Канарейка (СИ)
И даже мысленно зачем-то представила себя на её месте.
-Да ну, бредятина какая. Примитивная и плоская тривиальщина. М-м-да. О, нравы, о, вкусы!
Однако, на следующую ночь снова не удержалась, чтобы не вылезти на волю, поглазеть на приезжих артистов. Весь день раздумывала о том, что побег с этой маленькой труппой, на самом деле, мог бы стать для меня выходом. Хотя бы на какое-то время, пока не придумаю иной альтернативы. Только как к ним прибиться? Зачем лишний рот этим давно сколоченным рядам?
Ну ладно, петь я умею, свой кусок хлеба отработаю. И даже готова пожертвовать собственными представлениями об искусстве ради того, чтобы убраться отсюда подальше. Однако, большие сомнения вызывает то, что они вообще захотят связываться с беглянкой. Насколько помню из истории, люди данной профессии представляют собой весьма мало защищённую социальную группу. Зачем им добавлять себе проблем?
-Эх, если не найду нормальной одежды, любая придуманная версия, объясняющая, почему я так жажду попасть в сей творческий коллектив, окажется бессмысленной. Ну что может делать девчонка в монашеском балахоне в непосредственной близости от монастыря? Только драпать из него.
К большому огорчению, знакомых огоньков на вчерашнем месте не оказалось. Вдруг, накатило ощущение, что прямо сейчас упустила свою птицу счастья - не меньше. Вспомнились лица актёров, их поведение, смех, ленивое, незлобивое ворчание этого... Барагунда. Никто, вопреки традиционным представлениям, не орал, плётками не махал. Как-то всё по-семейному, спокойно. Даже уютно. И так захотелось туда, к ним.
И ещё одна важная мысль никак не давала покоя. Мне достался такой голос. Неужели я смогу угробить этот дар? Просто взять и схоронить в быту навязанного брака? В жизни себе не прощу. Один раз уже отрекалась от него. Конечно, прошлая судьба и без того сложилась удачно - грех жаловаться. Но иногда всё равно было обидно, что не отважилась попытать счастья там, где действительно горело. А, учитывая, что таланта в новой реальности мне намеряли не в сравнение более щедро - пс-с-с...
Потоптавшись на месте, всё же решилась добраться до города. И тут увидела знакомые кибитки, неспешно ползущие на старое место.
-Ясно. Ярмарка на три дня. Труппа никуда не денется - будет на ночлег возвращаться сюда. Сейчас к ним соваться - рано. Нужно дождаться момента, когда соберутся уезжать и любыми путями напроситься с ними. А сейчас лучше заняться другими неотложными делами. Между прочим, тайна настоятельницы до сих пор не раскрыта. И даже сам подвал не найден. Так, Аврора, говоришь, старая часовня?
Решительно оставила идею снова понаблюдать за артистами и направилась тщательно обследовать территорию монастыря. За прошедшее время уже сносно освоилась с местностью, так, что потеряться было не страшно.
-Хорошо, что по ночам здесь, кроме меня, никто не бродит.- только подумала и, вдруг, услышала приглушённые голоса.
У меня чуть сердце не оборвалось. Рухнув к земле, сперва замерла, осмотрелась, отдышалась и медленно начала продвигаться на звук. Очень осторожно. Пока не поняла, что такие же неуместные, как и я, здесь люди совсем близко. Чуть дыша, приподняла ветку, заслонявшую обзор и увидела совершенно непостижимую вещь.
На открывшейся глазу небольшой площадке вовсю кипела тихая, слаженная работа. Какие-то странные личности парами тащили не слишком большие, но, очевидно, увесистые бочонки, исчезая со своей ношей в кустах напротив.
-Да нет, не в кустах.- поднимая глаза выше, поняла я, -В стене.
А повернув голову дальше, я увидела её. Часовню.
-Так вот оно что. Да тут не монастырь, а кротовое логово.
17
- Шевели заготовками! - шипел медведеподобный мужик напарнику-коротышке, который катился вперёд спиной, не успевая приноровиться к размашистому шагу здоровяка
- Да не пыжи ты, как голый в баню! - огрызался колобок, - Уроним - милейшая матушка всем бошки посворачивает и не вспотеет.
- Тихо все! - хрипло раздалось слева от места моей засады, и волосы на загривке характерно взъерошились - не ожидала, что совсем рядом ещё кто-то находится.
Кто-то очень бдительный. Осторожные шаги проследовали левее и дальше, а я вжалась в траву, стараясь не тревожить ветви слилась с кустиком, и практически перестала дышать.
- Гаси факел. - просипел тот же голос, возвращаясь на прежнее место.
- Ты чо, Грев! Как в темноте-то? - попытался возмутиться ещё один голос. Судя по звукам, этот только что выдрался из кустов, скрывающих ход.
- Не заблудишься! - зло рыкнул главарь, - Фигляры вернулись, чёр бы их драл. Заметят свет - начнут любопытствовать. Сколь там ещё?
- Два. - ответили ему.
- Бегом! Я к старухе за расчётом.
- Грев!
- Ну чего ещё?
- Ты это, пакость эту крамольную прихвати - сам отдай. Благодетельнице. В руки брать погано.
- Смотри, какие мы нежные! Купчика вчерась теми голыми руками придушил, и не поморщился, а тут прям погано ему. Ладно, давай, оно и надёжней будет.
- Так вон свёрток тряпочный.
Сиплый ушёл, а оставшиеся продолжили работу.
- Сравнил тоже. - бубнил, отдаляясь, особо щепетильный бандюган, - Купчик сам напросился, это ж просто человече, а не...
Дальше было уже не слышно. Только я, было, собралась покинуть наблюдательный пункт, как снова послышались голоса - ночные "грузчики" возвращались. Да ещё и дожидаться своего командира увалились чуть ли не в мои кусты.
-Твою мать.- пришлось опять осесть в траву, изображая старый пыльный мешок. Вот где восхвалила ненавистный балахон, в данный момент удачно способствующий маскировке. Даже лицо уткнула в землю, чтобы не выделялось светлым пятном. -Заметят - хана. Тут же и прикопают - к бабке не ходи. Вон тот контрабандист с чувствительным сердцем и придушит.
Ждать пришлось долго. "Соседи" тоже уже заметно нервничали, когда, наконец, появился старший и скомандовал отход.
Обмякнув в траве, дала себе минуту на то, чтобы успокоиться. Подниматься было тяжело - ноги тряслись. Да всё тело ходило ходуном от пережитого страха, напряжения и теперь вот облегчения.
В полной тишине обшарила кусты, где исчезали со своей ношей душегубы и обнаружила ход. Да не такой, как мой - узкий и извилистый, а прям основательный. Держась рукой за стену (света у меня, как понимаете, не было), прошла до конца и упёрлась в дверь. Ощупав препятствие, поняла, что с этим замком не справлюсь, даже пытаться не стоит. А попасть туда нужно обязательно.
-Стоп! Лира расшиблась на каких-то ступенях. А я что-то ничего подобного на пути сюда не заметила. Значит, есть второй вход, скорее всего из самой башни. Пока есть время, надо попытать счастья там.
Выбравшись наружу, взялась карабкаться на гору к подножию полуразрушенной башни, корявым силуэтом высившейся над головой. Где-то на середине подъёма сообразила, что осветительного прибора с собой по-прежнему нет.
-И что я, стесняюсь спросить, там увижу? Даже если не грохнусь в потёмках, как предшественница, и не переломаю кости окончательно?
-Но бабка же как-то там перемещается? -тут же пришла здравая мысль, - Вряд ли каждый раз таскает свечку с собой. Наверняка где-то прям у входа и оставляет. А вот палку покрепче, на всякий случай, стоит прихватить.
Я уже добралась до подножия поросшей мхом стены и аккуратно кралась вдоль неё в поисках центральных, так сказать, дверей. И тут, краем глаза уловила движение. Хорошо, хоть не рядом. За сегодняшнюю ночь со своим родным сердцем уже бы пережила восемь инфарктов. Точнее, однозначно бы не пережила.
Тучной серой медузой, практически сливаясь с окружающим ландшафтом, в сторону "жилых кварталов" монастыря медленно плыла фигура настоятельницы. Я и заметила её только потому, что она двигалась. Но перепутать сей громоздкий силуэт было просто не с кем. И это, кстати, тут же успокоило.