Дракон цвета смерти (СИ)

Хотя Каэтана Кордова — тоже загадка. В Академии была чучело чучелом, а сейчас видно и что фигура у нее есть, и что улыбка потрясающая, и разговаривает она иначе…
Непонятно, что происходит, но…
Что-то такое. Странное.
В этих мыслях Орландо и дошел после обеда до своего домика. А потом и вспомнил, что ключи-то забыл. Видимо, когда пришел в т-Альего, они в руках были, он их положил при входе, на комод, а когда стал уходить…
Из головы вылетело. Уж больно все вкусно было, и приятно, и вообще… красота!
Орландо развернулся и отправился за ключами. А подходя к домику друга услышал истошный свинячий визг. И только потом понял, что это не кабана режут, а Матиас Лиез орет и на Каэтану, и на свою сестру.
Такого спускать Орландо не собирался. Это что еще за новости?
Ударил он раньше, чем просчитал последствия…
Интерлюдия 3.
Матиас Лиез прямо-таки нутром чувствовал — происходит нечто интересное.
Очень интересное.
И происходит, и проходит мимо, а он не участвует! И не знает, как можно получить на этом происходящем свою выгоду.
Мариса?
Та знает, наверное. Но молчит.
Совсем сестричка от рук отбилась, надо будет это исправить. А пока… может, пока просто последить за ней?
И Каэтаны третий день нет в столовой. Кто-то другой и внимания бы на это не обратил — подумаешь? Мышь, они и есть мышь, и места занимает мало, и не общается ни с кем… а ее — нет!
Остальные девушки, которые остались на лето в Академии — есть. А Каэтана где-то ходит.
Где⁉
Она уехала? А куда? Или… к кому? С кем?
Матиас даже не ожидал, что его так затрясет.
Это — ЕГО девушка! И только он будет решать, что и с кем ей делать! Когда и как! Он же… она же…
Матиас сразу ее оценил! Еще когда она только в Академии появилась! Никто другой не понял, что она из себя представляет, а он понял! И все сделал, чтобы обратить на себя ее внимание, ухаживал, следом ходил… разве нет?
Других парней от нее отгонял.
А потом — не нужен⁈
А КТО ей нужен?
Слежка за Марисой результат дала почти мгновенно. Сестренка отправилась к домику эса Хавьера т-Альего, постучала и вошла внутрь. С самого утра.
Потом вышла, потом опять вернулась… куда?
К кому? Вышла она с пустыми руками, вернулась с корзинкой, из которой грустно торчали куриные ноги. Она что — на кухню ходила? Но почему тогда курица сырая? Ее что — кушать можно? Такую?
Мариса что — с этим… т-Альего закрутила?
Ничего не ясно.
Мысль о том, что его сестра может готовить, Матиасу и в голову не пришла. И рядом не прошла — с чего? Мариса даже луковицу не знает, как очистить. Она знает цены.
Она может управлять домом и слугами. Она может проверять счета. Но самой ручки пачкать?
Да бред это!
И все же, все же…
Матиас решил еще задержаться на своем наблюдательном пункте и посмотреть, что будет дальше. И не прогадал. Хотя запахи из домика неслись такие, что хотелось начать жевать ветку дерева, на которой он сидел. Просто — с голодухи! А еще — вломиться в дом и все сожрать. Вот то, что там так восхитительно пахнет!
К обеду домой вернулся эс Хавьер. Потом в дом постучался сам ректор. Потом туда же добавился математик.
И что происходит⁈ Если Мариса и эс т-Альего… они же должны прятаться, правильно?
Обязаны! Приличные люди всегда свои интрижки держат в тайне от всех, и проворачивают все втихаря, а тут что происходит? Вся Академия в курсе, один Матиас не в курсе?
Бред какой-то… наблюдаем дальше.
А после обеда, когда мужчины ушли, из дверей домика вышли Мариса… и Каэтана!
Матиас так и впился глазами в любимую девушку.
Выглядела она совершенно непривычно. Обычно Каэтана в строгих платьях, волосы стянуты в пучок, глаза в пол… очень перспективная жена, кстати. И никто другой на нее не поглядит, и воспитывать не надо. А сейчас что?
 
Платье какое-то простое, волосы распущены по плечам и сзади перехвачены чем-то таким, вроде ленты, ноги босые. И улыбка на лице… да что тут происходит⁉
Каэтана что — была тут с утра⁈
Он же никуда не уходил, и Каэтана не приходила, а он за Марисой следил с самого завтрака… так что? Получается, это Каэтана живет у т-Альего⁈
От такой новости Матиас взвыл раненным козлом — и слетел с дерева.
— КАЭТАНА!!!
Глава 12
Вот уж чего я не ожидала.
Расслабилась я тут, на природе. Лето же, в Академии, считай, никого нет. Преподаватели разъехались, кто куда, их тут пять штук на всю Академию.
Ученики тоже времени зря не теряют. Даже те, кто учится «по квоте», то есть раэны с драконами — и те разбежались. Да их и есть там, десятка два. Мало, одним словом.
Преподавательские домики почти все свободны, никто тут лишний раз не ходит. Разве что ректор и математик повадились с нами столоваться. Мы с Марисой не возражали.
Мне несложно приготовить, а тут, благодаря ректору, продукты Марисе на кухне выдают бесплатно. Я список пишу, она ходит. Правда, смотрят кухонные работники так, словно Мариса с них лично эти продукты состригает, и куски мяса выдирает. Голыми руками.
А заняться все равно особенно нечем. Болею я.
А когда болею, ничем заниматься особенно не хочется. Даже думать.
Хочется лежать, читать романы в мягких переплетах, и думать, что у кого-то и где-то все будет хорошо. Только вот незадача.
Романов в доме много, но читать мне их не хочется. Явно же эссса Магали их покупала и читала. А мне как-то гадко, что ли?
Вот понимаю, что ни в чем не виновата, понимаю, что ничего между мной и Хавьером нет, и не было, и вообще…
Понимаю, что эта дура сама по себе и приревновала, и жизнь попортила.
Душе не прикажешь. Ощущение, что хозяйственного мыла наелась. И запах, и вкус, и изжога. И чтобы занять время, я готовлю, попутно рассказывая Марисе рецепты. Та, конечно, не очень интересуется, она же воспитывалась, как хозхяйка дома. Но кормить мужчин ей нравится. И видеть довольные лица тоже, так что она учится старательно.
Даже рецепты в тетрадку записывает.
Так в этот мир пришли борщ, пельмени и блинчики с икрой. А что? Прогрессорство, однако! Кухня тут очень разнообразная, но до блинов с икрой не додумались. И борща тут такого, как мой, не ели. Только что за ушами трещало.
Тут кухня вообще ближе к европейской — была. Это когда чтобы не варить и не тратить топливо на приготовление пищи, мутили бутерброды и запивали абы чем. Делали похлебки, всякие пудинги… последнее вообще — фу. Ладно, это мое личное мнение. А Европа пусть хоть чем давится.
Я расслабилась.
И вижу, как к нам летит опрометью Матиас Лиез. И лицо у него такое, словно я родину за пельмени продала. Возмущенное и негодующее.
— ТЫ… вы…
А в чем смысл претензий-то?
Мариса вообще остолбенела, пришлось наступить ей на ногу, чтобы подруга отмерла. И тоже глядит на брата, словно завороженная. Все же он симпатичный. Жаль, что дурак и сволочь, а внешностью-то Лиезов боги не обидели.
— В чем дело-то⁈
Матиаса от этого вопроса сорвало окончательно. И ка-ак ливануло!
Мир другой, а ощущение, что канализацию прорвало — то же самое. И визгом, и свистом.
Оказывается я — Я! — была обязана ему по гроб жизни! Более того, Матиас твердо уверен, что я его девушка, собираюсь за него замуж и никуда от него не денусь. А с отцом — так, временные трудности.
Поэтому я не имею никакого права проводить время с кем-то другим.
Хорошо хоть не сказал — в чужой постели. А мог бы, идиот несчастный!
Вот откуда берутся такие гениальные личности?