Черное в белом (СИ)

И как она только подцепила Метку? Да еще и одновременно с королем. Темное заклятие столь высокого уровня не так просто наложить. Если только оно не прицеплено к амулету.
― Лирель делала тебе подарки?
― Подарки? А это здесь причем? ― недоверчиво спросил король.
― Украшения, книги, пуговицы на рубашку, завязки для штанов. Дарила она тебе хоть что-нибудь в последние несколько недель?
― Да.
― Неси.
Король потянулся к цепочке на шее. На свет появилась подвеска из темного, словно закопченного метала. Две розы сплетались, стараясь задушить друг друга в объятьях. Мои пальцы расстегнули ворот на платье эльфийки, у нее на шее висело точно такое же украшение. Подвеска оказалась неожиданно тяжелой, и от нее просто разило магией оборотней.
― Скажи ей, когда очнется, чтобы ничего и никогда не брала у незнакомых оборотней. А эту гадость, ― цепочка жалобно звякнула и оборвалась, ― сжечь. Лучше где-нибудь подальше в лесу, в безлунную ночь, у корней какого-нибудь дуба.
― А под соседним деревом я прикопаю оборотня, ― мрачно пообещал король.
― Мне нравится ход твоих мыслей, ― улыбнулась я, скинула куртку и уселась на эльфийку сверху. ― На ней проклятье Черной Метки. Ты его видишь?
Король подошел и склонился над Лирель.
― Что я должен увидеть?
― Черную паутину в ее ауре. Хотя сейчас правильнее будет сказать ― клочки ауры в черной паутине, ― я невесело усмехнулась и тронула одну из нитей. ― Видишь?
― Нет.
― Тогда отойди и не мешай.
Я начла по одной вытаскивать нити. Проклятье сопротивлялось, извивалось, будто огромный черный угорь, и старалось выскользнуть из рук. Энергии ощутимо не хватало, заклятье разрушения выжигало заразу, но слишком медленно, на месте каждой уничтоженной нити тут же отрастала новая. Пот катился по спине градом, а я уже знала, что не справлюсь, как маг ― не справлюсь.
«Но ты же не маг», ― тихо шепнула Тьма, просовывая щупальце сквозь тонкую щель между стальными пластинами клетки. Пластины тут же сомкнулись, но щупальце уже успело нанести удар. Барьер дал трещину, ручеек силы превратился в реку.
Рубашка на спине треснула, давая свободу крыльям, я знала, что сейчас по стальным перьям пробегают голубые искорки силы. В комнату ворвался порыв ветра, принося запах грозы и дождя. Черные когти легко подцепили паутину, проклятье вспыхнуло и исчезло. Аура эльфийки начала распадаться, стараясь ее склеить, я сделала единственное, что могла: влила в нее всю доступную магию, надеясь, что аура сможет сама затянуть прорехи. Руки жгло, аура на глазах наливалась Светом, лишенная защиты Тьмы, я корчилась в его лучах, из последних сил удерживая исцеляющее заклятье. Сверкнула молния, гром заставил задрожать стекла, я мешком свалилась на пол.
Ренир выхватил короткий кинжал и ринулся ко мне, мои когти замерли на волоске от горла Лирель. Эльф замер.
― Брось железку! ― прохрипела я.
Кинжал со свистом рассек воздух, лезвие прочертило тонкую полоску на виске и вонзилось в стену. Не все эльфы отличаются меткостью.
― Хочешь, чтобы следующее проклятье темных попало в цель? Если бы не я, то Метка сожрала бы вас обоих. Опомнись, эльф, ― за окном сверкнула молния.
Ренир потянулся за вторым кинжалом, и тут же заработал рваную рану на плече. Я подула на кончики ногтей, с которых только что сорвалось заклинание. Эльф рванул рубашку, обнажая рану. Маг зашептал, заклятье, словно легкая сиреневая дымка, оплело его руку.
― Еще повоюем или поговорим?
Эльф мрачно на меня посмотрел.
― Кто ты?
― Королева эльфов. И планирую ей остаться.
Ренир смотрел все еще с недоверием, но за кинжалом больше не тянулся.
― Что ты сделала с Эльзой?
― С кем?
― С моей женой.
Шторы вздулись пузырем, стараясь задержать рванувшийся в комнату ветер. Первые капли дождя упали на землю.
― Ее отравили. Если захочешь поужинать с Ниир Ташем, то отравленное вино еще осталось.
Король закрыл окно, за которым ярилась буря.
― Пойдем в кабинет. Пусть Лирель отдыхает, ― процедил сквозь зубы эльф, предусмотрительно не поворачиваясь ко мне спиной.
 
***
В мягком кресле, среди книг и бумаг, при неярком свете магических светляков было очень уютно сидеть и слушать, как завывает за окном ветер, как капли дождя стучат по подоконнику. Дрема подкралась незаметно. Из мягких лап сна меня вырвал недовольный голос эльфа:
― Ты что, спишь?
― Нет, но от чашки чего-нибудь бодрящего не отказалась бы.
Что-то пробормотав себе под нос, король щелкнул пальцами, и на стол с тихим звяком опустилась белая чашечка с черной жидкостью. Я неуверенно взяла чашку в руки и принюхалась.
― Пей, не отравлено.
Где-то в глубине души меня терзали сомнения на этот счет, но я все же сделала глоток. Жидкость приятно удивила, легкая горчинка и сладкое послевкусия. И главное, сонливость как рукой сняло.
― Что это?
― Вайр. Мы торгуем им с десятком стран, и с гномами. Ягоды, из которых его готовят, растут только в наших лесах, ― он помолчал. ― Ты так похожа на Эльзу.
― Искренне надеюсь, что все же ни капли не похожа. Иначе королевство обречено.
Он усмехнулся, щелкнул пальцами, и перед ним появилась белая чашка.
― Скажи, почему ты так опекаешь Лирель?
Эльф поперхнулся вайром.
― Я люблю ее, если она умрет, то я отправлюсь к звездам вслед за ней.
Я отхлебнула вайра, на память пришло, как мой отец трое суток сидел у постели моей матери, не подпуская никого, когда она подхватила ройскую лихорадку и чуть не отдала богам душу.
― Значит, к гномам я поеду без тебя.
― К гномам поедет посольство.
― Хорошо, я возьму с собой посольство, но не больше десяти дипломатов.
― Эльза, ты…
― Я не Эльза.
Король оперся ладонями о стол, поднялся и, нависая надо мной, сказал:
― К гномам отправится тайное посольство из эльфов, которым я доверяю.
Я поднялась, копируя его позу.
― Если твое посольство не смогло договориться о снижении цен раньше, с чего ты решил, что у них получится сейчас?
Король заскрипел зубами.
― Ты надеешься на то, что они посочувствуют несчастным зажатым в угол эльфам? Гномам плевать с высоты своих гор на все, что происходит на поверхности. Как ты собираешься их убедить?
Я опустилась обратно в кресло и скрестила руки на груди.
― Отправишь меня с посольством ― скажу.
Эльф неожиданно рассмеялся:
― С тобой невозможно спорить.
― Да, отец говорит, что у меня нет дипломатической жилки, зато торгуюсь я как гном.
Передо мной материализовалась новая беленькая чашечка и блюдечко с печеньем. Отказываться от угощения я не стала, тем более что печенье оказалось удивительно вкусным.
― Как тебя зовут?
― Будет проще, если ты будешь звать меня Эльзой.
Я залпом допила вайр и поднялась. Глаза слипались, меня, кажется, даже слегка пошатывало. Главное ― не уснуть где-нибудь по дороге.
― Завтра утром я зайду посмотреть, как чувствует себя Лирель. Заодно поговорим по поводу гномов. И пусть маги еще какое-то время побудут там, куда ты их послал. А то неспокойно мне рядом с ними.
― Тогда завтра в десять жду тебя в своем кабинете.
Я кивнула и вышла в коридор. Дорога до спальни не заняла много времени. Толкнула дверь и зашипела с досады. На кресле валялись уже знакомые штаны, а из-под одеяла высовывалась розовая пятка. В моей руке заплясало яркое белое пламя, но пятка, почуяв опасность, скрылась под одеялом, и подала голос:
― Погаси свет, спать мешаешь.
Огонь в моей руке засиял, как маленькое солнце. Сидхе плотнее закутался в одеяло, а по комнате пронесся маленький смерч, он задул пламя и перевернул кресло, в котором мирно спал Шен. Белый комок не растерялся и тут же вскарабкался на кровать.
Я зарычала, и зажгла все магические светильники в комнате разом. Из-под одеяла показалась голова в зеленом берете.
― Какого демона ты опять делаешь в моей кровати?
― Сплю.