику лицо.
А затем пошел за Майлсом на кухню.
Подойдя к морозильной камере, парень открыл ее достать мороженое, я же, оглянувшись, убедился, что все в гостиной заняты, и встал рядом с холодильником.
— Что на десерт? — спросил я.
Мы посмотрели друг другу в глаза, и Майлс улыбнулся:
— Понятия не имею. Но больше не могу сидеть напротив и не смотреть на тебя так, как хочу. Так что десерт показался отличным поводом побыть с тобой наедине.
Майлс оставил дверь морозильника открытой, чтобы спрятать наши лица на случай, если кто-то появится, и я тихо засмеялся:
— Побыть со мной наедине? Вообще-то, в соседней комнате сидит вся твоя семья.
— Угу. Но по крайней мере здесь никто не следит за каждым моим движением.
О-о, мне понравилось, как прозвучало сказанное.
— Так... как же ты хочешь смотреть на меня, Майлс?
Парень рвано вздохнул, окинул меня с головы до ног взглядом, прикусил нижнюю губу и…
— Ладно, просто перестань смотреть на меня так, будто ужасно меня хочешь.
Майлс засмеялся, закрыл дверь морозильника и направился к кухонному столу. Я встал с парнем рядом, и он спросил:
— Можешь достать ложки и чаши? Помнишь, где они?
Я кивнул и пошел за посудой, и когда вернулся, Майлс уже открыл мороженое и держал в руке специальную ложку.
Он начал накладывать десерт в чаши и тихо сказал:
— Кстати, ты в курсе, что очень вкусно пахнешь? Так и хочется залезть к тебе на колени.
— Господи, Майлс, — проговорил я, не сводя глаз с его семьи, смеявшейся вокруг журнального столика в соседней комнате. — Что случилось с твоим правилом вести себя прилично до конца выходных?
Майлс остановился и, взглянув на меня, лукаво и совершенно восхитительно улыбнулся:
— Я и веду себя прилично. Я же тебя не трогаю?
— Если бы ты меня трогал, у нас было бы много неприятностей.
В его глазах вспыхнула искра любопытства, и я понял, что не нужно было этого говорить. Майлс понизил голос и спросил:
— Каких неприятностей?
Я не удержался и глухо хохотнул:
— Если бы вокруг не было всей твоей семьи, что бы ты хотел, чтобы я сделал с тобой в первую очередь?
Майлс замер и судорожно сжал рукоятку ложки.
— Мы играем в шарады? — спросил я. — Хочешь, чтобы я угадал, что подразумевается под рукояткой?
Майлс поднес ложку ко рту и медленно ее облизал. Чтобы не наброситься на парня и не присосаться к его теперь очень сладким губам, пришлось схватиться за стол.
 
— Пытаешься свести меня с ума? — спросил я, тряхнув головой.
Майлс игриво пожал плечами.
— Может быть. Ты вроде бы это заслуживаешь. Не думаешь?
А-а, так вот к чему всё это. Майлс решил проучить меня за мой внезапный приезд.
— Если так ты пытаешься меня наказать, то я только «за». Но ты мне не ответил. Что бы ты хотел, чтобы я сделал с тобой в первую очередь?