1000 и 1 жизнь 10 (СИ)

Вопрос был, конечно, риторический, все и так знали, что случилось бы в таком случае. Кровная месть на поколения, ссоры и раздоры, тайные убийства и прочие развлечения мирного времени.
— На время войны месть и разногласия всегда откладывались в сторону, и я поступил так же! Протянул руку дружбы бывшим кровникам, отодвинул в сторону свои дела — ради победы! Совершал невозможное, надрывался, хотя мог бы воевать по старинке, сидеть в тылу, отправляя войска на смерть. Войска с вашими магами в них, пока я сам оставался бы в безопасности в тылу! Но нет, я был на передовой, разил на страх врагам, дрожащим при упоминании одного лишь имени Гарольда Топора! Вы славили меня, как героя войны, а сами готовили удар в спину? Не только готовили, но и нанесли его! Не только мне, но и всей Британии, допустив сюда шпионов, лазутчиков, позволив Германии ударить так, что едва не рухнул весь остров! Я примчался на помощь и спас Лондон, Британию, и чем мне отплатили? Еще одним ударом в спину? Из страха передо мной вы решили убить всё вокруг?
Сергей сделал паузу и снова обвел собравшихся взглядом. Колебания и сомнения, хорошо, но недостаточно.
— Я еще раз протяну руку дружбы кровникам Чопперов, Кроу и Хаксли и предложу связать наши рода браком.
— Смертельная любовь!
— Опасное занятие!
— Теперь СИБ убьет еще и тех глав Родов, что против⁈
Последний выкрик вызвал бурю магии, замелькавшую по зданию разноцветной вьюгой. У Сергея опять полыхнуло, да как смели они обвинять его в повторе действий СИБ, службы, которую он ненавидел? В то же время, где-то глубоко внутри он знал и получал подтверждения от Люситы, что да, смели и могли, так как сами думали именно так. Предать, ударить, воспользоваться готовыми решениями, ну и что, что СИБ? Срази ей глав Родов, а потом показательно уничтожь, укрепи свою власть императора!
— СИБ будет уничтожена и реорганизована, — заявил он всем, — так как они перестали справляться со своими задачами! Не исключено, что Кристофер Фейн спросил с Джозефа Фокса за некомпетентность и это вызвало произошедшие события.
Никто не обвинил его прямо в глаза во лжи, хорошо. Можно было пойти путем Гамильтона, вызывать на дуэль обвинявших и убивать, но увы. Титул императора давал ему власть, но та не слишком много стоила без возможностей, которые находились в руках Священных Родов. Что же, это тоже можно было исправить, но не сейчас. Как с мировой войной — сильнейший враг уже повержен, теперь осталось разбить слабых.
— Что же касается того, что мои жены в смертельной опасности — могу предложить Палате поддержать меня и опасность исчезнет. Кто знает, кого сочтут опасным завтра, на кого начнутся покушения?
— Это угроза⁈
— Это констатация факта, и смотрите, я стою открыто и отвечаю на анонимные выкрики с места. Может, тем, кто хочет что-то сказать, выходить сюда и спрашивать меня, глядя прямо в глаза?
Приглашающий жест рукой, легкая улыбка, давящая аура магической мощи, попытка косвенно напомнить всем, что Гарольд и так стал бы императором. Просто слишком широко и быстро шагал вперед, и дедуля Фейн, вкупе с прочими, неправильно все понял.
Объявить императорский указ, мол, Матерь-Магия недовольна Гамильтоном и желает его смерти? Отличная идея, но рано еще пока, пришла волна от Люситы. Джил и Жизель не лезли, но нетерпение в них нарастало. Рано, повторила Люсита, скажи об этом сейчас и только сделаешь хуже, укрепишь коалицию и власть Гамильтона, а убийства ректора можешь и не добиться. Понятно, подумал Сергей, будет показано бессилие императора, подрыв репутации Топора и так далее.
Выждать и ударить, просто не сейчас.
— Вы забываете о том, почему меня прозвали Топором, — напомнил Сергей. — Я воевал за Британию и продолжу воевать, чтобы она осталась единственной сверхдержавой! Бьющие мне в спину — враги и кто знает, кого они назначат врагом завтра? Владыка Смерти был британским магом, но затем начал кидаться на всех подряд, провозглашая при этом самые благородные лозунги: «Нет войне!» и что там еще, «Жизнь магов священна!» Под эти слова он убивал и держал всех в страхе. Вы отказываете мне в поддержке? Пусть так! Но отказываете ли вы в поддержке Британии? Готовы ли вы взять на себя ответственность за поражение в войне? Сможете ли вы твердо заявлять, что не превратитесь завтра в новых Владык, решающих, кому жить, а кому умереть?
 
— Нет! — поднялась Корнелия Саннидейл. — Этого не будет!
Волна магии, Сергея окатило волной боли за Робин. Неужели Корнелия винила его? Ах да, он же оставил Робин под крылом Аделии Келли, вместо отправки к Саннидейлам. В таком случае стоило бы винить дедулю Фейна, да саму Палату с их идиотскими идеями «а давайте пошлем Гарольда на пять букв, в Индию!» Но это видел и осознавал только сам Сергей, остальные просто винили его во всем.
Хотя речь Сергея заставила многих задуматься, сбила накал вражды, хотя бы и путем разжигания страха.
— Обвиняя меня в узурпации власти, вы занялись тем же самым! Только прикрылись благородными лозунгами!
— Как и вы!
— Идет война, — оскалился Сергей, — мне что, заявлять вслух о поражении⁈ Чтобы это звучало не благородным лозунгом?
Смешки, волна криков оказалась сбита.
— Дайте мне победить, не губите империю! Вы отступили от правила — никакой внутренней грызни перед внешним врагом и теперь мы пожинаем плоды той промашки! Желающие обсудить что-то со мной приватно, знают, где меня найти — в императорском дворце, в самом его сердце!
Сергей сделал величественный (как он надеялся) жест рукой и развернулся, дабы уйти.
— Останься и следи за этой бандой шакалов, — бросил он Жизель.
— Да, Гарольд, я так и собиралась сделать.
Белинда Лагранжа хотела о чем-то с ним поговорить, но это могло подождать. Она не предала и заслуживала награды, повышения, всего! Как и Честер Филипс, Галатея Лонгхэд, хотя та и не явилась из Южной Америки.
— Ты молодец, — шепнула ему Люсита. — Хорошо говорил.
— Да надо было перестрелять всех, — проворчала Джил. — Говорильня, говорильня, где дела?
Сергей нахмурился, ведь новая жена была права. Он держал здесь силы Псов, хотя они требовались на фронте. Армия и флот, события в Европе, послания другим странам, война с османами, Восточная Европа и индусы там. Италия и независимость, всем этим следовало заняться незамедлительно, не дожидаясь, пока Палата Лордов решит, будут они ставить палки в колеса Гарольду Топору или лучше все же не заниматься самоубийством.
Сергея не покидало тяжелое ощущение, что он уже знает ответ на данный вопрос.
  
Глава 15
 
Кто-то выскочил из-за угла, но тут же упал, сраженный выстрелом Джил.
— Хоть немного душу отвела, — проворчала младшая О’Дизли.
— Тебя тяготит происходящее? — рассеянно спросил Сергей.
Его одолевали тяжелые, гнетущие думы. Столько времени и жизней потрачены зазря, в каком-то смысле, ведь он все равно напоролся на грабли проблем. С таким же успехом можно было взорвать Гамильтона, еще во время нахождения в БАМ и потом сбежать прочь, скрыться в космосе.
Вернуться двадцать, тридцать жизней спустя, когда все уже давно забыли о случившемся!
Умом Сергей понимал, что взрыв в БАМ не сработал бы, не хватило бы силы и опыта, да и в космос не сбежал бы, так как не бывал еще тогда в нем и не познакомился с Меган.
— Меня тяготит то, что я не могу помочь, — ответила Джил. — Я неплохо работаю языком (Люсита фыркнула), но в постели, а не в разговорах.
— Ты все еще глава группы охраны, — пожал плечами Сергей. — Кому мне и доверять, как не жене?
На ум вдруг пришла Бетти, а также крики Лукаса о подделке денег. Там они утонули в общем гаме, но с этого блондинистого гада вполне сталось бы продолжить крики. Месть за то, что погиб Дункан? Так младшему Малькольму не стоило бы строить интриг с Дэбби и считать себя самым умным! Бетти не стоило бы шептать, что она поддержит Гарольда во всем, лишь бы служить его величию, и не стоило бы так охотно раздвигать перед ним ноги.