В постели с ведьмой

Я никогда не была такой ловкой, поэтому бросаю ей пакет с вещами, а сама цепляюсь за ветку и осторожно сползаю вслед за ней. Когда мы оказываемся на берегу, Рита достаёт бутылку с компотом, делает глоток и передаёт её. Пока я смачиваю горло, она вытаскивает огромное полотенце, стелет его возле повалянного дерева и подходит к воде.
– Не хочу показаться бестактной, – неожиданно говорит она, – но, если бы не тот случай, когда Лёша рассек тебе бровь, он продолжил бы бросать камни. Это дико выводило из себя. Каждый день он прибегал и бросал камни! Черт возьми, однажды я хотела взять отцовское ружьё и пальнуть в гаденыша солью!
Я смеюсь во весь голос:
– Какая же ты злая, Рита.
Она шмыгает носом и улыбается, попутно расстёгивая маленькие пуговки платья. Я тоже не стою на месте, но понимаю, что не могу переодеться при ней. Нижнего белья то нет!
Беру купальник и собираюсь отойти в сторону, как она скидывает платье и нагишом забегает в воду. Провожаю её взглядом, уставившись на маленькую родинку в области правой ягодицы, глотаю и не могу пошевелиться. Она ныряет, уходит глубоко под воду, а через несколько мгновений выныривает.
– Кого-то ждёшь? Или тебе требуется персональное приглашение? – спрашивает она, засмеявшись заразительным смехом. – Аня, долго ты будешь стоять на берегу? Идём!
– Твою мать... – бубню себе под нос. Я бросаю купальник рядом с пакетами, оглядываюсь по сторонам и, сняв огромные калоши, на пять размеров больше моей ноги, выскакиваю из платья и бегу в воду, в чем мать родила. Проще говоря, я плюю на последствия, потому что рядом с Ритой мне хочется быть самой собой. А что может быть лучше, чем купание нагишом?
Я захожу в реку, ступая по мягкому песку, который просачивается между пальцев, оказываюсь по пояс в тёплой воде и окунаюсь с головой. Рита наблюдает за мной и продолжает смеяться. Я улыбаюсь в ответ, вот только не спешу заходить ещё глубже.
– Ты чего? – спрашивает она.
– Я не умею плавать, – признаюсь я, зайдя чуть глубже, чтобы груди тоже оказались под водой. До Риты мне ещё далеко, и я не хочу, чтобы кто-нибудь увидел, как я купаюсь без купальника.
Она вновь ныряет. На секунду я теряю её из вида, однако очень скоро замечаю, как она проплывает мимо меня и выныривает перед лицом.
– Ты серьёзно? – загладив мокрые волосы на затылок, спрашивает она.
– Да.
– Прости, если я лезу не в своё дело, но разве мама не учила тебя плавать? – интересуется она с обеспокоенным видом.
– Ты знаешь?
– В деревне сложно утаить секреты, Аня. И да, я знаю, что твоя мама умерла от рака. Прими мои соболезнования.
– Все нормально, – говорю я, сполоснув лицо в тёплой воде. – По правде говоря, мама тоже не умела плавать. Мы жили в Москве, а там нет речки, которая была бы в шаговой доступности. К тому же мои родители часто пропадали на работе.
– Не представляю, как ты жила в таких условиях.
– Ну, я ходила в школу и все свободное время проводила с подругами.
– Если хочешь, могу научить, – внезапно предложила Рита.
– Не надо. Мне и так хорошо.
– Как знаешь. – Она ныряет под воду и всплывает в нескольких шагах от меня. – Не возражаешь, если я задам личный вопрос?
– Задавай.
– Откуда у тебя возник интерес к женщинам?
У меня вспыхивает лицо, и я спешу освежить его. Рита смотрит на меня и расплывается в злой усмешке.
– Значит, я была права.
– О чем ты говоришь? – уточняю я, делая вид, словно мне в глаз что-то попало.
– Аня, можешь не притворяться.
– Я не понимаю...
– Разве? – Рита начинает сокращать дистанцию, не спеша подбирается ко мне и, оказавшись в нескольких сантиметрах, касается моего лица. – Ты не умеешь врать. Ещё месяц назад мне показалось странным, что ты разглядывала мои сиськи. Пока все остальные держатся от меня на расстоянии, ты ищешь повод, чтобы поехать в село. Я ведь не дура. Кто станет портить себе жизнь постоянными встречами с той, кого ненавидит вся деревня? Только та, кому я не безразлична. Я права?
– Ты ошибаешься, – холодно отвечаю я. Мое сердце бьется в ритме румбы, а лицо плавится от стыда. Я чувствую странное покалывание на кончиках пальцев и неожиданно возникший жар внизу живота. Эмоции рвут меня на куски. Я не контролирую себя. При всём этом я стараюсь отвести подозрения, потому что не хочу потерять её. Уж лучше мы останемся друзьями, чем я проведу лето без такой классной подруги.
 
– Я понимаю, – спокойно кивает она, заговорив вполголоса. – Не каждый день узнаешь, что твой секрет был раскрыт. Не бойся, Аня, я не собираюсь разоблачать тебя. Если ты не заметила, у меня здесь нет друзей. Ты можешь мне довериться. Обещаю, никто и никогда не узнает, о чем мы говорили.
– Не знаю, что ты напридумывала, но я никогда не была лесбиянкой! – повысив голос, я делаю вид, что обижаюсь на неё. Чтобы закрепить свои слова делом, я оборачиваюсь к ней спиной и иду в сторону берега.
Не успеваю выйти из воды, потому что Рита хватает меня за руку и тянет за собой. Мы оказываемся в месте, где я не дотягиваюсь до дна. Меня сразу же накрывает приступ паники. Я начинаю махать руками и ногами, вырываюсь изо всех сил и стремлюсь вырваться, но не могу ничего сделать. Брызги летят в разные стороны, а с моих губ вырываются непристойные слова.
– Тише, не надо привлекать к себе ненужного внимания, – шепчет она, удерживая меня в своих объятиях.
Я понимаю, что нахожусь под властью этой женщины. Если она решит отпустить меня, я точно утону. Мы отдаляемся от берега, и я схожу с ума.
– Не надо бояться, – говорит она заботливо. – Обними меня.
Висну у неё на шее, а заодно обхватываю ногами. Она хлопает меня по бёдрам, намекая, чтобы я тоже плыла. И я ослабляю хватку. Течение реки уносит нас далеко вперёд, где уже не видно наших вещей. Но в один момент мы оказываемся там, где нет никакого течения. Вода здесь спокойная, как на озере.
– Ты должна расслабиться и получать удовольствие от процесса, – говорит она, убирая мои руки. – Я не отпущу тебя. Слышишь? Но и ты должна поработать руками. Я буду придерживать, а ты начинай грести в сторону наших вещей. И не бойся, ты не утонешь. Я не позволю.
– Хорошо...
– Готова?
– Да.
Ложусь на живот и чувствую её руки на талии. Она плывёт и держит меня, не позволяя мне утонуть. Я начинаю махать руками и грести, что есть сил, но течение уносит меня назад. Очень скоро я выдыхаюсь, смотрю на Риту и закатываю глаза. Она молчит, поэтому я снова предпринимаю попытку и пытаюсь побороть эту маленькую речку. К сожалению, как бы я не пытаюсь преодолеть себя, у меня ничего не выходит. И я сдаюсь.
– Больше не могу, – облизнув пересохшие губы, говорю я. Смотрю на неё и вижу, как она улыбается. – Ты смеёшься над моей неудачей?
– Да нет. Я не смеюсь, – отвечает она, и, отпустив меня, плывёт в сторону берега.
Я смотрю ей вслед и ловлю себя на мысли, что мои ноги все ещё не касаются дна. Однако я не тону, а чувствую себя превосходно. В какой-то мере это удивительно. Я немного теряюсь, но собираюсь с мыслями и начинаю махать руками. У меня выходит догнать Риту, и я оказываюсь на мелководье.
– Ни хера себе... – говорю я, выбираясь из воды. – Я что, научилась плавать?
– Ты ругаешься как мужик, – смеётся Рита, стряхивая волосы.
– За это нужно благодарить бабушку. За все время, что я провела в деревне, мой словарный запас увеличился, – говорю я ей, смеясь. – Ты ведь знаешь, какой она бывает вспыльчивой.
Рита утвердительно кивает и берет из пакета запасное полотенце. На улице сегодня очень жарко, но стоит мне освежиться, как кожа становится похожа ту, какая бывает у ощипанной курицы, по спине бегут мурашки, а темные волосики на руках встают дыбом. Я начинаю замерзать.
– Может быть, пройдем вперед? – предлагает Рита, замечая, как я зябну от дуновения теплого ветра. – Там нет деревьев и можно немного позагорать.
Стуча зубами, я киваю в ответ, хватаю с земли свои пожитки и следую за ней. Мы идем по берегу, к тому месту, где я, кажется, научилась плавать, отходим немного подальше и поднимаемся на пригорок, где растет сочная зеленая трава. В этом месте спуск не такой крутой, поэтому Рита раскладывает полотенце прямо на склоне и садится. Я сажусь рядом с ней, укутываюсь теплым полотенцем и выдыхаю. Лучи палящего солнца сушат мои испачканные ноги и волосы, махровая ткань быстро становится горячей, а капли воды уже больше не стекают по шее.