Неудобный наследник (СИ)

— Император покинул нас, — недоуменно озвуяил Сперат общепринятую версию. — Из-за того, что люди перестали его слушать и выполнять его приказы. И тогда повылазили всякие нелюди, нежить, а потом еще демоны испоганили лучшие земли, превратив их в Дикие…
— Да демонам вообще срать было. Это Архонты подняли восстание, убили Императора, а потом сотни лет грызлись между собой, призывая себе на помощь всяких тварей, -- неожиданно горячо возразила Гвена.
— А за такие слова в Тараэне могут сжечь, — сказал Сперат. — И не только там. Мне то что, я студент, я в Универе и не такое слышал. Но вообще-то, скажи ты такое на площади, и я первый брошу в тебя гнилым персиком.
— Любишь по грязному? — тут же ответила Гвена.
Сперат резко остановился.
— Тут нечего стесняться. Хочешь, я… — тут же прижалась к нему Гвена. Сперат недовольно стряхнул её с плеча, прямо как я совсем недавно, и сказал:
— Мой сеньор, достаньте меч. Кажется, впереди что-то есть. Что-то опасное.
 Глава 22. Недружелюбный теннис 
— Дайте мне кинжал, — жарко зашептала Гвена. И в этот раз, когда в её голосе промелькнула настоящая страсть, у неё получилось по настоящему сексуально. Я заинтересованно посмотрел на неё и машинально цапнул пустые ножны там, где висел мой кинжал. Гвена же в мою сторону даже не смотрела. Вот сейчас, когда я заинтересовался её заигрываниями, ей стало некогда. Женщины.
— Нет у меня кинжала! — немного злобно сказал я.
Впрочем, прозвучало не зло, а скорее нервно. В висках стучал быстрый пульс, руки слегка подергивались от переизбытка адреналина. Сунув слишком неудобный меч Хуго в руки Сперату, я выхватил Лозу. И двинулся вперед.
— Ну чо Юра, поищем где тут край? — прошептал я и почувствовал, что улыбаюсь.
— Что ты там бормочешь? — окликнула меня Гвена.
— Не ори, дура. Не видишь, сеньор кураж поймал? — тихо сказал ей Сперат. Судя по свету факела он отстал от меня шагов на десять. И шел за мной, держа эту дистанцию и подняв факел, чтобы я видел что впереди. Кураж? Да, похоже. Веселая, яркая злость буквально заполнила меня, как шампанское бутылку. И пузырьки беспричинной яростной радости щекотали мозг и заставляли волосы встать дыбом.
Я тоже “почуял” впереди опасность. Холодный, тяжелый, липкий ужас. Как в детстве, когда ты вглядываешься в темноту и чувствуешь, что в ней что-то есть. Но то, как реагировало на этот ужас тело Магна…
Впрочем, судя по тому, чему его учили, это было нормально. И это было наследственное. Первые мои драки как-то на задались — но по рассказам родственников, получать удовольствие от кровавой работы, среди аристократов, было скорее нормой. Кураж… Красивое емкое слово из Королевства Фрей. Да психопаты они все. Ну, теперь и я.
В круге света появилась пачка рукописных листов в кожаной обложке. Самодельная тетрадь.
— Это же методичка декана Старонота! Такое просто так не роняют, — послышался сзади голос Сперата.
— Он и не ронял. До самого конца, — ответил я. Прошел чуть дальше. И подождал Сперата. В проходе лежало тело. Когда Сперат подошел ближе, я грубо толкнул бедолагу носком сапога. Кстати, очень здравое решение. Хрен его знает, что там с ним. Может в варенье весь, начнешь руками пульс щупать и сам весь измажешься. А если толкнуть, то сразу понятно, труп или нет. При некоторой практике, легко отличить. А щупать пульс — это для тепличных мирков, вроде моего родного.
— Окоченевший, — поделился наблюдениями я. — С прошлой ночи лежит.
Сперат осторожно посветил факелом, заглянул в лицо бедолаге и сказал:
— Я его знаю. С третьего курса. Видать пьяный был. Не хотел мимо охраны на воротах пройти. Вот и пошел под землей.
— И пиво пронес планировал, — обратил я внимание на разбитый кувшин, горлышко которого мертвец все еще сжимал в руке.
— Лицо перепуганное, — на удивление спокойно сказала Гвена. — Смотрите, сначала его напугали, и он бежал. А потом упал и полз. И умер.
— Откуда ты знаешь? — с подозрением покосился на неё Сперат.
 
— Что он умер? Гадалка нагадала. Найдешь, говорит, мертвеца, в компании принца и дурака…— тут же отозвалась Гвена.
— Нет, я про то, что бежал, — Сперат мудро не стал уточнять, кто есть кто.
— По следам же видно. Вон, он сначала по воде бежал. Ну посмотри, видно же как грязь разлетается брызгами. А вон там уже полосами идет. Это когда он лежа ногами шоркал… — снизошла до объяснений Гвена.
Бежать по колее наверняка было дико не удобно. И что же его убило?
Одежда на спине припозднившегося студента была целой. Переворачивать я его не стал. Если бы и была рана на груди или в животе, то крови бы натекло.
— Это странно, — снова начал говорить Сперат, глуша голосом свой страх. — Зачем убили? Студент же, что с него взять. Нет, народу то тут полно шарится. Через эти тоннели полгорода к себе контрабанду носит, а то никаких сольдо на налоги у ворот не напасешься. Разборки случаются, но редко. Солнца же нет. И уж труп бы точно прибрали! Непонятное дело!
Я не особенно прислушивался, осторожно двигаясь вперед. Клинок в руке подрагивал от нетерпения. И, хотя я был весь охвачен азартом, ожидая все же застать убийц, часть меня сохраняла ледяное спокойствие. Не знаю, это из-за того, что я не родной в этом теле, или просто от природы такой.
Но в чем-то Сперат прав. Что за проблемы бывают в мире, в котором есть магия? В нем есть магия, и это главная проблема. Некая сила, которую трудно объяснить. Что-то вроде гравитации. Она есть везде и это значит, что все действия надо совершать с учетом этой силы.
Например, человеческие трупы тут обязательно сжигают, или выбрасывают в реку, или сдают на утилизацию специальным жрецам. Если просто убить человека и бросить, есть не маленький шанс, что мертвец встанет. Или еще что противоестественное случится.
Поле большой битвы, где было много жертв, а победители за собой вовремя не прибрали — в этом мире становится как маленький Чернобыль. Появляются странные звери, невидимая смерть, болезни и удивительные урожаи. Согласно общему мнению, Дикие земли в большинстве своем, разрослись на месте древних битв.
Солнечные лучи тут не только антибактериальное средство, но и антиколдовское. Оставить труп в тоннеле под городом, как подложить кусок радиоактивного материала под жилые районы. Свои же не поймут. И неизвестно, чем дело кончится.
Я продолжал идти вперед — возвращаться в Университет не хотелось. К тому же, кто бы не убил студента, он уже давно ушел…
— Еще один? — удивился Сперат. — Даже два?
Эти были такие же. Перекошенные лица, без ран и крови вокруг. Разве что, в отличии от первого, эти скрюченные, словно пытались закрыться от ударов, да так и умерли. У одного в руках был меч, но наметанным глазом Магн определил, что воспользоваться им бедолага не смог. Клинок чистый, да и держит неуклюже, как будто едва успел вытащить.
— Кто видит, где их проткнули? — с интересом склонилась над трупами Гвена. — Я не вижу. Кстати, а что они не погрызенные?
Сперат подсветил и после некоторого молчания, посвященного изучению одежды мертвецов, мы не нашли ни единой лишней дыры. Не брезгливая Гвена разжилась двумя тощими кошельками. Сперат промолчал, я и вовсе мысленно похвалил девчонку — хозяйственная.
— Верно говоришь. Очень странно, что крысы не добрались, если со вчерашнего дня лежат, — сказал Сперат, видимо, чтобы хоть что-то сказать. — Кстати, крыс я тут вообще что-то не вижу.
И вот тут у меня вдруг в мозгах как будто шестеренки провернулись и я понял, что тут произошло. Я тихо матюкнулся на русском и зашипел:
— Ко мне, все ко мне. Спиной друг у другу встали! — я оглянулся, чтобы проверить как выполняется моя команда. Команда выполнялась хорошо. Меч Хуго оказался у Гвены, что не очень хорошо, но держала девушка его уверенно. Как только остальные столпились рядом со мной, я продолжил: — Каждый смотрим в свою сторону. Ждем. Потом несколько шагов и снова ждем.