Любовь в смертельной прогрессии (СИ)

— Я попробую, Леша, найти стоящего сыщика. Уже думал об этом. Это непросто, поверь.
Поверь! Да я не то, что верю, а знаю! В твоем доме, дорогой Виталий Иванович, один такой прохлаждается. Тьфу ты!
— Это действительно трудно, — согласился я. — Интересовался.
Бородич с удивлением на меня глянул и что-то хотел сказать, но в этот момент в его кармане завибрировал телефон.
— Да, — глухо ответил он. — Что?! — Его глаза округлились, и он посмотрел на меня: — Диму кто-то избил. — Давай сюда его, быстро!
— Что случилось? Кто избил?
— Да если бы знать, — махнул рукой Бородич. — Сейчас Андрюха привезет его. Узнаем.
Минут через десять во двор въехал старый Фольксваген Сапрунова. Мы с Бородичем уже стояли у ворот. Сапрунов выскочил из машины и открыл заднюю дверцу. Дима медленно опустил ноги на траву и потом с помощью Андрея, шатаясь и держась рукой за перебинтованную голову, вышел из машины.
— Господи! — воскликнул Виталий Иванович. — Этого нам только не хватало! Рассказывай, не молчи.
— Да что он может сказать, чуть живой, — заступился Сапрунов.
— Маша! — крикнул Виталий Иванович в сторону дома.
Мария Егоровна и Алина уже спускались с крыльца.
— Бегу уже! — откликнулась Мария Егоровна. — Увидела, что машина въехала к нам и сразу… Дима! Боже мой…
— Не причитай! — оборвал ее Бородич. — На первом этаже комнату посмотри. Положим его там.
Мария Егоровна, хлюпая носом, засеменила обратно в дом.
Дима поморщился и отстранился от Сапрунова.
— Сам пойду.
Он медленно поковылял к дому. Мы за ним.
— Соседи позвонили мне, — сказал Сапрунов, — сказали, что Дима ваш, похоже, пьяный валяется около своей машины в переулке. А там темнотища. Ни одного фонаря. Как еще увидели! Так бы и лежал там до утра, может.
— Так вроде не пьяный, — возразил я, внимательно посмотрев на Соловьева.
— Нет, конечно. Без сознания был. Я из аптечки нашатырь достал. Очухался. По голове, говорит, кто-то ударил. Сильно, видать, стукнули — меня не сразу узнал. Хотя темно, конечно, там. Ну, посмотрел голову, крови нет.
— Его в больницу надо, — сказала Алина. — Голова — это серьезно.
— Я приложил пакет охлаждающий, примотал.
— Это хорошо, что холод, — кивнула Алина.
— Я не знаю, — пожал плечами Сапрунов, — Виталий Иванович вот решил сюда.
— Да, я решил так, — тяжело дыша, подтвердил он. — Посмотрим, если надо, то здесь врач посмотрит.
Мы добрались до дверей, сосед Бородича остался стоять внизу.
— Ладно, Виталий Иванович, я поеду, мне еще Димину машину надо отогнать, а то за ночь разберут на запчасти.
Диму уложили на диван в маленькой комнате возле гостиной. Кроме дивана там была еще пара кресел, письменный стол со стулом и на стене висел небольшой телевизор. Эту комнату мы называли «переговорной». Когда собиралось много гостей, в эту комнатку любили заходить, чтобы поговорить наедине, вдали от шумной компании.
Соловьев лежал с закрытыми глазами, но не спал. Виталий Иванович был зол, я это видел по плотно сжатым губам и выдвинутому немного вперед подбородку.
— Интересно, чего его занесло в этот переулок? — задал я риторический вопрос.
Дима приоткрыл глаза и медленно произнес:
— Я не знаю. Не помню…
Я глянул на Бородича.
— Ладно, пусть отдыхает, — сказал тот.
Мы с Виталием Ивановичем вышли из комнаты. Алина и Мария Егоровна остались. Где был Подмазов — неизвестно. Тактично ушел в «тень», надо полагать. И на том спасибо.
— Как вы думаете, что на самом деле могло произойти? — спросил я.
Бородич хмыкнул:
— Вот не знаю. Но если опять связался с отморозками, пускай пеняет на себя.
В этот момент я почему-то подумал не про отморозков, а про то, что возле дома Бородича появился призрак неприятностей. И, кто знает, во что еще это нападение на Соловьева выльется. А всякая криминальная шушера местечкового разлива — так, мелочи. Не было бы другого горя. Сказать о своих сомнениях Бородичу я, конечно же, не посмел.
 
— Я поеду, Виталий Иванович. Если что — звоните.
— Давай, Леша, — хлопнул он меня по плечу. — Спиртного не пил что ли?
Я мотнул головой:
— Нет, так, пригубил для вида. Мне сегодня домой надо.
— Береги себя.
  
Глава 13
 
Я медленно выехал за ворота. У забора заметил одиноко стоящую фигуру Подмазова. Притормозил, опустил стекло.
— Может, подвезти вас?
— Нет, спасибо. Я вызвал уже такси, — отказался сыщик и слегка отступил назад, как бы отстраняясь от моей персоны.
— Ну и зря, машина пустая.
— Да мне еще сегодня на работу. Алину вот довезу до дома и к себе.
— Ночь глухая, какая работа?
— При случае расскажу. Фрилансеры часто работают по ночам, — бедняга никак не мог выйти из образа.
— Ну да, я как-то не подумал. Творческих успехов! — не преминул съязвить я.
— Спасибо. Успех — это то, что очень нам всем нужно. Правда? — он посмотрел на меня, очень серьезно так, и махнул рукой: — До свидания.
— Счастливо.
У меня на душе остался неприятный осадок от сегодняшней встречи в доме Виталия Ивановича. Такого раньше не было. Я всегда заряжался энергией в этом родовом гнезде Бородича. Сегодня — нет. И дело даже не в том, что я скатился в кювет. Эта ситуация из «моего дела», она мне в какой-то мере понятна. А вот то, что последнее мое пристанище, похоже, дало трещину, я чувствовал каким-то шестым чувством. То ли присутствие Подмазова под секретным ником «фрилансер Пименов», то ли неприятность с Димой Соловьевым… не мог я определить.
В сторону города я ехал на приличной скорости, с тревогой поглядывая в зеркало заднего вида. К счастью, ни одна машина не пыталась обгонять меня. На выезде с кольцевой я повернул на дорогу, ведущую к дому моей тетушки. Подмазов не мог выследить меня, они с Алиной еще, скорее всего, только выехали. Я хотел убедиться собственными глазами, что Алина направилась к себе домой, что спектакль окончен. Себе я объяснял это именно так. Что же на самом деле двигало мной — я пока не знал.
Машину поставил, втиснувшись между двух автомобилей, на плотно забитой стоянке у дома Алины. Погасил фары и стал ждать. Минут через десять подъехало такси к подъезду тетушки. Из машины вышли Алина с Подмазовым. Такси уехало, а товарищ сыщик как ни в чем не бывало стоял с Алиной и довольно громко рассуждал о погоде. Потом она что-то шепнула на ухо сыщику, он согласно кивнул, взял из ее рук небольшую дорожную сумку, и они быстрым шагом направились в подъезд. Мне стало жарко, волной взметнулись все эмоции, на какие я был способен от природы. Она что, сошла с ума? Или это я выпал из реальности?
Почти тут же из подъезда вышел прихрамывающий старик с тростью в длинном плаще. Оглянулся разок-другой на дверь подъезда — очевидно, встретился там с нашей парочкой, — и поковылял по дорожке вдоль дома.
Я смотрел на окна Алининой квартиры. Вскоре загорелся свет на кухне, в окне показалась Алина и одним движением задернула плотные шторы.
От обиды за свою тетушку у меня едва не выступили слезы. Но вскоре я уже готов был рассмеяться — просто представил себя в роли стареющего отца, который тайком следит за тем, кто провожает его молоденькую дочь. Нет, при других обстоятельствах я бы ничего не имел против Романа Подмазова. Мужчина, как теперь выяснилось, весьма неплох собой, умен и даже остроумен… Только в данном случае он больше походил на лягушку, умело сбрасывающую в нужный момент шкуру. Он сыщик, нанятый мною. И никто не давал ему право лезть в мою семью. Какие цели в данном случае он преследует? С другой стороны, Алина все сама знает. Стоит ли мне так уж…
Мои размышления прервал мобильник. Глянул на экран — Подмазов.