Успеть до конца света (СИ)

- Вы не против побыть моим якорем? – светским тоном спросила я профессора.
- Слишком опасно, - тут же ответил он. – Он умер вчера. Дух должен быть уже далеко. Нужны другие варианты.
Другие, так другие. Я вытащила из сумки стержень и огляделась, а потом начала писать руны прямо на простыне, закрывавшей тело. Профессор молча наблюдал за мной. Я дописала длинный ряд знаков, потом внимательно оглядела свои руки и сняла кольцо с одного из пальцев. Безделушка из потемневшего металла с неразборчивой гравировкой выглядела дешево и непримечательно.
Я поместила колечко в центр схемы, и руны тут же засветились, заставив простынь подняться в воздух. Со стороны входа донеслось сдавленное ругательство. Я оглянулась. Медик выглядел ошарашенным. Он явно не привык к магическим обрядам. Капитан оказался опытнее, а может, лучше держал себя в руках. На его лице не было видно следов страха, только любопытство. Профессор наблюдал с интересом и некоторым скепсисом. Как будто принимал у меня зачет и раздумывал, не пора ли задать дополнительный вопрос.
Я отвернулась от зрителей и сосредоточилась на деле. В воздухе появился тонкий аромат. Еле заметный, он вызывал в памяти южное море, влажность и темно-бордовые, почти черные цветы. Опасность, подсказала память. Хотя сейчас запах был лишь видением, и не мог никому навредить, я поймала себя на том, что машинально задержала дыхание. Глубоко вздохнула и объявила вслух:
- Его отравили. Яд редкий, его трудно диагностировать.
- Полуночная лилия, - кивнул профессор. – Воздействие усилено магией. Любопытный эффект.
- Как вы узнали про магию? – озадачилась я.
- Подумай сама. Вкус у этих цветов очень горький. Он просто не смог бы проглотить смертельную дозу за один прием. Если бы его травили в течение долгого времени, смерть выглядела бы естественной. Значит, вмешалась магия.
- Логично, - проворчала я, недовольная тем, что сама не догадалась. Профессор без труда прочитал мои мысли:
- Не переживай. У нас все-таки разница в пару десятков лет опыта. Неплохое заклинание. У кимлан научилась?
- Нет, у шаманов, - я прищурилась. – Разве ваши источники не доложили?
Профессор только усмехнулся в ответ:
- Кажется, ты нас переоцениваешь.
Капитан вместе с медиком таращились на меня так, словно на моих плечах выросла вторая голова. Я и сама понимала, что надо бы выбирать более изящные обороты. Ведь я разговаривала не просто с бывшим преподавателем, а с действующим полковником внутренней безопасности. Этой службы побаивались все нормальные жители королевства. Но сдержаться было выше моих сил.
- Как это работает? – поинтересовался профессор. Судя по задумчивому виду, ему на ум уже пришла какая-то идея.
- Руны возвращают след, с которым связано сильное воздействие на дух.
- А на живых людях это используют?
- Да. Шаманы обычно используют это при диагностике отравлений. Я не была уверена, что с мертвым телом это тоже получится, но яд оказался очень сильным. Повезло.
- Сработает ли это на убийце? – в глазах профессора горел знакомый огонек.
- Точно не знаю, но вполне возможно, - оживилась я. - Нужно попробовать.
- Отлично, - хищно улыбнулся профессор. – Устроим очную ставку.
- С кем? – в моем голосе прозвучали нотки сарказма. – Если мне нужно будет проверить каждого человека в этом городе, на это уйдет несколько лет.
- Начнем с пассажиров дилижанса. Я почти уверен, что убийца приезжий.
При этих словах капитан машинально кивнул. Мне стоило немалого труда удержаться от улыбки. Покидая комнату, я с некоторым удивлением поняла, что смогла переключиться на разгадывание загадки, и мысли о мертвом теле перестали тревожить.
Мы снова оказались в комнате для допросов, но на этот раз на моих руках не было наручников. Мне предстояло встать на сторону закона, а не подозреваемого. Люди входили в комнату один за другим. Профессор вел беседу. Я раскладывала руны. Капитан молча сидел рядом, изредка поглядывая в мою сторону. Пассажиры открыто таращились. Мое преображение из подозреваемой в помощницу служб правопорядка оказалось неожиданным.
 
Я не обращала внимания на косые взгляды. Сосредоточилась на том, что показывали руны. Увидела, что молодой мужчина с блестящим обручальным кольцом на пальце недавно выпил приворотное зелье. Худая светская дама с надменным выражением лица оказалась любительницей веселящих грибов. Мне открылось множество чужих секретов и никаких следов убийцы.
С каждой новой неудачей мои надежды таяли. На лице капитана все более отчетливо проявлялся скепсис. Я твердила себе, что меня не посадят снова в камеру при любом исходе дела, но верилось в это с трудом.
- Этот был последний, - молоденький инспектор явно не знал, кому из начальства следует докладывать, поэтому обращался в промежуток между капитаном и профессором. – Что прикажете с ними делать? Возмущаются они, уехать хотят.
- Думаю, можно отпустить людей. Что скажете? – капитан повернулся к профессору.
- Погодите-ка, - вмешалась я. – Здесь были не все.
- Что значит не все? – хмуро спросил капитан. – Я даже Луизу пригласил, поскольку она видела Триллета одной из последних.
Хозяйка кафе была едва ли не единственной из наших посетителей, кто мне улыбнулся вместо того, чтобы смерить мрачным взглядом.
- А бабуля?
- Какая бабуля? – судя по тону капитана, он хотел сказать нечто куда более резкое.
- Как это «какая»? – озадачилась я в ответ. – Бабуля в шляпке из дилижанса, которая вчера рассказывала вам, как сильно я не любила этого Триллета.
Я перевела взгляд на инспектора, но тот лишь вопросительно поднял брови.
- Как интересно, - откликнулся профессор. – Бабуля, значит. Расскажи-ка про нее подробнее.
Я несколько сумбурно изложила все, что смогла вспомнить. Профессор хищно улыбнулся и отбыл вместе с капитаном, оставив меня на попечении инспектора. Тот поглядывал на меня с интересом и некоторой опаской, как на дрессированную виверну. Вроде и пристегнута к цепи, но может вырваться и перегрызть горло.
- Как насчет обеда? – поинтересовалась я светским тоном.
- Я бы с радостью, но капитан запретил выходить до его возвращения, - непреклонно ответил инспектор и напрягся, словно ждал, что я брошусь к двери.
- Но ведь можно попросить кого-нибудь сходить в кафе и принести еду сюда, - откликнулась я. – Мне даже деньги вернули, так что я угощаю.
- Не надо, - на щеках инспектора появился румянец. Кажется, парень посчитал, что его обозвали жадиной. Он подошел к двери, не сводя с меня испытывающего взгляда, выглянул на мгновение и тут же вернулся на свое место.
- Сейчас ребята принесут.
- Отлично, спасибо, - искренне отозвалась я. Снова голодать совсем не хотелось. Инспектор наградил меня еще одним долгим взглядом и неожиданно сказал:
- Меня зовут Йозеф Риттенберг.
- Рия Голльберст, - отозвалась я.
- Да, я знаю, - снова засмущался мой собеседник.
Когда профессор с капитаном вернулись, мы уже успели поесть и вели разговоры о погоде. На лице капитана было написано торжество. Даже извинения в мой адрес, которые он принес без особого энтузиазма, его не расстроили. Дело было закрыто. Убийца оказался приезжим. Начальник участка не мог дождаться того момента, когда все нежданные гости уберутся подальше, и в его прекрасном городе снова воцарится покой.
Я вышла из дверей участка на городскую площадь и глубоко вздохнула, наслаждаясь солнцем и свежим воздухом. Если подумать, я провела в камере меньше суток, но это время показалось мне бесконечным.
- Пойдем, присядем, - предложил профессор, направляясь к ближайшей лавочке.
- Почему она решила его убить?
Шлейнер пожал плечами:
- Они были партнерами в бизнесе, связанном с доставкой редких и опасных растений.
- Контрабанда?
- Именно. Трения были уже давно, а в этот раз на кону стоял большой куш. Тот чемодан, с которым не расставался Триллет, был полностью набит ценным грузом. Мы нашли его в комнате старушки.