Магнат

 
Не вставая с кресла, но с силой прижав руки к груди и сузив глаза в узкие щелки, Аарон растянул губы и, оскалив зубы, издал долгое, шипящее «е-с-с-с-ть!». Его кожа покрылась мелкими блестящими бисеринками пота, а на поле игроки Пэрриша с радостными воплями толпились вокруг нападающего, приземлившего мяч за линией противника.
 
 
Аарон поднял стакан с чаем и сделал большой глоток. Затем он впервые повернулся к своему гостю.
 
 
— Вот так, Али, — радостно воскликнул он, — делается эта игра!
 
 
— Это, наверное, захватывающее зрелище, — согласился Барак, — но, к сожалению, я почти ничего в нем не понимаю.
 
 
На поле Пэрриш легко заработал дополнительное очко, и сирена возвестила об окончании первого тайма. Вошел слуга и задернул портьеры, отделив ложу от стадиона. Мягкий золотистый свет залил комнату.
 
 
— Теперь, Али, можно перейти к делам, — сказал Аарон.
 
 
— Итак, — наклонившись вперед, Барак повернулся к Аарону и поставил ноги в армейских ботинках на ковер. — Наши полномочные представители вели предварительные переговоры. Адъютант мне доложил, что вы можете пойти с нами на соглашение в… определенной области.
 
 
— Да, мы могли бы, — подтвердил Аарон. Он сидел, откинувшись в кресле и, казалось, расслабился, но опасен был не меньше, чем воинственный арабский лидер.
 
 
— О чем, собственно, идет речь? — спросил Барак.
 
 
— Разве ваш представитель об этом не доложил?
 
 
— Я бы хотел обо всем услышать от вас лично.
 
 
Аарон кивнул:
 
 
— Мы вели переговоры о крупных капиталовложениях в систему вашей национальной безопасности. На эти деньги можно будет закупить новейшее артиллерийское вооружение, которое вам необходимо для защиты воздушного пространства и ваших сухопутных границ.
 
 
— И кто нам будет поставлять артиллерию?
 
 
Аарон ухмыльнулся:
 
 
— Мне кажется, вы знаете, где все это можно купить.
 
 
Барак тоже улыбнулся и встал. Перед его глазами всегда стояла одна и та же картина: марширующие войска и лязгающие гусеницами танки. Его большое тело заполнило, казалось, все пространство комнаты.
 
 
— Вы мне звонили. Вы сами захотели вести эти переговоры. А теперь вы же начинаете вилять. Я вам не впавший в маразм шейх и не слабоумный мулла. Я получил образование в Гарварде. Я летал на современных истребителях. И управляю я маленькой, но суровой и воинственной страной. У меня нет времени для менуэтов.
 
 
— Я ценю такой подход к делу, — кивнул Аарон. — Хотя мне небезразлична протокольная сторона деловых отношений, я понимаю преимущества прямого пути к достижению цели.
 
 
Барак внимательно посмотрел на него:
 
 
— Ну так давайте и вступим на этот путь.
 
 
— Вам будут выплачены совершенно чистые, отмытые деньги. Вы употребите эти деньги на приобретение тех военных железок, которые вам необходимы. Но за нашу финансовую поддержку вы устанавливаете для нас самые льготные цены на вашу нефть и мы получаем лицензию, предоставляющую нам исключительное право на покупку вашей нефти.
 
 
Барак опять сел и сказал:
 
 
— В Соединенных Штатах нам не продадут то, чего мы хотим. Соединенные Штаты — это Израиль, а Израиль — это Соединенные Штаты. Мы это хорошо знаем.
 
 
— Я не посвящен в тайны правительственной политики.
 
 
Барак только ухмыльнулся в ответ на его слова:
 
 
— Вы знаете, что Советский Союз и некоторые из моих соседей проводят совместные учения военно-морских флотов, а другие лидеры стран ОПЕК искусственно занижают цены на нефть, пытаясь заключить выгодную сделку с вашей страной. Вы знаете, что есть люди, готовые меня уничтожить.
 
 
Барак говорил, постепенно повышая голос. Аарон отхлебнул чая и спросил:
 
 
— Что вы имеете в виду, Али?
 
 
Барак, сверкнув глазами, опять наклонился вперед:
 
 
— Уже наносились ракетные и бомбовые удары по нашим городам. Один из моих соседей желает стать союзником России. Другой мечтает вообще стереть с лица земли мою страну. Мусульманские фундаменталисты меня не признают. Мне приходится запрягать мулов, чтобы вывезти ракеты на стратегические позиции. Мне нужны гарантии, Аарон. Я должен усилить огневую мощь моих вооруженных сил, иначе меня просто раздавят.
  
 
— Тогда примите мое предложение.
 
 
— Предложение чего? — Барак выпрыгнул из кресла, как подброшенный катапультой, и с раздражением развел руками. — Долларов? Что я на них куплю, Аарон? Ваши ракеты? Мне известно, что одна из ваших компаний производит системы наведения ракет. Но сможем ли мы приобрести ракеты и ракетные комплексы, соответствующие данным системам наведения? И кто нам их продаст? Ваше правительство категорически отказывается. Вы что, намереваетесь заняться контрабандой ракет?
 
 
Аарон поставил на столик стакан с чаем и холодно взглянул на Барака.
 
 
— Ваша вспыльчивость, Али, не доведет вас до добра. Как и ваша подозрительность. Что вам реально необходимо?
 
 
— Уже сейчас мне необходимы ракеты типа «земля — воздух». Мне нужны русские танки, «миги» и автоматы Калашникова… Я знаю кое-кого, Аарон, кто готов продать мне эти игрушки. Через пять лет весь Персидский залив будет под моим контролем!
 
 
— Ну так покупайте.
 
 
— На ваши деньги?
 
 
— Да, на доллары…
 
 
Араб стукнул кулаком по столу, на его лбу вздулись вены.
 
 
— Речь идет о закупках оружия у России, Аарон!
 
 
После этой вспышки эмоций наступила напряженная тишина. Никто из восьмидесяти тысяч болельщиков на стадионе ничего не услышал: частная ложа Аарона была совершенно звуконепроницаема.
 
 
Переждав несколько мгновений, Аарон спокойно сказал:
 
 
— Я знаю.
 
 
В замешательстве, с глубоким недоверием Барак посмотрел на Аарона, затем медленно опустился в кресло.
 
 
— Вы дадите мне деньги, чтобы я купил оружие у России?
 
 
— Деньги ваши.
 
 
— Но вы великий американский бизнесмен и патриот. Как могли вы решиться на такой шаг?
 
 
Аарон с притворным смирением полуприкрыл глаза и скрестил руки на груди, взглянув на часы, будто проверяя, на месте ли они.
 
 
— Вы не так уж наивны, Барак. Там, на Ближнем Востоке, вы готовы торговать со злейшими врагами, если это вам выгодно.
 
 
Барак скривил губы:
 
 
— И вы предлагаете все это за привилегии в поставке нашей нефти и за снижение цены на нее?
 
 
Аарон выпрямился:
 
 
— Я в основном имею дело с нефтью. Ваша страна плавает на нефти. Я хочу до нее добраться и готов за это платить.
 
 
— За этим кроется нечто большее.
 
 
— Если у меня возникнет необходимость рассказать вам более подробно о своих планах, Али, я это сделаю. — Аарон опять откинулся на спинку кресла. — Не надо допытываться и строить предположения. Я зашел в вашу керосинную лавку, чтобы сделать покупку. После моего ухода вы сможете сходить в оружейную лавку и купить там все необходимое. Что, собственно, вам еще нужно знать?
 
 
Барак вздохнул:
 
 
— Я живу в той части света, где одному спать спокойнее. Где соседи в полночь расходятся по домам. Где в одно прекрасное утро могут поменяться все границы. Где мирная улица, на которой весело играют дети, за два часа превращается в дымящиеся развалины, среди которых рыдает мужчина с мертвой дочерью на руках. Это призрачная страна! Фильм ужасов! Мы не доверяем ни врагам, ни друзьям. Ни нашим деловым партнерам. Мы во всем подозреваем предательство и стараемся первыми нанести удар. Это не мешает нам вести дела и заключать выгодные сделки, но мы знаем, где спрятан нож и как, поменяв партнера, уберечь свою спину.
 
 
— Я с пониманием отношусь к вашим словам, — сказал Аарон. — Уверяю вас, когда будет во всех деталях проработан проект договора, вы сможете его проанализировать. Пока же мне необходимо ваше принципиальное согласие.