Становление Героя Щита 18 (ЛП)

Правда, если они постоянно питались едой Сэйи, то вряд ли избавились от всего яда за один поход в туалет. Тем не менее, хотя бы на какое-то время их должно было отпустить. И доказательство тому — то, что к лицам жюри вернулся здоровый оттенок. Даже зрители должны были это заметить с первого взгляда.
— Помнишь, что говорили судьи, когда ели мою еду? — обратился я к Сэйе. — Они чувствовали себя так, словно их вылечили от яда. Так и есть. Я вывел из них яды твоей еды с помощью лекарственных трав, восстановил их жизненные силы и повысил их иммунитет. Это поможет им честно оценить твою еду и заметить отвратительный привкус яда.
Это всё равно, что я накормил бы их едой, вызывающей отвращение к алкоголю и сигаретам.
Что-то меня пробило на длинные речи. Как же это муторно — объяснять, что ты сделал.
— Как ты посмел?! Тебе не стыдно готовить такую еду?!
Гм? Вот ни капельки не стыдно. Возникает обратный вопрос — не стыдно ли Сэйе добавлять в свою еду наркотические вещества?
— Взаимно. Тебе-то нормально добавлять в еду наркоту, выделять нам гнильё вместо продуктов, готовить полуфабрикаты и при этом кричать людям, что они задохнутся от вкуса твоей еды?
На нашем складе было больше отходов, чем съедобных ингредиентов. И мало того, что Сэйя предложил нам из этого готовить, он ещё и собирался накормить судей едой, полной сильных наркотиков. Я уже не говорю о том, что он заранее подкупил судей, но всё равно пытался провести полноценную кулинарную битву. Я всей душой ненавижу таких людей, которые заранее готовят себе победу.
— Ах да, совсем забыл. Я же собирался сделать ещё одну вещь, — сказал я и пальцем показал Маро, чтобы он подошёл сюда.
Не идёт, гад. Ладно, так и быть, подойду к нему сам. Помощники Сэйи попытались мне помешать, но я их расшвырял.
— Ч-что тебе нужно?!
— Выбирай. Либо ты будешь до конца своих дней прислуживать этому типу, глупо улыбаться и есть отравленную еду, либо попробуешь лучшую еду, на которую я способен.
— Гм…
— Конечно, мои друзья говорят, что она слишком вкусная и тоже вызывает зависимость, так что для тебя ничего не изменится… Но подумай, чего тебе хочется больше — разогретой порошковой еды или тщательно приготовленной из настоящих ингредиентов?
Маро изображает из себя гурмэ, поэтому я знал, что моё предложение должно быть ему интереснее, чем бесконечная еда быстрого приготовления. Уверен, я смогу впечатлить человека, которому даже лекарственная еда настолько понравилась. Тем более, что у меня настолько бестолковый противник.
— Не дай ему обмануть тебя! Разумеется, моя еда вкуснее! Она не ядовитая! Он всё врёт!
— Именно так! Вы наш постоянный клиент высшего уровня, не так ли?!
Маро растерянно смотрел то на Сэйю, то на меня. Пф… если он колеблется, значит, победа уже за мной.
— Враньё! Вся моя семья умерла, потому что питалась в этом ресторане! — закричал мальчик, понимая, что его время настало.
— Молчи! Я помню, у твоей семьи была внезапная смерть по неустановленным причинам!
— Не смей обвинять господина Сэйю во всём, что захочется!
Остальные зрители начали журить мальчика, к ним подключилась ведущая:
— Я не потерплю оскорбления в адрес господина Сэйи! Лишить всю трибуну очков!
После слов ведущей зрители начали громко возмущаться.
— Т-только не…
— Немедленно извинись!
Но мальчик не стал уступать.
— Неужели вы не понимаете, что это неправильно?! Пока Сэйя не открыл свой магазин, мы все готовили еду для себя! А потом весь город начал питаться у Сэйи… Но вы же должны видеть разницу между приятной едой и сводящей с ума!
— Замолчи! Мы не выживем, если магазин Сэйи закроется!
— Вот-вот!
Можно однозначно говорить о том, что Сэйя захватил весь город с помощью еды.
— Подумать… только… — Маро глядел на это, и его сомнения крепли прямо на глазах.
Видимо, немного совести в нём всё же осталось. Пользуясь этим, я наклонился и прошептал ему на ухо:
— После моей победы я конфискую всё его имущество, тщательно изучу украшение, а все рецепты блюд отдам тебе. Тебе больше не придётся просить у него еды. Ты ведь знаешь, кто мы, и знаешь, что мы так можем.
 
Все рецепты Сэйи такие простые, что их можно выполнять с помощью украшения. Скорее всего, готовить как он сможет кто угодно, достаточно владеть нужными рецептами.
Судя по изменившемуся взгляду Маро, мои слова на него подействовали.
— Я требую, чтобы претенденты вернулись на положенные им места! Господин Сэйя, вас это тоже касается, успокойтесь! — воскликнул он.
— Ха-ха-ха! Разумеется! Честные и неподкупные судьи поймут, кто трудился по-настоящему! Ты проиграешь, потому что раскрыл все секреты раньше времени! — отреагировал Сэйя.
Ну-ну, посмотрим. И кстати… трудился по-настоящему? Ты-то? По крайней мере, со стороны этого точно не было заметно.
Я быстрым шагом вернулся на своё место.
— Почему-то у меня очень плохое предчувствие.
— Какое совпадение, у меня тоже.
— Хм… боюсь, это нас тоже затронет.
Рафталия, Грасс и Цугуми о чём-то разговаривают. Кстати, Цугуми, ты ведь и сама была в похожем положении, только с другой стороны. Почему у тебя такой вид, словно ты выше всего этого?
— Но… после слов мальчика я не сомневаюсь, что Наофуми-сама поступает правильно.
— Ещё бы, это же паренёк Наофуми.
— Это будет очередной подвиг великого мастера.
— Терис… Может, ты перестанешь становиться другим человеком, как только речь заходит про паренька Наофуми?
Не завидую я Ларку. Хотя он и сам не лучше — поднял такую шумиху из-за еды.
— Господин-сама, еды больше не будет?
Ох, Фиро, как же ты достала! Впрочем, если я не отреагирую, будет ещё хуже, так что я поставил перед Фиро суп.
— Ждать осталось недолго. Как вернёмся, я приготовлю ещё.
— Ла-адно!
Что касается косаток, то они после объяснений Рафталии внимательно следили за Сэйей.
Тем временем, судьи о чём-то шептались. Сэйя смотрел на меня с недовольным видом.
— Наофуми, всё точно будет хорошо? — спросила Кидзуна.
— Не знаю, но я в любом случае испортил врагу выступление.
От этого как-то на душе легче стало. Мне даже победить было не так важно, как выпустить пар после наглости Сэйи и его преступлений в отношении кулинарного искусства.
— Что-то мне твои методы не нравятся, — причитала Кидзуна.
— Мы сейчас не там, где ценится честность и послушность. В таких битвах побеждает тот, кто ловче и хитрее.
— Мм, а ты не мог выиграть просто за счёт того, что твоя еда самая вкусная?
— Так… Ты читаешь слишком много манги. Только в сказке бывает так, что чем вкуснее еда, тем выше оценка. На самом деле всё решают спрос и популярность.
Нет, вкус тоже очень важен, но он больше как необходимое условие, и никто его тщательно оценивать не будет. Всем очевидно, что в ресторанах еда должна быть хорошей. Они воюют за посетителя не этим, а своей популярностью и другими вещами.
Судьи ни за что бы не проголосовали против ресторана Сэйи, потому что им без него будет слишком тяжело. Поэтому я дал им настоящую альтернативу. В частности, это пригодится, чтобы исполнить желание мальчика.
Ицуки бы не одобрил? Ну и плевать. Падающие искры надо вовремя смахивать, иначе они превратятся в ожоги. Если есть город, власть в котором захватила странная кулинарная религия, её нужно как можно скорее обезглавить, иначе потом могут начаться ненужные волнения.
— Правда? Что-то мне кажется, будто это битва коммерсантов, а не поваров…
— Я с тобой не спорю. По-хорошему, в этих битвах должен выигрывать тот, у кого еда вкуснее. Но у Сэйи она совсем невкусная. И вы ведь рассчитывали увидеть у судей именно такую реакцию, не так ли? — спросил я, поворачиваясь к Ларку и остальным.
 
Судя по их лицам, они всё равно недовольны.
— По-моему, это не совсем то, на что мы рассчитывали… — протянула Кидзуна.
— Если бы я верил в то, что победит самая вкусная еда, и готовил бы честно, наши дела бы сейчас шли намного хуже. Но вспомните, как вели себя наши соперники. Они с самого начала не собирались сражаться с нами честно.