Снегурочка для миллиардера (СИ)

Я-то не против, но можно в этом не участвовать? Пусть выходит замуж. Хоть за Валерчика.
Цербер тем временем тяжело вздохнул и решил, что пришло время идти с козырей.
- Я говорил с ее отцом.
Я удивленно поднял на Цербера взгляд. Он выглядел весьма решительно, смотрел на меня так, словно только что сообщил о том, что смотался в шестнадцатый век и пообщался там с главным инквизитором на тему своего ведьминского происхождения.
- И что он?
- Сказал, что не против.
Я хмыкнул. Были у меня подозрения, что отец Алексы спал и видел, лишь бы только поскорее выставить ее замуж и снять со своей головы всю ответственность за дочку.
- И сказал, - продолжил Валера, - что было бы очень неплохо оправдать его надежды к марту. Потому что в марте приезжает какой-то там его друг из Англии, и если Алекса не выскочит замуж или не найдет жениха, то ее сосватают ему.
- Зачем?! – удивился я. – Она ж молодая девушка. Зачем вообще кого-то кому-то сосватывать?
- Глеб, - замогильным голосом промолвил Цербер, - я видел того друга из Англии. Клянусь тебе, я лучше! И Алекса не знает английский!
- В резюме, - отметил я, - был уровень С1.
- А на деле там и до несчастного «бэ» не дотягивает, - мотнул головой Цербер. – Я знаю. Я собеседование проводил! Глеб, я должен уговорить ее пойти на это свидание. Чтобы она поняла, что я не преследующее ее чудовище. Чтобы увидела во мне душу… Я заплачу за ужин!
- Ты считаешь, что для меня проблема заплатить за ужин?
- Исаев, твою мать! Ты можешь просто согласиться? Тебе что, так трудно?
Да, мне было трудно. Мы с Валерой не раз выручали друг друга в сложных ситуациях, но это никогда не касалось нашей личной жизни.
Ладно. Тот раз, когда Назар перепил в каком-то клубе, и его надо было сначала вытащить из полиции, а потом довезти до дома, не считается. Это было давно и это не та сторона личной жизни, о которой сейчас заводит Валера. Если б его брат влез в неприятности, я б помог…
- Исаев, - подался вперед Валера, - мне ничего не стоит набрать твоего брата и попросить его сыграть твою роль…
- Он не согласится, - не очень-то решительно заявил я.
Если Назар поймет, что я не хотел в этом участвовать, он побежит аж вприпрыжку.
- И у тебя нет гарантий, что Алекса не уедет с ним, - припечатал я.
- Я найду гарантии, - пообещал Цербер. – Твой брат не ты. Он мне не друг. Я найду на что надавить.
- Господи, ты правда Цербер, - закатил глаза я. – Ладно. Спрошу Катю, согласна ли она помочь тебе таким образом. Если согласна, то поедем. Но! Это разовая акция. Договорились?
- Договорились! – воскликнул радостно Валерий. – Мне хватит даже нескольких часов, чтобы показать ей, что я хороший человек!
- Покажи ей фотку английского друга, - вздохнул я. – А потом уже про человеческую хорошесть. И не забудь уточнить, что ты готов на ней жениться и обеспечить белое платье от Веры Вонг.
- А? – дернулся Валера.
- И да, - вздохнул я, - погугли, кто это такая.
  
23
 
- Скажи мне, что ты пошутил.
Я вжалась в спинку автомобильного кресла и крепко зажмурилась. Потом спешно распахнула глаза, вспомнив, что от того макияжа, что был у меня, могло не остаться ни единого следа, если я и дальше продолжу в том же духе и буду закрывать от ужаса глаза.
Автомобиль стоял у роскошного ресторана, один ужин в котором стоил, как моя зарплата на старой фирме. Но пугала сейчас даже не цена. Просто только что я заметила Цербера и Алексу, вошедших в ресторан, и поняла, что слова Глеба относительно парного свидания с ними были куда более правдивы, чем мне казалось.
- Ты же сама согласилась, - вздохнул Исаев, отстегивая ремень безопасности, и повернулся ко мне. – Сказала, что не против помочь Валере.
- Ну не с Алексой же! Она в приемной меня могла бы – испепелила взглядом! – воскликнула я. – Разве ты не видишь? Вчера Инесса приезжала, так твоя секретарь, пока с нею говорила, едва вся ядом не изошла!
Глеб вздохнул. Да, вчера он вроде бы прямо не назвал имени той, с кем Цербер собирался на свидание, но я, если честно, могла бы и спросить. Или самостоятельно догадаться. Ну и что уж греза таить, кандидатура Алексы казалась максимально логичной. Я ж видела, как ухлестывал за нею Валерий, могла догадаться, что он позовет на свидание именно эту девушку, а не кого-нибудь другого.
 
- Если ты хочешь, - промолвил Глеб, - то мы, разумеется, можем отказаться и не пойти. Вернемся домой, да и все.
Я поежилась. Соблазн согласиться был велик. Конечно же, мне очень хотелось уехать прочь отсюда и не общаться ни с заместителем Исаева, ни тем более с его секретаршей. Как минимум потому, что Валерия я почти не знала, а Алекса была мне неприятна.
Ну, а еще потому, что я жутко боялась разоблачения. Мне казалось, что нескольких точных вопросов о Глебе будет предостаточно, чтобы выдать: я ему никакая не невеста. Мы с ним много разговаривали, когда оставались наедине, но все равно не могли знать друг о друге всего того, что положено возлюбленным. Я нисколечко не сомневалась, что те мелочи, которые он невольно открывал мне, были только вершиной айсберга.
В конце концов, единственное, что о нас правда – это то, что мы вместе работаем. Ах да! Еще то, что я, кажется, окончательно потеряла голову от него.
Впрочем, не настолько, чтобы забыть о наследстве. Слова Ираиды Генриховны и Назара буквально врезались в сознание, и каждый раз, когда Глеб говорил мне что-то, каждый раз, когда целовал, я вспоминала об этом небольшом факторе, который, очевидно, засел в моем мозгу, будто заноза.
Можно ли доверять мужчине, который, возможно, руководствуется исключительно корыстными побуждениями?
Но у меня не было ни единого подтверждения этому. Опровержения тоже не было. Я просто знала, что такое возможно, но не могла ничего утверждать.
- Ты ж обещал Валерию, что пойдешь, - улыбнулась я, поняв, что пауза затянулась, и Глеб слишком обеспокоенно всматривается в мое лицо. – Но ты уверен, что мы не сделаем только хуже? Что я не ляпну чего-нибудь лишнего, например?
- Ну что ты можешь сказать лишнего? – усмехнулся Глеб.
- Ну, не знаю. Например, скажу о тебе что-то и ошибусь. Мы ведь… - я хотела сказать, что практически незнакомы, но что-то заставило выдохнуть совершенно иную фразу. – Не так давно вместе.
- Но за этот короткий срок успели сблизиться гораздо сильнее, чем иным удается за несколько лет, - пожал плечами Глеб. – Так что все будет хорошо. Не бойся. Я б и сам сюда не пошел, но Цербер был готов вынести мне мозг.
- Верю, - хмыкнула я.
- Так что не переживай. Все пройдет замечательно, - в очередной раз пообещал Глеб.
Он наклонился ко мне, запечатлевая быстрый поцелуй на щеке. Я повернула голову, собираясь что-то сказать, но не успела. Мы соприкоснулись губами, казалось, сами того не ожидая, но, вместо того, чтобы отстраниться друг от друга, наоборот, одновременно подались вперед. Поцелуй получился быстрым, но страстным, без единого намека на целомудрие.
- Помаду размажешь, - прошептала я, когда наконец-то смогла отстраниться от Глеба. – И сам тоже испачкаешься.
- Плевать, - покачал головой Исаев. – Что я, не могу поцеловать любимую девушку?
Я вздрогнула. Интересно, он сейчас говорил обо мне или уже вживался в образ счастливого жениха, которому предстоит парное свидание?
- Можешь, но не так, чтобы съесть всю ее помаду, - нерешительно ответила я.
Глеб все же отстранился. Ему пришлось все же стирать розовый след со щеки влажной салфеткой, а вот мой макияж казался относительно невредимым. Я улыбнулась крохотному отражению в зеркале, пытаясь примерить на себя хорошее настроение, как маску, и впервые за все время, что ездила с Глебом, толкнула дверь автомобиля, не дожидаясь его помощи.
 
Эта самостоятельность стоила мне удивленного взгляда и полного недоумения хмыканья со стороны мужчины, но он не стал заострять на этом внимания. Просто подставил мне локоть, предлагая опереться о него, и уверенно повел ко входу в ресторан.