Случайная жизнь (СИ)

Из города выскочили благополучно, даже обошлось без столкновений. А вот за городом сразу начались чудеса. Нет, поначалу мы даже оторвались от быстро собравшейся погони. Потом подвели её к засаде, где при помощи мин смогли остановить первый порыв. Но полностью от преследователей избавиться не удалось. От второй засады смогли оторваться, но ненадолго. На хвост нам сел какой-то непонятный отряд, от которого не смогли уйти даже в лесной болотистой местности, где бросили лошадей и уходили пешком. Не передать словами, как мне дался путь пешком и как от этого страдали мои бойцы, которые, по большей части, тащили меня на руках. Но и выхода другого у нас не осталось.
Складывалось впечатление, что за нами идёт очень опытный следопыт, для которого все наши петли и ухищрения, как открытая книга. У меня, при таком раскладе, даже в мыслях не было идти в сторону нашего острова. Поэтому, удирали мы к назначенной точке встречи с нашим кораблем. В укромном месте, на побережье, нас должны ждать лодки, которые и отвезут наш отряд на судно. Честно сказать, если бы не вариант с кораблем, шансов уйти не было. Думаю, после моих художеств здесь ранее, власти сделали правильные выводы и создали специальный отряд, способный на равных воевать с такими, как мы. Надеюсь, мои люди тоже сделают определенные выводы и придумают средство, как умерить пыл этих шустриков. А весточку с описанием их действий я попытаюсь им отправить, как можно быстрее.
Без малого трое суток длилась эта погоня. Два раза мы устраивали засады, пытаясь подстрелить человека, так хорошо разбирающегося в следах. Уничтожили и ранили десятка полтора бойцов этого отряда, но оторваться так и не смогли.
Благо, что лодки оказались на месте и, таким образом, противника удалось оставить с носом. Иначе, это все закончилось бы плохо. Для нас плохо. Когда загрузились на корабль, я понял, что это, наверное, и есть то, что не давало расслабиться все последнее время. Нас, точнее, конкретно меня, переиграли. На горизонте появились облака из множества парусов, напрочь отсекающих возможность уйти в море. Не знаю, кто у царя нашёлся такой умный, но прочитал он меня от и до.
Понятно, что отчаиваться раньше времени я не стал и приказал поднимать паруса. Уйти в море не получится, но и сдаваться просто так я не собираюсь. В голове мгновенно сформировался план дальнейших действий. Если мне уйти вряд ли суждено, то у моих людей есть все шансы сделать это без больших проблем. Нужно только уйти подальше от этого непонятного отряда, который попил у нас столько крови. Поэтому, установив все паруса, мы взяли курс на пересечение движения судов противника. А то, что это -противник, я не сомневаюсь ни капли. Тем более, когда рассмотрел флаги. По мою душу пришли англичане, и скорее всего, это у них нашелся человек, сумевший меня просчитать.
Ну, что же, похоже, пришла мне пора покинуть этот мир. Уйти на корабле не получится. Бросить корабль и спастись пешком — тоже не вариант. Я буду своим людям обузой и со мной у них не будет ни малейшего шанса. Да и не дадут уйти, зная, что я нахожусь среди беглецов. А вот дать своим людям шанс я могу. И я его дам.
В динамике рассказа все происходит быстро. На самом деле, в эпоху парусных кораблей, на море все события затягиваются на довольно продолжительное время. И, пока корабли сближались, у меня оказалась уйма времени, чтобы выпотрошить Бестужева-Рюмина по полной программе. Во время побега этого времени не было совершенно. А сейчас, уже через несколько минут допроса, этот урод пел, как соловей. Тем более, я не собирался жалеть человека, который сделал агента влияния из моей жены. Вернее, он подвёл ко мне мою будущую жену с целью сделать из неё агента влияния. Об этом, собственно, я узнал из добытых ранее документов, которые удалось вывезти из его дома моим людям. Но, до последнего верить в это не хотел. Поэтому, и жаждал этой беседы всем своим естеством. Оказывается, он приметил, что в то время, когда меня калечили, она, в отличие от всех остальных, не веселились. А в какой-то момент даже заплакала. Когда я начал мстить, он вспомнил о ней и решил сыграть на её чувствах. Очень аккуратно и постепенно он подвёл её к мысли, что только она может остановить меня и, тем самым, спасти.
 
Дело в том, что Англии совершенно не нужна смерть Петра I. Он их устраивает по всем параметрам тем, что из-за предсказуемой реакции на те или иные события, им легко управлять. Телочек на поводке, по-другому и не назвать. Что касается самого Бестужева-Рюмина, то он тоже ездил за границу на учёбу, по приказу царя. Только, в отличие от меня, учился он в Англии, в закрытом для простых смертных, заведении. Там как раз и поставили англичане подготовку агентов влияния на поток. Оказывается, они занимаются этим уже не один и достигли в этом деле больших успехов.
Когда Бестужев обнаружил пропажу документов, он предположил, что я за ним приду, и все это время готовился к встрече. Это он прочитал меня, практически, полностью. Он только не мог предположить, что я попрусь сначала в Англию и там смогу добиться таких результатов. Также не ожидал он, что на его особняк нападут посреди дня. Если бы это произошло ночью, то мне достался бы не он, а человек, на него похожий, потому что дома он не ночевал. Переодевался в одежду одного из слуг и уходил в совершенно другое место.
Когда он начал рассказывать про жену, Игнат попытался было отойти в сторону, но я не дал. Мне хотелось, чтобы этот человек знал все. Я надеюсь, что ему в отличие от меня получится выжить. Соответственно, он сможет выполнить все мои распоряжения, которые дам ему чуть позже. Почти три часа длился этот допрос, и что-то утаить у Бестужева не получилось бы при всем желании. Всё, что он говорил, записывалось сразу несколькими человеками, чтобы впоследствии не упустить ничего важного. На вопрос, как обменивались сведениями с моей женой, ответил, что никак. Он просто не смог выйти на её след после пропажи. Правда, уговорил её отца простить дочь и с кораблем, отправленным ей вместо приданого, отправил к ней своих людей. Но, пока обратной весточки не получил.
После окончания допроса я сел писать письма. В первую очередь, написал Прохору. Хочу, чтобы он занялся воспитанием моих детей лично. Конечно же, он должен будет привлечь учителей со стороны, притом, лучших из возможных. Присутствовать на занятиях лично и следить, чтобы детям не промыли мозги всякие умельцы — это сделать. Воспитанием и привитием правильного мировоззрения ему предстоит заниматься самому. Второе письмо написал жене. Ей посоветовал в этот раз устраивать свою жизнь по любви, а не из жалости. До совершеннолетия сына она останется регентом. Потом вольна делать, что хочет. Если её новый муж, которого ей предстоит выбрать, попытается хоть на один шажок приблизится к тому, чтобы начать властвовать, он сразу умрёт. Об этом позаботятся мои люди. Потом написал обо всех затеянных мной проектах, связанных с добычей алмазов и золота. О взаимоотношениях с банкиром и людьми в южной Африке. Написал несколько советов по управлению будущей страной. Да много чего написал. Прежде, чем запечатать, дал прочитать письмо Игнату и потребовал от него клятву, что он будет служить верно жене, невзирая ни на что. А после достижения совершеннолетия только сыну, которому и предстоит, по большому счету, строить государство.
Пока занимался всеми делами, мы подошли достаточно близко к месту, где есть шанс уйти моим людям. Из береговой линии в море выступал длинный и достаточно высокий мыс, пройдя который, мы на какое-то время пропадём из глаз противника. В этот момент и уйдут на лодках мои люди. По большому счету, они, при любом раскладе, успеют укрыться от глаз преследователей в складках местности изрезанной береговой полосы.
На все просьбы Игната остаться вместо меня или плюнуть на все и уходить вместе с ними, ответил отказом. У моих людей будет шанс уйти при условии, что англичане до последнего будут уверены в моем нахождении на этом судне. Иначе, очень быстро вычислят, куда все делись. Ещё одной подобной погони нам просто не выдержать. Поэтому, я останусь и постараюсь сделать так, чтобы вместе со мной на тот свет ушёл нормальный по количественному составу эскорт.