Укус Милосердия (СИ)
Тип стонет и проклинает меня, попутно клянясь, что больше никогда не подаст руки и вообще. Не обращаю внимания. Он мне уже года три торчит шесть с половиной талеров, наверное, забыл. Зато Алиса сразу притихла.
Увлекаю её с собой, входим, проходя турникет, попутно киваю двум полутроллям охраны. В холле управления, как всегда, суета и перебежки между четырьмя лифтами. Гоблинши, полуэльфийки и прочие женщины тащат документы, тортики, сплетни и приказы, разнося это всё по зданию. Несли бы еще и венерические болезни, но у нас тут, слава всему, не Нижний мир, еще ни одной такой болячки у гибридов не появилось.
— А у тебя проблем не будет? — тихо спрашивает меня Тарасова, — Что ты…
— Конечно будет! — громко отвечаю я, — Как и у всех, кто забывает технику безопасности обращения с расами!
— Что…
— Мы — вампиры, Алиса! — продолжаю я привлекать всеобщее внимания, неторопливо шествуя к лифту, — Но если ты не будешь жрать живых, летать или перемещаться в тени, кидаться автомобилями и разрывать медведей пополам, то рано или поздно не слишком умные окружающие начнут относиться к тебе как к простому зубастому человеку! А забывшись, ляпнут что-нибудь эдакое, из-за чего ты вынуждена будешь показать миру их требуху! Другие же идиоты, забывшие, что написано в методичках, начнут возмущаться и требовать «справедливости», лицемерно пытаясь прикрыть свою невежественность и некомпетентность какой-нибудь дрянью типа «изменившихся реалий». Стыд и позор! Каждый из идиотов знает, что нельзя оскорблять у тролля маму, а также что нельзя вообще хоть как-то отзываться о князе эльфа, но при этом так разленились, что забыли, чем чревата критика отношения вампира к его «птенцу»! Прилюдная!
Девчонка не знала, куда себя девать под всеми этими взглядами остановившей своё движение толпы.
— Эй, Арвистер! — лениво окликнул меня знакомый полуэльф из отдела снабжения, — Там что, Залесски был?
— Нет, Ротбранд, — махнул я рукой, — Ничего с ним не будет, выживет. Но это лишь на первый раз.
Ну вот, прямо социальный механизм. Поняли, что никакой расчлененки нет — и вновь ноль внимания, фунт презрения, танцуем дальше ежедневную ламбаду. А я ведь старался, проявлял социальную бдительность. Что за люди…
— Это… спасибо. За маму, — подкравшийся сзади полутролль в форме охранника застенчиво улыбнулся, — Да.
Ну хоть у кого-то совесть есть.
Поднявшись на седьмой этаж, мы заглянули в кабинет частных заявок, где и разжились стандартным разрешением на проход по врачебным показаниям акклиматизации «птенца». Тарасова тут же впала в очень глубокую задумчивость, поэтому до бухгалтерии шла за мной как зомби, мало что не спотыкаясь. Правда, когда мы пришли, её взяли в оборот бухгалтера, начавшие разбор полётов, связанных с вопросом, где означенная Блюстительница шлюхалась три месяца, не приходя за зарплатой, раз к ним не поступали счета на убытие, командировочные и из гостиниц? Алиса лупала глазами и мямлила, несколько гоблинш её сварливо чехвостили, одновременно тут же определив, за чей счет она так прекрасно жила. Зависть зеленых перечниц всколыхнула какие-то женские ответные нотки в скромных грудях моей подопечной, так что она начала завывать в ответ о том, как с ней безответственно обращались и ничего не сказали.
Через десять минут эти кобры уже определили меня в качестве главного антагониста.
— Вы мне тут недообследованную Блюстительницу портить будете⁈ — тут же нахмурился я, — Мне Старри звонить?
— Иди ты, Арвистер! — тут же дала по тормозам главная змея, — Старри тогда сюда по твою душу прибежит, еще чего не хватало! Все, берите деньги, подписывайте и уматывайте!
— Командировочные в студию! — показал я фигу этой сморщенной грымзе, — В рублях, на трое суток Санкт-Петербурга! И одну зарплату моей подопечной тоже в рублях дайте!
— Да ты охренел, кровосос⁈ Мы рубли что, печатаем?!!
— Ладно, давайте половину в долларах.
— Вы в Питер отправляетесь, Арвистер! Возьми хоть йен!
— Сами с ними возитесь!
— Да чтоб тебя демоны Иерихона побрали!
— Эти демоны никогда в жизни сюда не явятся, старые вы кошелки, им вас и дома хватает! И как только взяли бедолаги в жены таких зараз!
Попререкаться с бухами — милое дело. Стресс снимается на «ура». Унылая дамочка в отделе снабжения, выдавшая нам по три фиала крови и амулету экстренной эвакуации, никаких желаний пообщаться не вызывала, да и желаний в принципе. Не удивительно, что Эрнальф шляется где угодно, но не на рабочем месте…
— Кто такие демоны Иерихона, которых вы всегда поминаете? — испортила мне настроение Алиса.
— Худший кошмар всех Срединных Миров. Расскажу как-нибудь потом. Считай их чем-то вроде Сатаны, но гораздо хуже.
— Хуже Сатаны⁈ Подожди…
— Сатана, вообще-то, мировой дядька, — с удовольствием я огорошил Тарасову, — Скоро познакомитесь. Он очень всеми этими интернетами интересуется, так что сама увидишь.
— Чи-во⁈
— О, сколько нам открытий чудных готовит просвещенья век! — подхватив отказавшуюся функционировать девицу под подмыхи, я понёс её вперед, чуть побалтывая в процессе. Если кому-то не нравится мой процесс обучения — подайте на меня в суд!
А вот в центральной портальной, только сунувшись внутрь, я понял, что где-то кого-то прогневил. Возможно даже ангела Валеру, который не поленился стукануть. Как иначе объяснить, что в приемной сидел Сильвестр Ваккуш собственной персоной — я не знаю. «Странно, он же не ходок в Нижний мир, у него совсем другая специализация», подумалось мне, но мысль выкинул на мороз, ротации у нас никто не отменял.
Пришлось усаживаться прямо напротив этого бездушного утырка. Сам Ваккуш был одет в полном соответствии с модой Нижнего мира, его жилистое костлявое тело скрывали толстые джинсы, высокие потертые ботинки, тонкий серый свитер и качественная куртка толстой кожи. На коленях у Сильвестра лежала толстенная папка с документами, сверху которой приютилась кепка-аэродром. Он определенно собирался на долгую миссию, а значит — точно нас не поджидал. Только толку…
— Как тебе новая жизнь, дитя? — зловеще прошелестел Ваккуш, предварительно представившись (чем испугав Алису до трясучки).
— Н-н-нормаль-но! — пролязгала зубами девушка, пытающаяся врасти мне в бок. Я с досадой наблюдал, потому как мой сородич ни на гран не переступает границ вежливости.
Алиса была напугана, и я её понимал. Мои зубки, наглая рожа, светящиеся иногда глаза — это всё пугает смертных только поначалу. Затем дурацкие шутки и хитровыделанное поведение сглаживают углы. Пара часов и всё, кто угодно воспринимает меня как самого обычного, слабого и ничтожного смертного, а из-за того, что уши недостаточно длинны, плюс имидж не особо-то высокомерный, я не произвожу впечатление эльфа. То есть, старина Арвистер приятный и дружелюбный парень, просто у него есть зубы.
Настоящие сильные вампиры — совсем другое дело. Напомню, господа! Вампиры питаются смертными. Перехватывают тут и там, ненужных, конечно, слабых, непримечательных, понемногу, без фанатизма, но если ты питаешься хотя бы раз в месяц, то рано или поздно перестаешь скрывать свою суть. Она, суть охотника на разумных, пожирателя теплой крови, пропитывает тебя. Её уже не спрятать иначе, как способностями. Сейчас Сильвестр Ваккуш был в своем натуральном, бледном, сухом и жилистом облике, поэтому Тарасова мало что не ссалась прямо под себя.
— Хорошо… — Ваккуш еле заметно улыбнулся, — Тебе сейчас предстоит очень важный жизненный урок, поэтому советую успокоиться и взять себя в руки. Кстати, Конрад, если позволишь…
— Дозволяю, — угрюмо пробурчал я, борясь с искушением дать «птенцу» по голове. Не сильно, а так, чтобы прекратила изображать из себя умирающий советский холодильник.
— Ни один из нашего рода, дитя, не обидит «птенца», не убив для начала его породившего, — очень вежливо и тихо проговорил Сильвестр, — а я не питаю вражды к Конраду Арвистеру и промеж нами нет споров. Не нужно меня бояться.
— А…? Да… да. Я поняла. Спасибо, — где-то через минуту среагировала бедолага.