Валькирии (СИ)

— Как крепость! — шепнула Эсмеральда Боне.
— Поможет только от диких зверей, — ответила та, пристально разглядывая постройку.
Крыша выглядела слабым местом. Частично она была покрыта старым железом, причём складывалось ощущение, что раньше железо закрывало её всю, но потом, по мере износа, его переложили в заднюю часть. То, которое было пока цело и могло выполнять свою функцию. А в передней части был какой-то травяной настил, выглядящий достаточно странно.
Похоже, что с ресурсами у них тут было туговато. Торчащие тут и там крыши землянок были сделаны точно так же. Сами землянки, та их часть, что возвышалась над уровнем земли, были сложены из камней. Двери тоже были сплетены из травы, а в некоторых просто висела старая грубая ткань.
Единственное чего в округе было с избытком, так это камней. И, наверное, травы. Деревья можно было по пальцам пересчитать. Про железо и говорить нечего. Было только то, что сюда привезли. И даже на крышу пограничника нового не нашлось.
Из положительных моментов ещё была чистота. Это сразу бросалось в глаза. Внутри заставы все дорожки и тропы были тщательно выметены, это было видно по характерным полоскам оставленным метлой. Лишние камни лежали аккуратными кучками, но и их было совсем немного. Сами землянки, их крыши, выглядели очень бедно, но заботливое отношение сразу бросалось в глаза.
Если тут все были такими же как Морик, тогда было понятно. Не слишком умные «клоны», как про себя назвала их Эмеральда, компенсировали прочие недостатки исполнительностью.
Вообще такое клонирование было запрещено. Строго запрещено! В истории были прецеденты, когда клонов использовали, мягко говоря, как скот. Рабочая сила. Биомасса. Причём вполне качественных клонов, которые внешне ничем от людей не отличались. Боролись с этим долго, но ушлые дельцы всегда находили лазейки в законодательстве. Кончилось тем, что оказалось проще вообще запретить. Под страхом смертной казни. И суды при вынесении приговоров не церемонились. Многие, в самом деле, расстались с жизнью. Так что цена вопроса разведения клонов стала слишком высока.
Но это там, во внешнем мире! Там, где цивилизация! Кто знает, что происходит на этой, никем не проверяемой планете? И сколько ещё таких планет, где контроля просто нет. Они тут даже технологию, видимо, плохо соблюдают, раз у них клоны получаются такими неполноценными. Хотя, может быть, они это специально делают? Чтобы эта армия клонов, охраняющая материк, была мягкой и послушной как пластилин. Чтобы свести к минимуму всякие вопросы социального характера, которые имеют тенденцию накапливаться.
Может быть, они раньше и делали нормальных клонов. Но управлять ими было сложно, вот и подправили технологию. Такие их вполне устраивают, для выполнения возложенных на них задач годятся.
Обо всём это Эсмеральда думала, глядя как пташки перебрались на крышу и начали беззвучно её разбирать там, где она была из травы. Справились они с этим быстро, крыша была не прочной. Да и как она может быть прочной из такого материала. Внутри тоже никаких препятствий они не встретили.
— Ну что, пойдём? — Эсмеральда толкнула Бону локтем в бок и подмигнула. Та улыбнулась и кивнула ей.
Они спокойно поднялись по ступенькам и Эсмеральда постучала кулаком в дверь. Там тут же раздались торопливые шаги, видимо хозяин дома уже не спал.
— Кто там? — раздался из-за двери раздражённый голос.
— Открывай, диверсанты пришли! — весело сказала Эмеральда.
За дверью кто-то ойкнул, и воцарилась тишина. Пограничник мог бы подумать что над ним подшучивают, хотя ожидать такого от местной публики было бы странно. Но тем не менее. Однако женский голос сразу развеял все сомнения. Пришли диверсанты. Иначе откуда тут взяться женщинам? Их на такие заставы обычно не селят, потому что небезопасно. Туповатые бойцы усиления могут поддаться инстинктам и тогда эта женщина долго не проживёт. Когда-то организаторы это уже проходили. Из-за этого и ему приходилось вести тут монашеский образ жизни. Но осталось недолго, всего-то года полтора приблизительно. А потом можно будет вернуться на базу возле Энергона и там устроиться на какую-нибудь спокойную и не пыльную работёнку. Столько лет проведенных на границе обеспечат ему хорошее содержание. Могут, конечно, и наверх сослать, или на «Аванпост». Но он вроде бы взысканий не имел, служил без замечаний, значит, его эта участь должна обойти стороной. Скорее всего, сможет остаться на планете.
 
Эсмеральда с Боной ждали не долго. Вскоре за дверью послышалась непродолжительная возня, глухой удар, после чего скрипнул засов и дверь распахнулась. За ней оказались Валькирии с закрытыми лицами. Только глаза отблёскивали от света фонарей.
Все вошли внутрь и закрыли за собой дверь. Из местного населения их, кажется, никто не видел. Все видимо ушли по тревоге. А кто не ушёл, был либо на других постах, либо спал. Так что, время спокойно поговорить с пограничником у них было.
Первая часть дома, рабочая, была достаточно скромной. Никаких излишеств. Стол, несколько стульев, шкафы с папками и так далее. Но вот вторая оказалась куда интереснее. Там была, поистине, шикарная мебель. Очень старая, но шикарная. Было видно, что дерево дорогих пород, с резьбой. Толстая и мягкая кожа на диване и креслах. Сильно потёртая, но целая.
— Откуда такое изобилие? — спросила Эсмеральда, обведя его покои рукой.
— Я не знаю, — покачал головой пограничник, держать за затылок.
— Как не знаешь? — удивилась Бона.
— Это всё тут появилось до меня. Я же не первый пограничник на этой заставе. Раньше снабжение было лучше. А если есть деньги, или что-нибудь ценное, то достать можно было вообще что угодно. Теперь стало сложнее. Торговли вообще почти никакой. Если и удаётся добыть что-то сверх нормы, то только из еды. Но и на том спасибо… а кто вы, вообще, такие?
Пограничник был невысокого роста, поэтому Эсмеральде не нужно было смотреть на него снизу вверх. К тому же, он был толстоват и вёл малоподвижный образ жизни. Не воин, не спортсмен, так — административный работник. Это было даже проще, чем Эсмеральда думала. Она опасалась встретиться здесь с каким-нибудь опытным и упрямым офицером.
— Кто мы, это не важно, — сказала Эсмеральда, — важно то, что мы можем с тобой сделать!
— И что вы можете со мной сделать? — осторожно спросил Пограничник.
— Всё что захотим, — сказала Эсмеральда, — но это будет зависеть от тебя. Расскажешь нам всё, что мы захотим узнать, будешь жить. Не расскажешь… сам понимаешь!
— А он что здесь делает? — пограничник кивнул в сторону Морика.
— То же что и ты, — пожала плечами Эсмеральда.
— В каком смысле? — не понял пограничник.
— Находится у нас в плену, в этом смысле, — охотно пояснила Бона.
Возможно, Морика сюда тащить и не стоило. Теперь это будет стоить ему жизни, или как минимум выльется в большие проблемы. Мужика было жалко.
— И что же вы хотите узнать, прекрасные дамы? — спросил пограничник.
— Очень мило, — улыбнулась Эсмеральда, — но если ты думаешь, что тебе это поможет, то ошибаешься. Помочь тебе могут только исчерпывающие ответы на наши вопросы.
Пограничник вздохнул и скосил взгляд на кресло. Эсмеральда ему кивнула и он сел. Там он сразу почувствовал себя гораздо лучше. Вернулась некоторая уверенность.
— Пусть этот уйдёт, — сказал пограничник, махнув в сторону Морика.
За эту фразу он тут же получил звонкий подзатыльник от Боны. А поскольку рука у неё была очень тяжёлая, то у него буквально брызнули искры из глаз, и пропала всякая охота командовать.
— Здесь мы решаем, кому уходить, а кому оставаться, — спокойно сказала Эсмеральда.
— Зря вы так, — тихонько сказал пограничник, — просто, зачем дурачку слушать как меня допрашивают? Это плохо скажется на моей репутации.
— Ох, не о том ты думаешь, — осуждающе сказала Бона, — мы ведь ещё не решили, оставлять тебя в живых или нет. Об этом думай, а не о репутации. Ты пока что нам ничего полезного не сказал.