Снегурочка для миллиардера (СИ)
- Не думал, - усмехнулся вдруг Глеб, - что однажды повстречаю девушку, которую самолично захочу водить по магазинам, а она внезапно окажется против.
Я смущенно отвела взгляд, чувствуя себя одновременно идиоткой и очень мудрой, и закусила губу. Глеб же протянул руку, скользнув пальцами по моим растрепанным волосам и поинтересовался:
- Но я же смогу сделать тебе новогодний подарок?
- Я…
- Ты сотрудник моей фирмы, - отметил Исаев. – А у нас принято дарить подарки.
Я стремительно покраснела. Если б где-то здесь был костюм Деда Мороза, то я наверняка могла бы посоревноваться с ним по оттенку алого. Но, к счастью для меня, сравнительный анализ оказалось проводить не с чем, а Глеб вроде как не особо акцентировал на таких мелочах внимание.
- Хорошо. Но только как сотруднику, - прошептала я. – Не более того. Ладно?
- Я подумаю над этим, - подмигнул мне Глеб, ничего, впрочем, не обещая. – Так что? Доедаем, и пошли наряжать елку?
Не зная, куда деть глаза, я действительно предпочла сконцентрировать внимание на еде. Надо отметить, вопреки тому, что готовил ее явно не лучший человек на свете, пища оказалась невероятно вкусной. Я никогда не пробовала настолько мягкого и одновременно сочного, наполненного вкусами мяса. Что ж до пирога, то он буквально таял во рту!
Еда помогла немного преодолеть роившиеся в голове сомнения. Я расслабилась, выбросила из головы всякую ерунду, которую успела напридумывать за прошедшие полчаса, и даже не вспоминала о тех странных словах Назара. Мало ли, зачем ему понадобилось в чем-то обвинять Глеба. Они вроде бы в отвратительных отношениях…
- Ну что, - выдернул меня из размышлений Глеб, - пойдем наряжать елку?
Я покосилась на тарелки.
- Наверное, посуду помыть надо… Я могу!
Исаев взглянул на меня, как на полоумную, а потом осторожно поинтересовался:
- А ты так не доверяешь посудомоечной машине?
Я заморгала.
- У тебя есть посудомоечная машина?!
- А ты считаешь, - хмыкнул он, - что миллиардеры любят мыть тарелки и обычно занимаются этим в свободное от работы время? Конечно, она у меня есть. Вон, - он кивнул на рабочую поверхность, - стоит.
- Знаешь, у меня среди знакомых довольно мало миллиардеров, чтобы я могла изучить их привычки и быт. А у нас дома посуда – это камень преткновения. Родители терпеть не могут ее мыть, обычно ругаются, сваливая друг на друга, пока я не приду и не вмешаюсь.
- И не выберешь того, кто будет делать это грязное дело?
- Наоборот, чистое. И обычно мое вмешательство означает самой помыть посуду, а потом подергать маму и папу за рукав и сказать, что они ссорятся из-за того, чего уже нет, - я вздохнула.
Отношения с родителями у меня были на самом деле хорошими, просто не без недостатков. Так можно подумать, будто я живу с настоящими тиранами, но нет. Обычно мама и папа проявляли адекватность, за редким исключением. Просто в последнее время эти исключения самую малость участились… Или я стала больше акцентировать на них внимание?
Я умудрилась провалиться в свои мысли настолько глубоко, что когда Глеб потрогал меня за плечо, выводя из временного транса, посудомоечная машина уже гудела, готовясь к помывке тех нескольких тарелок, оставшихся после нас.
- Ты – идеальный мужчина, - не удержавшись, заявила я. – Удивительно, что ты до сих пор не женат. Каждая бы о таком мечтала!
Глеб закатил глаза.
- Так а кто тебе сказал, что каждая не мечтает?
- Но ты же до сих пор один, - со вздохом протянула я.
- Идеальному мужчине нужна идеальная женщина, - подмигнул мне Глеб. – Ее не так-то просто найти. Но возможно. Уверен, моя – совсем рядом, - он так выразительно посмотрел на меня, что пришлось мысленно три раза назвать себя полной идиоткой, дабы не принять эти слова на свой счет.
Глеб же, окончательно развеселившись, потянул меня за собой обратно в зал.
- Давай, Снегурочка, - поторопил он, подталкивая в спину, - у нас целая елка не наряжена. Не самому же мне заниматься всеми этими игрушками, правда?
- А почему не самому?
- Вынужден признаться… - он выдержал короткую паузу, - я не идеальный мужчина. У меня совершенно отсутствует вкус в елках. Я никогда не знаю, как правильно повесить мишуру, во сколько колец обернуть бусы, куда цеплять какую игрушку. Так что мне нужен хороший руководитель.
- Я – плохой руководитель.
- Отнюдь! – возразил Глеб. – Заодно пройдешь тест на лидерские качества. Для аналитика в такой большой фирме, как моя, это просто обязательно.
- И как именно мне предлагается проходить тест?
- Будешь говорить мне, что куда вешать, - распорядился Глеб. – Я полностью в твоем подчинении. Так что, - он подтянул поближе первую коробку с мишурой и игрушками, - приказывайте, моя госпожа.
Я рассмеялась – все же, в первую очередь его слова были шуткой, - а потом почувствовала, что краснею от внезапно накатившего на меня смущения. Черт! Если я так и продолжу превращаться в вареного рака от каждого сказанного Глебом слова, то скоро доведу себя до инфаркта. Спокойнее надо быть! Вот только рядом с ним почему-то спокойнее не получалось. Каждый случайный взгляд, каждая улыбка, каждое случайное соприкосновение пальцев, обжигающее током – все это было некой интеллигентной провокацией, на которую я велась, как последняя дура.
Влюбленная дура.
Впрочем, почему «как»? Я, кажется, действительно по уши влюбилась. Может, потому и тянуло улыбаться в ответ даже на какие-то обыкновенные фразы и хотелось замереть в его объятиях, когда он случайно прикасался ко мне…
- А как ты привыкла встречать Новый год? – поинтересовался Глеб, цепляя очередную новогоднюю игрушку там, куда я не доставала.
Ель была настолько высокой, что определенную часть ее приходилось украшать, забираясь на стремянку, тоже каким-то чудесным образом оказавшуюся под рукой.
- Дома обычно, с родителями, - пожала плечами я. – Для меня это семейный праздник. Не представляю себе, как встречать Новый год, сидя в ресторане.
- Так может, - предложил Глеб, - и мы останемся дома? Я просто попрошу, чтобы заказ доставили на дом…
- Хорошо, - пожала плечами я. – Но тебе не скучно будет встречать Новый год со мной вдвоем? Здесь, вдали от людей?
- Я пригласил тебя сюда не для того, чтобы искать компанию других людей, - пожал плечами Глеб. – И вообще…
Он хотел что-то сказать, но не успел. В дверь позвонили, и я, вздрогнув, едва не бросилась открывать.
- Ждешь гостей? – поинтересовалась у Глеба почти по-хозяйски.
- Нет, - усмехнулся он. – Жду доставку.
- Разве новогодний ужин должен приехать так рано?
- А это не новогодний ужин, - подмигнул мне Исаев. – Ты не отвлекайся, - он весело улыбнулся. – У нас кроме елки еще половина неукрашенного дома!
Краем уха я слышала, как Глеб открывал дверь и с кем-то говорил. Наверное, с курьером, но в любом случае, подслушивать было бы крайне некультурно. Мало ли чем он на самом деле занят. Я велела себе не развешивать уши и не вслушиваться в чужие разговоры, а заняться делом. Действительно, кроме елки еще надо было украсить практически полдома, а мы ко многому еще даже не приступали.
Роскошные игрушки, многие из них - наверняка ручной работы, вызывали у меня самый настоящий восторг. Я взяла в руки еще один шар, такой красивый, что просто глаз не отвести, и отступила на несколько шагов от елки, чтобы определить идеальное место для него.
Что ж, место нашлось практически с первого взгляда. Достаточно высоко, настолько, чтобы я не дотянулась руками, был весьма заметный пустой клочок. Каким образом я умудрилась его проворонить, понятия не имела, но сейчас смотрела с подозрением и задавалась вопросом, как же туда вцепить этот шар. Конечно, можно было дождаться Глеба…
Но я ж не ребенок, сама могу!
Придвинув стремянку к нужному месту и наплевав на то, что она слегка пошатывалась – наверняка оттого, что неуклюжая я что-то сдвинула или даже повредила, - я полезла наверх. Шар крепко держала в руках, чтобы он случайно не выскользнул из моих пальцев и не разбился.