1000 и 1 жизнь 10 (СИ)
— И несут потери. Мне нужны войска из Европы, нужна возможность сосредоточить силы и начать осаду БАМ, без расстрела источника я не смогу переломить ситуацию, — задумчиво ответил Сергей. — Сколько простых инков погибнет, если мы утратим возможность реагировать на ситуацию? А ведь у них хватает своих магов, Академия сейчас набита ими, как огурец семенами.
— Что? — заморгала Люсита.
— Говорю, они там, как зерна в кукурузном початке, — хохотнул Сергей.
Пришел его черед дергать, и наполовину обнаженная Люсита влетела в его объятия, оказалась в воздухе и кольце рук. Да, следовало отдохнуть, но следовало и действовать дальше. Следовало сдерживать себя и поощрять помощников, но также следовало идти своим курсом, не вилять от малейших подсказок. Сохранять равновесие и разить врагов, а также возвышать помощников. Часть родов получили чужие силы за прошедшие сутки, им предстояло сыграть свою роль в осаде БАМ.
Хотя, какая она, к чертям осада, если оттуда постоянно выбегали маги и совершали диверсии?
— Их надо уничтожить, но ты все равно права и заслужила награду.
Стена рядом изменилась, согнулась под углом, и он опустил Люситу на эту наклонную теплую поверхность, чуть раздвинул ноги, лаская пальцами ее коленки и вошел. Легко, просто, естественно. В этом нормальном, естественном сексе было что-то такое, что будоражило его кровь, и одновременно приносило душевный покой, несмотря на все затраты времени, сил и магии.
Люсита раскрылась ему навстречу, омывая волнами страсти, нежности и гордости за него, предвкушения этой самой награды и тревоги за Гарольда, пополам с осознанием, что Топор не может сидеть без дела или висеть и пылиться на стене. Магия текла сквозь нее и Сергея, связывала их втройне и он продолжил изменения Люситы, расширял и усиливал ее, двигался почти замедленно, наслаждаясь каждым мгновением контакта тел и душ.
— Такую же награду, как и Джил, — добавил он, когда операция над женой уже практически закончилась.
Хватка Люситы резко усилилась, а ноги ее сомкнулись на нем, словно стальной капкан.
— Сделай мне ребенка, Гарольд! — зарычала она.
— Как пожелаешь, моя императрица.
Глава 44
11 сентября 1993 года, Руан
Когда Сергей говорил о встрече трех «правителей», то первым на ум приходил Париж.
— И нам нужна будет помощь в сдерживании последствий, — указал на еще один пункт Эжен Лавуа.
Не слишком высокий, тощий, но в то же время жилистый и упрямый. Беретик, автомат и вылитый боец Сопротивления, в данном случае сопротивления Гарольду и Британии.
— Последствий чего? — спросил Сергей.
— Ваш удар по Парижу выбросил в окрестности все содержимое Сите, оно попало в воздух, землю, воды Сены, и настолько концентрированные проклятия тут же дали о себе знать, — объяснил Лавуа.
— Если бы Перро не предали меня, — нахмурился Сергей.
— Простите, Гарольд, но именно вы вручили им тот злополучный артефакт с силой Мальдиков. Я все понимаю, меня уполномочили сдаться вам и даже отдаться, если потребуется, — легко говорил Эжен, — творить что угодно, но не уступать в определенных вещах, вроде ликвидации последствий проклятий. Люди во власти и маги, приславшие меня, не обладают достаточной силой, чтобы самим справиться с ними и потребуется помощь Британии. Вы хотите капитуляции? Прекрасно, но она будет с условиями.
— Капитуляция предполагает, что вы сдадитесь без условий! — чуть повысил голос Сергей.
— Разве не выражала Матерь-Магия свое желание, чтобы наступил мир? — не уступил Лавуа.
Сергей взял договор, уставился на пункты, недовольно мысленно сопя. В голове замелькали планы, переработка, выброс проклятой земли в космос, сброс ее прямо на БАМ, но все это требовало сил, времени, подготовки! В то же время, французы, конечно, были правы в чем-то, он не мог требовать от них силы, возможности подавить мятежников, решить все проблемы самим и одновременно с этим стоять на коленях, отсасывая у Британии.
— Выражала и поэтому вам и следует подписать капитуляцию как можно быстрее.
— Но у вас еще не закончился мятеж в тылу.
— Вам будет оказана помощь!
— Нам нужна будет поддержка британских маботов и флота, — заметил Лавуа.
— С такими претензиями, мне проще разгромить вас на голову и прямо завоевать! — не выдержал Сергей. — Или вы сомневаетесь, что я в силах сокрушить вас⁈
— Никто не может устоять перед Гарольдом Топором, — с легкой улыбкой развел Эжен руками.
Никто, кроме Гамильтона и БАМ, читалось за его словами. Начни громить, и местные маги переметнутся в сопротивление, стакнутся с британской Академией, если уже не спелись с ними. Против Гарольда Топора, конечно, то самое, чего опасался дедуля Фейн, вот только обосрался он преждевременно. Чуть выдержки, чуть поддержки Британии без мятежа Академии и Сергей-Гарольд порубал бы в капусту всех европейских магов и некому стало бы сопротивляться.
И тогда некому стало бы защищать дедулю Фейна.
— Но, если все останется, как есть, пославшие меня погибнут в любом случае.
Им будет нечего терять, понял Сергей, и они попробуют поставить на последний козырь — Гамильтона. Проклятье! Опять Гамильтон! Засел в Академии и носа не кажет! Сергей надеялся подловить ректора вне стен БАМ, ведь такой боец, могучий маг, разве мог он пропустить вылазки и диверсии? Подловить и сразиться, без дуэлей и сотен зрителей, потратить десять — двадцать жизней, но выяснить все слабые места ректора.
А теперь вдруг оказалось, что Гамильтон гадит одним своим присутствием!
— У нас тоже самое, — добавил Кальвин Фрай.
Тоже не из священных родов, этакая компромиссная фигура, способная править и выполнять волю выдвинувших его, но в то же время расходник. Пославшие его заранее предполагали, что Гарольд Топор зарубит Кальвина и Эжена на месте и все это наводило на мрачные мысли. О репутации Гарольда и влиянии мятежной БАМ на ход переговоров и капитуляции.
— Нам нужна помощь, необходимо снять блокаду проливов, подавить мятежи в Восточной Европе…
— Этого не будет! — отрезал Сергей. — Я обещал им независимость!
— Но Союз Единения! — воскликнул Фрай. — Их агенты наверняка уже шарят там, вербуют, внедряются, пока мы лежим в руинах! А мятежные индусы, вы хотя бы можете забрать ваших мятежных индусов⁈
— Моих? — рыкнул Сергей, едва сдерживаясь, чтобы не метнуть глазами молнию.
Как с Мальдиками — последствия прошлых ударов, решений и ошибок выплывали в неожиданных местах, стреляли в ноги, спину и задницу самому Сергею. Что вот было с ними делать? Говорить, что привез мятежных индусов, дабы два врага сожрали друг друга? Наверняка Кальвин и так об этом знал, возможно, даже понимал, что не ударь Гарольд Топор и сам Фрай никогда бы не поднялся до таких высот. Временно исполняющего обязанности императора, куклы на троне, но все же!
— Простите, ваше величество, — что-то такое проскользнуло в тоне Фрая, — но это последствия ваших действий. Если вы хотите нашей поддержки…
— Я хочу вашей капитуляции!
— И последующей поддержки, то сложившуюся обстановку надо исправить и сами мы этого не сумеем.
Этот посланец Германии, как и Франции, похоже не считали его за легитимного императора. Склонялись перед силой, да, но и только. Если он хотел вассалитета двух бывших сверхдержав, то не следовало забывать о том, что это дорога с двусторонним движением. Он не мог только требовать и отбирать, следовало еще и давать. Разумеется, эта кучка трусов, решившая сбиться ради выгоды, неявно опиралась на мятежную Академию, пытаясь за ее счет что-то выиграть и выторговать.
Останься они одни… впрочем, тогда Сергей и разговаривать с ними не стал бы. Вбил бы в землю по уши и отдал земли тем, кто служил ему. Но он обратился с призывом, и маскировка под Мать не помогла, ладно, эти трусливые уроды, сбившиеся в стаю, почуяли слабину и начали торговаться. Поняли, что он не будет за ними гоняться, слишком мелкие цели, прислали «подставных» императоров. Отличный способ прощупать его, попробовать понять, до каких пределов можно давить и так далее.