SEX и демоны (СИ)
— Красиво, да… Но не думай, что здесь всегда такая тишь да благодать? — насмешливо сказала она, — чтоб ты знал, Какору, Мастер Пространств, что проектировал для мамочки Галхад, заявил, что здесь имеется восемьдесят укромных мест, укрывшись в которых, гости могут предаться любовным утехам! Когда они все разом это делают, то превращают это тихое место в подобие дешевого борделя, ха-ха!
— Когда я был здесь в первый раз, то кажется, нашел одно из них, но явился твой братец и вызвал меня к твоей маме на ковер… Обломав мне… гм… все «любовные утехи».
— Черт подери, как некрасиво получилось… — в притворном негодовании покачала она головой и я рассмеялся. — О, достопочтимый Наследник славной Сегменции Демавенд, и кто это была?! Ну! Говори!
С этими словами она весьма ощутимо ткнула меня под ребра, я охнул и попытался поймать ловкие руки демонессы, но легче было поймать ласку, чем мою краснокожую сестрицу.
— Говори! Говори! Говори!
Каждое ее слово сопровождалось метким тычком. Блин! А сила-то у сестрицы — совсем недетская!
— Ах, так?! — взревел я и просто сграбастал ее всю, крепко прижав к себе, обезопасившись, тем самым, от зловредных доставаний.
Амайя попыталась вывернуться, мило чертыхаясь сквозь смех, но я лишь сжал ее еще крепче и сам не понял, как губы демонессы оказались напротив моих. Мы застыли в незримой точке, когда все еще можно было свалить на игру или…
— Может быть, я искуплю вину моего брата?.. — тихо проговорила она и несмело тронула мои губы своими.
Несколько секунд я не смел ответить, но потом все-таки не выдержал и поцеловал ее в ответ.
Черт подери!
Она отстранилась, ошалело глядя на меня изумрудными глазами. Но вдруг эта нерешительность сменилась веселыми чертиками, и она страстно засосала меня, глубоко проникнув языком ко мне в рот и…
Исчезла прямо из моих рук!
Демоны, бл*дь!
Следующие дни я всецело посветил учебе, но не той фигне, что преподавали господин Аньен и господин Сантун, а глубокому разбирательству с наличиствующими на Демавенде партиями. Ибо, как мне виделось, именно это знание было первейшим и необходимейшим для выживания в мире демонов.
В целом они сводились к нескольким группам.
Первая и самая многочисленная — Низшие, что проживали на этом летающем острове с незапамятных времен. Добрый десяток племен, часть из которых находилась фактически в каменном веке, а часть занималась сельским хозяйством в равнинных районах Сегменции, по большей части существовали на положении рабов у своих хозяев. Именно ими комплектовались многочисленные имения Высших, что усеивали ридну демавендскую землю. Даже горные племена были тщательно расписаны по своим лордам, выплачивая им оброк. К сбору «налогов» или дани со всех, до кого только возможно было дотянуться, демоны относились крайне серьезно.
Другая группа также была представлена Низшими, но куда более развитыми народами. Это были и те невысоких чернокожие демоны, из которых набирали писарей и высокие мохнатые быкообразные демоны, коих легко можно было найти на кухнях и в портах Сегменции и невысокие краснокожие рогатые бородачи, изрядно смахивающие на нестандартно разукрашенных гномов. Все они занимались ремеслами, торговлей, производством и жили в основном в больших поселениях.
Ну и верхушка этой пирамиды — конечно Высшие. Но, несмотря на то, что они находились во главе этой пищевой цепочки, между собой они были крайне не равны. Десяток самых знатных семей имели все и всех, еще десяток подбирали крошки с их стола, а остальные служили тем и тем. Управление этим феодальным стадом базировалось на голой силе, которую представляла навербованная в иных мирах Гвардия и не менее грозной силе магии, которая была подчинена лично Владетелю или его ставленнику. И лишь эти факторы удерживали в Сегменции порядок. Боязнь потерять свой феод в результате опрометчивого выступления против Лорда, как правило, превалировала над желанием шагнуть на следующую ступеньку в иерархии. Тем более что для этого было немало возможностей за границами Сегменции. Но вот нынешняя ситуация, как раз таки была довольно удобна для подобных выступлений. Крыша Великого Дутура над отцом зашаталась, а Низший у Трона Сегменции и Наследник-полукровка делали их еще заманчивее.
Может быть, в словах тетушки об отце и была доля истины…
Изучая, кто кому приходится сватом и братом, можно было примерно понять расклад сил на острове, но далеко не всегда. Так как зачастую ближайшие родственники могли ненавидеть друг друга всей душой, а те, кто друг другу приходились никем, наоборот, формировали длительные альянсы.
Впрочем, в этом мне могли помочь. Причем, было крайне забавно слышать зачастую совершенно противоположные характеристики некоторых персоналий из уст Тоши, а затем из уст Амайи…
Ох уж эти уста Амайи. Похоже, краснокожая девица взяла прямой курс на мое соблазнение… Или я на ее. Миниатюрная демонесса все чаще заглядывала ко мне «на чаек». И хотя подобного случившемуся в саду у тетушки конфузу, более не случалось, что-то этакое меж нами определенно зачиналось…
Что именно?
Да откуда ж мне знать?! Свалившиеся на голову тонны доступных девиц едва не потопили меня ко всем чертям! И не потерять от этой доступности эту самую голову было ох как не просто. Мог ли о таком мечтать земной подросток?
Но то, что начало зарождаться в моем сердце к болтливой сестричке Мамору, не было похоже на звериную жажду отодрать какую-нибудь гайшЕ, что в неимоверных количествах готов был поставлять Маас.
Но я отвлекся. Сегменция, меж тем, была занята подготовкой к празднеству. День Основания был едва ли не единственным общегосударственным праздником всей ойкумены демонов, которые в обычной жизни плевать хотели на себе подобных. Как ни странно, корни этого праздника терялись во тьме веков настолько, что никто не мог точно сказать, в честь основания чего он праздновался! Державы? Трона Грозди? Даже господин Аньен, преподававший мне историю, и тот на прямой вопрос растекся пространными речами об ученых прошлого, что задавались тем же вопросом.
Основные мероприятия должны были состояться на Базальтовой Арене — монументальном, похожем на римский Колизей, сооружении в центре острова, что при надобности могла вместить чуть ли не половину населения Сегменции. В культурно-массовой программе был и парад, и жертвоприношения, и бои на мечах и охота и, конечно же, неизменная оргия всех со всеми!
От последней я твердо был намерен отпетлять, а вот на остальное с удовольствием полюбуюсь.
В это утро я поднялся довольно потрепанным и злым. Несмотря на то, что я зарекался иметь дело с гайшЕ, внезапное желание было столь сильным, что я таки приказал Шеку доставить мне какую-нибудь рабыню поспокойнее из приготовленных для меня Маасом.
Явившаяся на зов похоти демонесса оказалась максимально экзотична для человеческого глаза. Высокая и фигуристая, они щеголяла эбеновой кожей, по которой в изобилии разбегались карминовые татуировки. Казавшиеся бессистемными завитушками, они складывались в какой-то невнятный, но завораживающий узор. Также у нее были шикарные белоснежные волосы и довольно большие острые рожки. Высокие широкие скулы, полные губы, что, кажется, были только и предназначены для сосания, красивый прямой нос и раскосые глаза с красными зрачками.
Естественно демонесса была практически раздета еще когда только заходила в комнату, а к моменту, когда подошла к постели, на которой я возлежал, на ней и вовсе остались только полупрозрачный лоскуток материи между ног, удерживаемый лишь золотой цепочкой на бедрах.
— Мой господин…
Я поманил ее к себе… Но вместо того, чтобы сразу наброситься и отыметь все эти чудесные телеса… Я вдруг подумал, что пора прекращать быть похожим на голодного нищего, дорвавшегося до пиршественного стола, а учиться быть гурманом, что получает максимальное удовольствие от процесса.
— Ложись, — приказал я, с восторгом наблюдая, как она, тряхнув белоснежной гривой, исполняет мой приказ.