Клан Тора.Тетралогия (СИ)

— Полета? Это уже четвертый уровень.
— Нет, второго. Пока только потеря веса и возможность висеть в воздухе. Но они его скоро усовершенствуют. А там пойдут по цепочке, и смогут приблизиться к третьему, а этого допустить нельзя. Ветка опять начинает меняться, чему я не удивлен. История возвращает то, чего ее лишают.
— Что мне нужно знать?
Девушка покопалась в сумочке и вытащила ключ-карту.
— Все, что вам надо знать, находится в ячейке камеры хранения на входе в парк. Вы найдете все это там. Там же и расписание нашей следующей встречи. Выполните свое задание, тогда встретимся в следующий раз. До встречи!
Девушка убрала ладонь, и мир вновь обрел свои краски и звуки. Подмигнув мне, она развернулась на каблучках, и поспешила к выходу из такой зеленой аллеи, оставив за собой лишь легкий аромат «Мацушима». Я еще немного посидел на траве, и отправился прогуляться по парку. Все было бы хорошо, и напоминало бы настоящую природу, но вот исполинская башня НТТ «Докомо» портила весь сельский антураж. Ну что же, надо забрать посылку от связного и возвращаться домой.
Такэда целеустремленно вышагивал по улице вечернего Токио, точнее, района Роппонги, имеющего дурную славу. Издавна эта территория находилась под контролем якудзы, и даже когда лет семьдесят назад здесь устроили большую зачистку и вроде как вышибли отсюда криминал, ничто никуда не делось, просто увеселительные заведения приобрели другие подставные владельцы, так или иначе имеющие отношение к Десяти Кланам. Все как всегда.
Целью Такэды, исходя из полученных от старшего инспектора инструкций, был небольшой бар, который пользовался дурной славой и был известен тем, что в него никогда не заходила полиция и внутри не стояли вездесущие камеры «Реми». Добиться этого было непросто, но возможно, если бар через подставных лиц принадлежал синдикату «Тамуро», одному из десяти — поправочка, теперь из восьми — синдикатов, кланов якудзы. Полицейский в стане якудзы — это сюр. Но именно сюда лежал путь Такэды.
Он толкнул дверь бара, звякнув закрепленными на ней фуринами. В полутемном помещении было битком народа, причем некоторые были зататуированы с головы до пят, насколько это позволяла увидеть их одежда. С такими субчиками Такэда имел дело и раньше.
Он молча протиснулся через толпу, шагнул к стойке, и аккуратно опустился на стул. Расписной детина-бармен сощурился, но ничего не сказал, всем своим видом показывая, мол, зашел сюда мусор, надо же узнать, что он хотел, не похоже, что рамсы попутал. Здесь люди серьезные, сразу бить в морду или ставить на перо не будут, сначала выяснят в чем дело.
— «Сантори», — сделал заказ Такэда, и достал купюру, полученную от старшего инспектора.
Верзила не выказал ни малейшего удивления. Хотя бумажные деньги практически нигде не использовались, но они все еще оставались в ходу. Ими расплачивались любители сохранять анонимность, ну или что-нибудь приобрести этакое — от порошка до проститутки. Светить чипом по мелочам любят не все.
Взгляд верзилы бесстрастно скользнул по купюре. Он убрал ее в карман, и налил Такэде на два пальца в шот. Понятно, сигнал принят, надо ждать. Такэда залпом опрокинул выпивку.
Минуты через три на стойку бара упала тень. Такэда скосил глаза, но оборачиваться не стал. В таких местах вообще лучше не делать резких движений, слишком уж много желающих задеть мусорка, а потом расшибить о его голову стул или бутылку.
За спиной возвышался такой же, как бармен, зататуированный бугай.
— Пройдемте за мной, — велел он.
— Хорошо, — спокойно ответил Такэда.
Для этого он сюда и пришел.
Бугай как ледокол, перед которым посетители расступались как льдины, провел Такэду через зал под прицелом десятков злобных взглядов, затем через неприметную дверь без надписи в противоположном конце зала, дальше по лестнице на второй этаж. Там бугай постучал в дверь.
— Войдите!
Бугай пропустил Такэду вперед, впихнул в комнату и закрыл за ним дверь. За столом в полутемной комнате сидел лысый татуированный мужчина с сигарой в зубах.
 
— Я полагаю, вы искали меня, инспектор Такэда? — спросил он. — Мне представляться, надеюсь, смысла нет.
— Вы сятей-гасира синдиката Тамуро-кей Ацуси Хомма.
Хомма чуть заметно кивнул, и выпустил клуб сизого дыма в потолок.
— Проходите, инспектор, садитесь, — произнес он.
— Присяду, — Такэда опустился на стул по другую сторону стола. — Сесть всегда все успеем.
— Цель вашего визита мне известна. — Хомма чуть сощурил взгляд. — Признаюсь, я не в восторге от полицейского у себя в кабинете, но приказы оябуна не обсуждают, а исполняют. Вот что у нас есть по данным делам. Отчеты криминалистов, показания свидетелей, вещественные улики — все что есть.
Он положил перед Такэдой прозрачный прямоугольник планшета.
— Можно, я сейчас здесь пролистаю? Могут возникнуть вопросы. Чтобы потом вас лишний раз не беспокоить, покуда вы не в восторге, да и я не повизгиваю от счастья.
— Ради бога, инспектор. Налить вам выпить?
Такэда кивнул, придвигая к себе планшет.
Отказ мог обидеть якудзу, а это себе дороже, потому что если подобные люди искупают обиды, то кровью, и почти всегда не своей.
На планшете не было другой информации, кроме дела Сэки, и Такэда начал листать документы.
— Очень интересно, — сказал он, взяв широкий стакан с виски.
— Что именно? — Хомма навострил уши.
— Способ, которым была убита охрана Сэки.
— Вы про умные пули? Да, на самом деле интересно.
— Эти боеприпасы требуют наводки. — Такэда сделал глоток из стакана. — Но даже таким боеприпасом сложно сделать пять выстрелов подряд с расстояния больше двух километров в условиях городской застройки, находясь вне линии огня.
— Сложно? Эти пули как раз для этого созданы. Корректировщик выбирает цель, которую стрелку даже не видно, тот нажимает на спуск, а умная пулька сама находит по маркеру, куда ей попасть. Но тут есть ряд неувязочек.
— Что вы имеете в виду?
— Там все написано. — Хомма кивнул на экран. — Позиция стрелка так и не была найдена, кто подсвечивал — тоже неизвестно. Но самое главное, непонятно каким образом была промаркирована цель.
— Не понимаю, — произнес Такэда, допив виски и отставив стакан. — Что значит, "непонятно каким образом"? Вы же только что мне рассказывали, как корректировщик обеспечивает подсветку. Лазером?
— Да. Чаще всего инфракрасным лазером, чтобы точка не была видна невооруженным глазом. Но не в этом случае.
— Вы уверены?
— Да, уверен. Сэки не был простофилей, и у него стояла система наведения помех, которая используется в охране императора. Эти помехи не позволяют умным пулям навестись по лазерным маркерам. Однако пули попали, а система установки помех не отключалась.
— Надо будет в этом разобраться, — произнес Такэда. — Подсветку можно каким-то другим способом обеспечить, в обход помех? Ну, к примеру, пули могли наводиться не на лазерный маркер, а на сверхвысокочастотную радарную метку?
— Уже разбирались, — ответил Хомма. — Эта система постановки помех, я повторюсь, используется в охране императора. Она перекрывает все известные диапазоны для всех известных типов умных пуль.
— А оружие?
— Следы на пуле не проходят ни в одной из баз, к которой у нас есть доступ. Разумеется, мы не настолько глупы, чтобы лезть в базы национальной разведки или еще некоторых ведомств, где любопытство не поощряется и очень вредно для здоровья. Можно только с уверенностью сказать, что это боеприпасы к винтовке «Сумитомо» тип 92». Это штучный товар, и используется только спецподразделениями, в основном армейской разведки.
— Может, это и есть отгадка? — Такэда задумался.
— Нет, это не военные. — Хомма поморщился. — Хотя почерк похож, да и применяемые средства тоже. Ивамото по результатам токсикологии был накачан одним из видов армейских стимуляторов «последнего шанса», вот только составляющие немного отличались, а это значит, что их делали на коленке из того, что было. Причем он оказался эффективнее армейского.