Оружейных дел мастер (СИ)
Мимо просвистел целый рой пуль, но, казалось, богиня собственной сотканной из ветра шалью заслонила их обоих.
Драконы продолжали отступать, те, которые еще могли это сделать. Кэлхар насчитал шесть двигающихся: остальные стояли без движения, большинство горело. Отползающие горели тоже — но, должно быть, от горючей смеси, толстый панцирь защитил от огня внутренности драконов. Нечестивые машины пытались отбиваться от наседающей конницы, источая пар и маневрируя, но толку было мало. Прямо на глазах рыцаря какой-то ловкий малый из легкой кавалерии подобрался к дракону сбоку и метко забросил две бутылки ему на спину. Огненный ручей попал куда надо, потому что чудовище остановилось и прекратило свистеть паром, изнутри, визжа, выскочил гоблин в горящей одежде, спрыгнул с охваченного пламенем дракона и незамедлительно был затоптан конями.
Рыцари без помех отошли тем же способом — мимо драконов. В этот момент раздался особый сигнал, и конница бросилась наутек, когда несколько кавалеристов сбросили под железных чудовищ бочонки с веселыми огоньками и тоже во весь опор помчались к своим.
Мощные взрывы уничтожили еще одну махину, но последние четыре все же отползли к наступающим волнам орков и гоблинов. Кажется, пехоте предстоит очередная жаркая схватка, однако важней всего то, что из драконьей стаи уцелело лишь четыре машины. Цена была высока — не меньше ста рыцарей полегли, оттесняя силы прикрытия, да еще вдвое больше легких кавалеристов погибло во время атаки на драконов — но враг понес несоизмеримо большие потери, не только и не столько в живой силе, сколько в своих колдовских машинах. Как только рыцарь это подумал, один из четырех оставшихся драконов взорвался. Колдун, видимо, времени тоже зря не теряет.
Кэлхар, оказавшись среди своих, ссадил спасенного товарища, и тут внезапно по войску прокатилась волна тревоги, следом пришел, поддержанный множеством глоток, отчаянный крик:
— Драконы! Драконы наступают через болото к нам в тыл!!
Рыцаря это застало врасплох.
— Ради небес, как?!! Они же не могли пройти через болото!!
— Плевать, как они прошли! — гаркнул в ответ барон Дэйнс. — Наше дело остановить их и там тоже! За мной!
Рыцари, на ходу перестраиваясь, устремились к позициям у болота. Если драконы доберутся до войска — конец, потому что правый фланг ничего не сможет им противопоставить и разбежится, и тогда драконам, а вместе с ним и вражеским полчищам прямая дорога к онаграм, королю и тылу войска.
Враг, к счастью, еще не успел форсировать болотистую местность, но восемь драконов уже подбирались к твердой земле. Кэлхар с первого взгляда оценил находчивость и коварство гоблинов: боевые машины, натужно пыхтя, ползли по вязкому грунту благодаря помощи орков, толкающих сзади. Десяток громадных орков — силища непомерная.
— Сволочи нарочно отдали нам одного дракона на убой, чтобы мы поверили, будто болото непроходимо для них, — сказал кто-то рядом, когда Кэлхар уже раскрыл рот, чтобы сказать то же самое.
Ситуация усугублялась тем, что позади драконов — многие сотни, а то и тысяча бронированных орков-карликов, и с ними сотни гоблинов с аркебузами, в то время как позиция прикрыта всего лишь десятком скорпионов да несколькими сотнями не самой отборной пехоты, уже порядком перетрусившей, и рядом — ни одного онагра.
— Ну вот и наш черед головы за Арлансию сложить настал, — сказал барон Дэйнс, приказал отправить гонца к командованию, привстал в стременах и взмахнул мечом: — за мной, рыцари! Бомбоносцы — замыкающие! Умрем так, чтобы барды еще тысячу лет песни слагали! В атаку!!
Это была безумная атака, безоглядная и бескомпромиссная. Барон Дэйнс погиб вместе со всеми рыцарями, идущими в голове колонны, однако произведенного ими хаоса оказалось достаточно, чтобы последующие кавалеристы достигли отрядов прикрытия и сцепились с ними в жестокой рубке. Вязнущие по колено в болоте орки утратили свой обычный напор, спотыкались, падали, в то время как кони-тяжеловозы несли своих всадников почти так же легко, как и по твердой земле. Вражеская пехота здесь была застигнута врасплох неожиданной атакой точно так же, как и чуть ранее — на правом фланге. Убогим карликам не понять, как можно не ценить свою шкуру, им не дано ни самим пойти в самоубийственную атаку, ни оказать достойного сопротивления тем, кто способен отдать свою жизнь ради высшей, благороднейшей цели. И вот они, как обычно, бросаются наутек, оставляя орков на убой. Проиграть таким, как они? Да ни за что!
Кэлхар метнул гранату в кучку орков, толкающих переднего дракона, и поскакал дальше, доставая из седельной сумки новую и отыскивая, куда бы ее закинуть. Другие рыцари поступили тем же образом, орки-толкачи стали первоочередными целями. Следом прошла легкая кавалерия, забрасывая остановившихся драконов бутылками с огненной смесью.
Сбоку хлестнул ружейный залп, и рыцарь внезапно обнаружил, что болото стремительно приближается к нему. Растянувшись в болоте и заскрежетав от боли зубами, но не выпустив из рук щит с привязанным к внутренней стороне фитилем и гранату, он понял, что конь убит. Сбоку, чуть поодаль и позади одного из драконов — небольшой отряд не убежавших стрелков. Ладно же!
Кэлхар, утопая в грязи где по щиколотку, а где и по колено, спотыкаясь о трупы и увертываясь от несущихся мимо кавалеристов, побежал к ним. Гоблины поспешно перезаряжали свое оружие, несколько орков-карликов прикрывали их щитами от стрел и бутылок с горящей смесью. Рыцарь, изнемогая под весом доспеха, приближался так быстро, как мог, но двести шагов по болоту и в броне — очень много. Второй залп — не в него. Еще несколько рыцарей упали с лошадей или вместе с лошадями. Проклятье!
— Эй, уроды! — завопил Кэлхар, потрясая гранатой, — глядите-ка, что я вам несу!!
Поняли они его или нет, но трюк удался: один из гоблинов указал пальцем остальным. Одинокий выстрел — мимо! Враги заряжают свои аркебузы, но и Кэлхар все ближе и ближе! Вот черные, бездонные стволы смотрят на него, рыцарь приседает, прячась за щитом, и продолжает движение на полусогнутых. Пули с силой стучат о щит, но не пробивают, одна попадает в наголенник и тоже отскакивает.
Кэлхар успел подбежать на тридцать шагов до того, как враги снова изготовились к стрельбе. Главный гоблин послал на него четверых орков, но рыцарь не собирался менять свою гранату на них. Серые мрази бросились врассыпную, когда черный кругляш шлепнулся у их ног, но поздно! Взрыв поднял в воздух столб черной грязи и белого дыма, а вместе с ним и чью-то оторванную руку, большинство гоблинов осталось лежать в болоте молча, пара или тройка, вопя, все еще пытались удрать — но дело сделано. Они больше не стреляют.
Орки совсем рядом. Секиру Кэлхар потерял, но меч из ножен никуда не делся. У
человека шансов против четырех орков никаких, но он не может умереть, не забрав с собой хотя бы одного!
С яростным криком рыцарь, удивив тупых уродов, атаковал первым, поднырнул под замах ближайшего и вонзил клинок ему в бок, там, где панциря нет. Булаву другого он еще успел отбить щитом — благо орки карликовые, полноразмерный просто снес бы
Кэлхара вместе со щитом, доспехами и конем — а затем спасение пришло в самый последний момент. Какой-то незнакомый рыцарь пронесся мимо, сбив лошадью одного орка и разбив булавой голову второго. Кэлхар каким-то чудом уклонился от двух атак последнего орка, умудрился атаковать в ответ, но неудачно, и тут в голову образине прилетела бутылка. Орк, обхваченный огнем, взвыл и принялся в панике вертеться на месте, размахивая руками и позабыв обо всем остальном, а Кэлхар, не теряя времени, рубанул его по шее.
Мощный взрыв за спиной — это кто-то подложил бочонок с колдовским порошком под обездвиженного дракона. Кэлхар, воспользовавшись тем, что врагов поблизости больше не было, сумел поймать лошадь, потерявшую всадника, и забрался в седло. Бой еще далек до завершения!
Оказавшись снова верхом, рыцарь оглянулся вокруг. Ситуация плачевная, потери огромны, врагов не счесть — и еще шесть драконов двигаются или пытаются двигаться.