Убойная секретарша! (СИ)
– Я не злющая, просто у меня утро… трудное! – холодно возразила. – А вы сразу драку устроили. Между прочим, это не гигиенично, бить людей грязной метлой!
– Так ты тоже не больно-то чистая, – фыркнула старушка. – А я свою метлу в отваре лопуха купаю! Да у тебя волосы теперь расти будут краше прежнего, а нужные винтики встанут на место. Еще спасибо скажешь, что образумила!
– Что? Ну, знаете ли…
Я давно отступила от дерева, и теперь стояла, норовя эту вредную ябеду испепелить взглядом. Это же надо, такую ерунду о себе услышать!
– Кхм-кхм! – откашлялся сержант Лешенко, протискиваясь между нами. – Так что делать будем, гражданка Ветрова? – официально поинтересовался, раздвинув нас аккуратно по сторонам кряжистыми плечами.
– С чем? – не поняла я, поворачивая к нему лицо.
– С прецедентом! Нарушение порядка было? Или менеджер по уборке ошибается?.. А может, вы из тех дамочек, кто не уважает чужой труд?
Чужой труд я уважала. Мало того, я и сама была из тех людей, кто много учился и много трудился, с юности зная цену каждой заработанной копейке.
Внезапно настоящая ситуация нарисовалась глазами полицейского и стало стыдно. Ну не жаловаться же ему всерьез на черного кота и внезапное невезение. И потом, я взрослая, самостоятельная девушка двадцати пяти лет. Я привыкла сама нести ответственность за свои поступки…
…А вот оправдываться не привыкла, но пришлось.
– Было, сержант, – нехотя признала очевидное. – Я виновата, признаю, некрасиво вышло. Что вы от меня хотите? Давайте я заплачу штраф.
Я повернулась к старушке.
– Извините за беспорядок, уважаемая. Это вышло случайно. Я бы помогла вам убрать, но у меня болит нога. И мне пора на работу. Я практически опаздываю!
– Ой, брось, – отмахнулась старушка. – Тебя всё равно с нее скоро уволят.
Спорить с ней не стала. Да что она вообще могла обо мне знать? Таких специалистов, как я, в индустрии рекламы, в которой я работала – днем с огнем поискать! А уж если нашел, надо быть дураком, чтобы от меня отказаться.
Я работала не жалея ни себя, ни своих подчиненных, и выжимала из своего отдела лучшие результаты! Это мою рекламу печатали журналы и заказывали известные бренды. Это меня зазывали на презентации и лично представляли владельцам компаний. Это мое имя знали наизусть в нужных кругах. Именно поэтому, подозреваю, Арнольд и встречался со мной, а его мама и сестра – мои непосредственные начальницы, терпели конкуренцию с собой великолепными.
Уволят? Ха! Быть такого не может!
– Так сколько я д-должна, сержант? – холодно поинтересовалась у мужичка, внезапно ощутив, что замерзла. И нога ныла просто жуть!
Полицейский не производил впечатления въедливого человека и странно на меня покосился. Посмотрел будто с жалостью. Из-под форменной фуражки торчали космы волос, а в руке внезапно появилась бумажка.
Ее-то он мне и вручил.
– Держите, Ангелина! Я не уполномочен собирать штрафы, но уполномочен брать обещания. Как только ваша нога заживет, отработаете день в парке в качестве дворника.
– Но… – открыла я было рот, но тут же его прикрыла. Лешенко смотрел очень уж укоризненно… и вместе с тем доверительно. А я никогда не умела подводить тех, кто в меня верил.
– Надо, Ангелина. Надо!
Сказал и ушел.
И старушка ушла. Вернувшись к разбросанной куче листьев, принялась усердно их сметать метлой, что-то бормоча себе под нос.
Мимо, направляясь от кофейного киоска, прошла незнакомая парочка с бумажными стаканчиками в руках, и ноздрей коснулся аромат свежесваренного кофе… У края аллейки сидел кот – тот самый, который стащил у меня хот-дог. Поглядывая в мою сторону желтыми глазами, он сыто вылизывал длинную лапу.
Я развернула небольшой бумажный лист в своей руке и прочитала:
«/первые слова не разборчиво/ Обязательно к исполнению!»
Глава 2
Лифт привычно дернулся, остановился на нужном этаже, и я вышла. Подойдя к своей квартире, открыла ключом дверь и вошла в прихожую. Включив свет, бросила испачканную шапку на полку и опустилась на пуф. Посидев так несколько секунд, сняла с одной ноги кроссовку и стала аккуратно расшнуровывать вторую.
В кухне горел свет и слышалось жужжание кофе-машины. Зерна бились о ножи и дробились со знакомым звуком, чтобы уже через минуту превратиться в обжигающее «американо» со сливками. Женька любила пить именно такой.
Все в это утро пили божественный напиток жизненного благополучия, но только не я.
Жили мы в квартире, в старом семиэтажном доме напротив парка, вдвоем с сестрой. Родителей у нас не было, а значит моя младшая уже проснулась.
– Гель! – донесся из кухни звонкий голос. – Можно я твой блинчик с сыром доем? Он уже два дня лежит в холодильнике, а у меня сегодня три пары в универе, и первая – социология у Страшко! Буду рассказывать ему, что такое «структурный функционализм»! Представляешь, я только вечером узнала, что именно мне выпал счастливый фант быть докладчицей по теме. Всё же этот препод – безжалостное существо!.. Так можно взять? Хочу перед встречей с ним как следует подкрепиться!
– Бери.
Здесь нужно вставить маленькую ремарочку, пока моя история не пошла дальше, и вы не подумали, что я жадина, поэтому у меня нужно спрашивать разрешения. Вовсе нет. Просто так вышло, что мы с сестрой рано остались одни, когда мне было восемнадцать лет, а ей – одиннадцать. В то время жить было сложно и, если честно, почти не на что. Но даже в свои одиннадцать лет Женька не разрешила мне бросить учебу в университете и взяла домашнюю работу на себя. А я работала по вечерам и выходным. И мы всегда и всё делили пополам.
Теперь уже в университете училась она, а к моей школьной золотой медали добавился красный диплом специалиста по рекламе. В нашей квартире с высокими потолками и арочными окнами появился новый ремонт, в гараже – престижный автомобиль, и в общем необходимость делиться последним в прямом смысле слова давно пропала, а вот привычка «не брать чужое без спроса» осталась.
Я успела снять кроссовок с носком и теперь разглядывала свою пострадавшую ногу. Моя обычно стройная щиколотка покраснела и успела заметно опухнуть, а под косточкой образовался кровоподтек. Оставалось надеяться, что это не перелом, иначе мое невезение окажется до обидного тотальным.
Хотя мне и так было обидно – просто до слез!
Представить только, меня сегодня ждет встреча с корейцами, подписание самого крупного в моей жизни контракта с косметическим брендом и деловой фуршет. Располагающие улыбки и доверительные рукопожатия. А я сижу тут и думаю, как на эту встречу явлюсь – в гипсе с костылем или в кроссовках с тростью?
Женька высунулась из кухни в короткой ночной сорочке и с чашкой кофе в руке – длинноногая и стройная. Увидев меня, застыла на пороге прихожей, распахнула голубые глаза и отвесила челюсть.
– Ого! Мисс Совершенство, в тебя что, попала молния или переехал мусоровоз?
– Хуже.
– Пожевал и выплюнул Чужой?
– Приблизительно.
– Блин, Геля, что случилось?
Сестра была моей копией, только волосы темно-русые у нее в отца, а у меня светлые в маму. Ну и грудь еще не доросла до моей в силу возраста. Но сейчас я хорошо представляла, что она видит.
С этим человечком я могла быть сама собой и, хотя не привыкла жаловаться, а неожиданно для себя вздохнула и грустно выдала:
– Я наконец-то поняла, что мы с Арнольдом не пара.
Женька моргнула, сморщила хорошенький нос и недоверчиво хмыкнула:
– Только сейчас? Я тебе два года твержу, что он самовлюбленный осел и послушный сынок своей мамочки! К тому же жлоб! И можешь защищать его сколько угодно, – сестра села на своего любимого конька и, фигурально выражаясь, топнула ногой, – но нельзя быть настолько узколобым, чтобы не ценить свою девушку!
– Считай, что до меня дошло.
– А можно узнать, что тебя на эту гениальную мысль сподвигло?.. Кстати, из твоих волос торчит ветка.