Тварь. Кассеты Андерсона

Жирный коп издевательски ухмыльнулся.
— Он, что, маленький, без провожатых его уже из дома отпускать нельзя?
— В таком состоянии — нельзя. Вечером у него был какой-то приступ.
— Как вы узнали, что его нет дома, мистер Хаммер? — спросил Прайс.
— Ложась спать, я решил сперва заглянуть к нему, посмотреть, как он себя чувствует. Он даже не ложился. Я вспомнил, что он упоминал мисс Грэйндж, и подумал, что он мог заехать сюда.
Прайс кивнул.
— Дверь?
— Она была не заперта. Я вошел и увидел... вот это, — я обвел комнату рукой. — Позвонил вам, потом в городскую полицию. Все.
Дилвик скорчил гримасу и оскалил то, что у него осталось от передних зубов.
— От этой истории воняет, — от нее и вправду пованивало, только никто, кроме меня, не знал этого наверняка. — А не могло быть так, мистер Хаммер, — Дилвик саркастически подчеркнул “мистер”, — вы нашли мальчонку, Йорку не хотелось выплачивать десять кусков — работы-то на грош — вы грозите, он удирает, но вы его настигаете и исполняете угрозу?
— Конечно, могло быть и так, если бы не было иначе, — я воткнул в рот сигарету и поднес к ней спичку. — Когда я убиваю кого-нибудь, то обхожусь без топорика для мяса. Если у него пистолет, я тоже пользуюсь пистолетом. Если нет — действую руками, — я перевел взгляд на труп. — Его я мог бы убить одним пальцем. Мужчину покрупнее... пришлось бы обеими руками. Но не топором.
— Как Йорк попал сюда, мистер Хаммер?
— Скорее всего на машине. Вы пошлите пару ребят заняться его машиной. Синий “седан” шестьдесят четвертого года.
Прайс поманил пальцем человека в штатском и повторил инструкции. Тот кивнул и вышел.
Пожаловал коронер с фотографом и носилками. Минут десять они крутились по квартире, опыляя все порошком для снятия отпечатков и фотографируя останки со всех сторон. Я показал Прайсу, где трогал стену и выключатель, чтобы после не было путаницы. Порядка ради он попросил меня дать свои отпечатки. Я не возражал. Он достал картонку, намазанную парафином, я положил на нее обе руки и прижал. Прайс надписал на обороте мою фамилию, номер лицензии и запихал картонку в карман.
Тем временем Дилвик просматривал бумаги, разбросанные Йорком, но, не найдя ничего интересного, вернулся к трупу. Коронер разложил содержимое карманов на боковом столике у дивана, и Прайс принялся перебирать вещи. Я смотрел через его плечо. Обычное барахло: мелочь, бумажник с двумя двадцатками и четырьмя пятерками и членскими карточками нескольких организаций. Под бумажником лежал пакетик с таблетками.
— Пропало что-нибудь? — спросил Прайс.
Я покачал головой.
— Как будто нет, но я ведь не шарил у него по карманам.
Тело уложили на носилки, топорик завернули, и коронер со своими, ребятами ушел. Появилось еще несколько полицейских штата, за которыми тащилось трое городских копов. Мне пришлось повторить все с самого начала. Поодаль от толпы стоял один репортер, яростно строчивший в блокноте. Будь мы в Нью-Йорке, пришлось бы закрыть дверь, чтобы удержать репортеров. Ничего, подождите, пока новость полетит по проводам. Все изменится в этом городке.
Прайс подозвал меня.
— Где вы будете, чтобы я смог с вами связаться?
— В усадьбе Йорка.
— Хорошо. Утром я к вам заеду.
— Я буду с ним, — вмешался Дилвик. — И ни во что не соваться, понятно?
— Катись ты, — ответил я. — Я свои права знаю. Я надел шляпу и раздавил окурок в пепельнице.
Больше здесь было нечего делать. Я пошел к дверям, но на пороге меня догнал Прайс.
— Мистер Хаммер!
— Да, сержант?
— Можно рассчитывать на ваше содействие?
Я расплылся в улыбке.
— То есть, поделюсь ли я с вами, если что-нибудь разнюхаю, так?
— В общем, да, — он был совершенно серьезен.
— Ладно, — согласился я. — Но с одним условием.
— А именно?
— Если наткнусь на горячий след — буду действовать сам. При первой же возможности извещу и вас, но я не стану упускать свой шанс ради того, чтобы передать дело в ваши руки.
Он раздумывал не больше секунды.
— Это меня устраивает. Вы, конечно, понимаете, что это не означает разрешение поступать как вам заблагорассудится. Я охотно приму помощь от человека с вашей репутацией. Вы уже давно занимаетесь подобными делами, и у вас богатый опыт. Кроме того, вы знакомы с методами нью-йоркской полиции. Я наслышался о ваших успехах, иначе вас и близко не подпустили бы к этому делу. У нас не хватает людей, и я лично буду рад, что вы готовы нас выручить.
 
— Спасибо, сержант. Если сумею, то помогу. Только постарайтесь, чтобы Дилвик ни о чем не пронюхал.
Если узнает, он на все пойдет, лишь бы подставить вам ножку.
— Вот уж кто свинья, — буркнул Прайс. — Скажите, что вы собираетесь делать?
— То же, что и вы, — искать Грэйндж. Похоже, она сейчас ключевая фигура. Вы оповестили патрульных?
— После вашего звонка перекрыли все дороги. Сейчас по телетайпу объявляют розыск в семи соседних штатах. Она далеко не уйдет. Вы что-нибудь знаете о ней лично?
— Очень мало. Считается, что у нее спокойный характер. Йорк говорил, что она часто ходит в библиотеку, но вряд ли вы ее там найдете. Посмотрим, что я узнаю в усадьбе. Если что узнаю насчет нее, позвоню. Пока!
Я спустился по лестнице. Сейчас самым важным для меня делом было поспать. Мне казалось, что я несколько месяцев не видел подушки. Двое молодых патрульных стояли, прислонясь к крылу синего “седана”. Они сверяли записи и переговаривались. Надо будет напомнить Билли заехать за машиной.
Солнце уже было высоко, когда я добрался до усадьбы. Утренние грузовики, о, которых говорил парень с бензоколонки, катили в город, проносясь мимо с приличной скоростью. Я сигналил у ворот, пока не вышел Генри, дожевывая свой завтрак. Он помахал мне.
— Значит, это вы. А я все думал, кто открыл ворота. Почему вы меня не разбудили?
Я притормозил рядом с ним.
— Генри, вы слышали, как я проезжал сегодня ночью?
— Я? Нет, я спал, как колода. С тех пор, как мальчик пропал, я извелся, все думал, что это из-за меня, из-за того, что я сплю сильно крепко. А к ночи отпустило.
— Оно и видно. Выезжали две машины. В первой был ваш босс.
— Йорк? Куда он поехал?
— В город.
Он тревожно переступил с ноги на ногу.
— Думаете, он... он будет ругаться, что я его не слышал?
Я покачал головой.
— Вряд ли. Собственно, я думаю, он и не хотел, чтобы вы услышали.
— Когда он вернется?
— Он больше не вернется. Он умер.
Я отъехал, оставив его стоять с разинутым ртом. В другой раз он будет лучше приглядывать за своими воротами.
Я газанул перед домом и выключил взревевший мотор. Тех, кто не проснулся после этого, я наверняка разбудил, грохнув дверцей.
Наверху зашумели возмущенные голоса. Я взбежал по лестнице и на площадке наткнулся на Рокси в стеганом халате, который она придерживала на груди. Ото замахала на меня рукой.
— Тише, пожалуйста, мальчик спит.
Ему предстояло веселое пробуждение.
— Только что встала, Рокси?
— Минуту назад, когда ты наделал такого шума пере? окнами. Ты почему не спишь?
— Неважно. Все на месте?
— Откуда мне знать? А что, в чем дело?
— Йорка убили.
Ее руки взлетели ко рту. На долю секунды у нее перехватило дыхание.
— И... кто? — с запинкой проговорила она.
— Вот это я и хотел бы знать, Рокси.
Она закусила губу.
— Вышло так... так, как мы и говорили, да?
— Похоже на то. Ищут Майру Грэйндж. Все произошло у нее в квартире, а сама она смылась.
— Ну, и как нам теперь быть?
— Подними всю компанию. Ничего им не говори, скажи только, что я жду их внизу в гостиной. Иди.
Рокси была рада делу. Она почти бегом поспешила в дальний конец коридора и влетела в чью-то комнату. Я подошел к двери Растона и попробовал ручку. Заперто. Дверь Рокси была открыта, и я прошел в нее, закрыв за собой, потом тихонько приблизился к двери в смежную комнату и ступил за порог.