Клан Тора.Тетралогия (СИ)
Синигами с наслаждением закрыл глаза, вдохнув аромат напитка. Господи, что это за клоунада? Если бы я не знал, кто передо мной, то принял бы это за выкрутасы эксцентричного – читай гребнутого на всю репу – богача. Но боги ничего не делают просто так.
– Это одна из маленьких радостей обладания аватаром – чувствовать его чувствами, получать удовольствие от кучи сложных биохимических реакций этого пусть несовершенного, но столь чувственного тела, – Синигами сделал глоток виски. Я тоже пригубил свой. Хм, а он знает толк в косорыловке, действительно отменный виски.
– Вы зачем‑то хотели меня видеть? – спросил я. – Не только же угостить замечательным виски и пропеть оду биологическому существованию?
– Нет, конечно. Но ваша привычка брать быка за рога не всегда похвальна, – пожурил меня он. – Мне нужна услуга. Как вам скажет – или, скорее всего уже сказал ваш небесный куратор – мы с ним не враги, скорее, коллеги.
– Примерно так он и сказал, – не стал скрывать я.
– Вы отмечены его знаком, и это не просто так.
– Каким знаком?
– Ах да, вы же не в курсе, и поэтому не можете видеть наши метки. Да ладно, расслабьтесь. Мне нужно, чтобы вы уничтожили один клан, который перешел мне дорогу. Кикути‑кай.
Я чуть не рассмеялся. Даже чуть прослезился.
– Что такое? – недоуменно спросил Синигами.
– Вы, бог смерти, имеющий под началом жнецов – и просите меня сделать это? Да один щелчок пальцами – и все ваши враги из смертных мертвы. Боги всемогущи.
– С одной стороны – да. Но существуют и правила игры. Представьте себе – вот сидят двое и играют в шахматы. По правилам, чинно и размеренно. Вдруг один протягивает руку, и начинает ломать головки фигурам. Как отреагирует на это другой? Аналогия, конечно, убогая – но в то же время примерно передающая смысл.
– Ну тут возможны варианты. Фигуры летят с доски, и она оказывается надетой на уши одного из игроков.
– Ну примерно так, – согласился Синигами. – Разные уровни, разные методы их решения. Мы стараемся не вмешиваться в людские разборки. И да, мои жнецы могут разобраться за полчаса со всей этой молодой и наглой оравой и отправить их прямиком в дзигоку. Но у меня должны быть чистые руки и я вроде как ни при чем.
– И надо перевести стрелки на других? – спросил я.
– Почему бы и нет? – подмигнул мне Синигами. – Мне понравилось, как вы разобрались с бандой байкеров. Весело, задорно и с выдумкой.
– Удивлен, что вы не в претензии.
– В претензии? Я? Да помилуйте, – рассмеялся бог. – Наоборот, я рад, что вы не потеряли хватку и умения. И вообще, подставил этих крыс вам я, это была проверка.
– Я должен разозлиться на вас?
– На богов не злятся! – наставительно воздел палец Синигами. – И еще – богам не отказывают. Ну так как?
– Сами же сказали, – вздохнул я.
– Ну тогда займемся материалами…
Глава 12
Выехав за город, Ронин через пару километров разглядел свой фургон на обочине, притормозил, поставил байк на подножку и, осмотрев робокар, произнес:
– Господин инспектор, полезайте за руль, включайте автопилот и езжайте с комфортом, а я байк отгоню до дома.
Такэда уже порядком устал от мотоциклетной езды и не стал противиться, забрался в кабину на место водителя и направил машину к дому Ронина. Тот поехал следом на электробайке.
Дома Ронин закинул в кухонный комплекс пару упаковок с ужином быстрого приготовления.
– Не надо морщиться, – произнес он, покосившись на Такэду. – Времени на стряпню нет, за один раз гастрит не начнется. После еды вам спать, в приказном порядке. Я понятия не имею, когда к нам могут пожаловать разгневанные якудза, а мне надо еще сделать парочку приготовлений.
– Они могли потерять наш след, – прикинул Такэда.
– Это худший сценарий. Если они потеряли наш след, то нам придется самим за ними гоняться, а это хлопотно и опасно. Я предпочту встретить их на своей территории, и развеять, подобно ветру богов.
– Ладно. – Такэда взял палочки, быстро проглотил почти безвкусный ужин, принял душ и улегся спать.
Ронин же бросил остатки трапезы в утилизатор и перебрался в додзё, где одна из стен была достаточно густо заставлена стеллажами с традиционным японским оружием, мечами, алебардами, кинжалами и доспехами. Коснувшись одного из кинжалов, Ронин активировал сенсор, запускавший механизм отпирания тайника, и хлипкая на вид бамбуковая перегородка уползла в сторону, на поверку оказавшись сейфовой дверью из легированной стали. Вниз вела довольно широкая лестница, намекавшая своим размером на то, что иногда через проем приходилось вытаскивать достаточно габаритные вещи.
В подвале располагался склад, и вмещал он не катаны с кожаными доспехами, а самое современное вооружение – винтовки, пулеметы, в основном под безгильзовый боеприпас, портативные лазерные антиснайперские комплексы, системы радиоэлектронного противодействия дронам, выполненные в виде ружей с прикладом, автоматические противопехотные гранатометы, несколько фугасных огнеметов, два небольших станковых реактивных миномета по тридцать направляющих в каждом, более десятка различных снайперских винтовок, включая монструохоудозные устройства под калибр.50, с мощными дульными тормозами и амортизаторами на прикладах, и даже оружие для ведения подводного боя. У противоположной стены царили различные беспилотные системы – летающие дроны, разведывательные и ударные, портативные беспилотные танки на гусеничном ходу, вооруженные управляемыми ракетами и скорострельными авиационными пушками, подводные аппараты для противокорабельных диверсий, четыре шагающих меха, обвешанные пулеметами, ракетометами и хрензнаетчтометами, один явно с возможностью пилотирования. У третьей стены висели бронежилеты разного назначения и степеней защиты, протекторы скрытого ношения на принципах неньютоновской жидкости, маскировочные халаты, делающие человека невидимым для инфракрасных средств обнаружения, нанотехнологические халаты‑хамелеоны, способные принимать цвет и фактуру любого фона, гидрокостюмы, скафандры для работы на приличных глубинах, два боевых экзоскелета американского производства, джет‑пак, судя по скромным размерам, на пероксиде водорода в качестве топлива. Четвертая стена была посвящена инженерной стороне ведения боевых действий, вдоль нее стояли стеллажи с бухтами детонационных и воспламеняющих шнуров, дистанционные и автоматические детонаторы, небольшие проходческие щиты, способные проделать тоннель для взрослого человека со снаряжением, автоматические установщики проволочных заграждений и малозаметных противопехотных препятствий, линеметы, арбалеты, мини‑лебедки, мины‑шокеры, мины, выпускающие иглы с транквилизаторами и даже джет‑мины, взлетающие на высоту чуть больше человеческого роста для большего радиуса осколочного поражения, не говоря уж о минах обычных и о коробках с пластидом.
– Ни фига себе! – раздался сверху голос Такэды.
– Не спится, господин инспектор? – с недовольством покосился на него Ронин.
– Перенервничал, не смог уснуть. А теперь и вовсе не смогу. Откуда столько всего?
– Отовсюду. Земля щедрый огород, на ней все растет. Что‑то куплено, что‑то трофейное…
– Верится с трудом, – признался Такэда. – Пилотируемый шагающий мех сейчас почем на черном рынке?
– Ну… Да. Что‑то украдено у военных. Вообще‑то имею право. Меня уволили без выходного пособия, а мне нужны средства производства, чтобы обеспечить себе хоть какую‑то пенсию.
– Если все это просто продать, пенсия тебе обеспечена.
– Э, нет. – Ронин покачал головой. – Если это попадет в чужие руки, я спать не смогу спокойно. А так хорошо сплю, верите?
– Верю. То есть, будем занимать оборону?
– А что остается делать? Вы же не думаете, что остатки Хокудо‑кай нас оставят в покое? Для них это не просто вопрос чести, для них это теперь вопрос статуса. Они не смогут сохранить клан, если не повесят наши головы на вешалку в прихожей оябуна. Без наших голов и клан останется без головы, потому что никто не признает власть нового господина. Так что выживший оябун бросит на нас все силы.