Дракон цвета смерти (СИ)

— я об этом не подумал. Пойдем…
Мансарда мне понравилась. Небольшая, уютная, и тюфяк набит чем-то вроде свежего сена, и пахнет приятно, и сверху брошено несколько одеял, так что трава не колется. Красота, да и только!
Эс Хавьер помог мне устроиться, отвернулся, пока я надевала халат, и ушел, забрав с собой занавеску.
Я вытянулась на тюфяке.
Уфффф… хорошо! И ноги вытянуть, и руки, и вообще… расслабиться.
Эс Хавьер вернулся достаточно быстро. С бутылкой в одной руке и ночной вазой в другой.
— чтобы ночью не спускалась. Ясно?
Мне было ясно. Еще с лестницы загреметь не хватало. А уж искать по ночам во дворе уединенный домик… не-не, мне сегодня без таких приключений. А то с моим везением меня еще и из дырки доставать придется.
— Спасибо, эс Хавьер.
— ложись, растираться будем.
Растерли меня и сзади, и спереди, отмахнувшись от моих протестов.
— что я, женщин не видел?
Видел, наверное. И не одну….
Ну и ладно! Зато растирали меня как следует, вплоть до пальцев на ногах, потом эс спустился вниз и снова вернулся, на этот раз с горячим грогом. Ну или чем-то похожим. Красное вино, горячее, лимонный сок, пряности, мед. Получилось вкусно, но крепко.
Отключилась я, даже не допив кружки, и последнее, что помнится, это как эс Хавьер перехватывает ее из моих рук, что-то ворчит, а потом крепко укутывает меня одеялом. И уходит.
Наверное, это и есть — любовь.
* * *
Проснувшись с утра, я поняла, что дело плохо. В горле поселилась орава бешеных ежей, голова болела, глаза слезились, из носа текло… короче — простуда. И спасибо, если еще в пневмонию не перейдет.
Ночная ваза — и та поддаваться такой сопливой особе не собиралась, я загремела крышкой, едва не упустив ее, и вскорости в дверь деликатно постучали.
— Каэтана, ты проснулась?
— Да, — откликнулась я, залезая обратно под одеяло. — Заходи.
Эс Хавьер вошел, оценил взглядом перспективу — и только головой покачал.
— Плохо дело.
Я кивнула.
— Да. Мне надо в общежитие. Буду там отлеживаться.
Эс нахмурился.
— может, лучше остаться тут? Я смогу за тобой поухаживать, да и условий тут побольше…
— Я девочек попрошу, — пообещала я.
— Знаю я, как ты попросишь. Не надо, я сама справлюсь…
Ну… в чем-то он был прав, но сдаваться я не собиралась.
— там у меня душ есть…
Эс Хавьер махнул рукой.
— Я тебе тут ванную натаскаю, переживешь.
— И ночного горшка нет…
— ложись обратно, — рыкнул мужчина. — И не возмущайся.
Кстати говоря, забавный факт, но в общежитии все водопроводы были организованы по римскому принципу. Самотеком, с гор, а вода оттуда отводилась в специальные акведуки — и шла в теплицы. Так сказать, с естественными удобрениями. Но то несколько общежитий, а то небольшие частные домики. Ради одного домишки, конечно, никто огород, то есть акведук, городить не станет.
Какое-то время я колебалась.
И остаться хочется. И в общагу надо бы…
А с другой стороны… в таком состоянии на мою добродетель ни один извращенец не покусится. Это ж сцена для романа. Он к ней с сексом, а она на него чихала. В буквальном смысле слова, а потом еще и в простыню высморкалась. Готовая тема для диссертации модного психолога!
— Я все же не хотела бы…
— Каэтана, мне так тоже легче будет, — оборвал меня эс Хавьер. — Тяжело одному…
Я поняла.
Дом есть дом. И до недавнего времени тут была жизнь. А сейчас эс Хавьер приходит в пустоту. И сидит один, и думает явно не о том…
— а вы сможете договориться с Марисой?
— О чем?
— Пока вы будете тренировать драконариев, она со мной побудет.
Эс Хавьер расслабился и кивнул.
— Хорошо. Сегодня твои девочки придут, и я с ними поговорю. Они у тебя молодцы, никто не струсил, не отказался.
Я кивнула.
Они такие.
Моя команда, несмотря на все склоки. И это — замечательно.
* * *
— я думала, эс Хавьер всех убьет, — рассказывала мне Мариса. Она принесла мне одежду, принесла самое необходимое, вроде зубной щетки и расчески, и я заодно дала ей заказ на книги.
 
Да, из закрытого хранилища!
А что? Если эсса Лиез у нас теперь библиотекарь, эсса Кордова будет пользоваться всеми возможностями. Только так!
— Всех — кого? Драконов?
— Ты бы его видела, когда мы все на пляже собрались. Я вообще с ума чуть не сошла, прибегают девчонки, то есть Майя, говорит, что тебя похитили, надо срочно собираться на пляже… я пошла на пляж, а она побежала дальше всех искать.
— Хорошо, все на ярмарке были.
— Очень хорошо. Эс Хавьер там вообще, наверное, на крыльях летел. Примчался, с ним все драконы, наши сразу с собой сбрую взяли, мы их оседлали — и на крыло. Эс Хавьер кажется, о чем-то со Свартом говорил еще по дороге на пляж, ну и потом, с драконицами, когда мы своих седлали. Корабль мы нашли быстро, и они эту карусель как закружили… мне аж жутко стало! Налетают, улетают, а потом тебя вытащили на палубу…
— Ага. Я испугалась, что этот козел начнет вас мной шантажировать. И принялась орать.
— Я так и поняла. Я же знаю, что ты плавать умеешь.
Я кивнула.
— Ты поэтому и налетела?
— Да. Эс Хавьер потом на меня ругался, но не сильно. Сказал, что я рисковала.
— Ты сказала, что риска не было?
— не тобой. Эстанс. Ее тоже могли ранить, — понурилась Мариса.
— Нет, не могли, — уверенно отмахнулась я. — Там у санторинцев уже другая задача была — спрятаться поглубже.
— Не удалось.
Я злобно ухмыльнулась. Простуда вообще способствует агрессивности. Того же Баязета я бы сейчас соплями заплевала.
— Я рада. Точно никто не уцелел?
— Никто.
— А… тот тип, у которого моя сумка обнаружилась?
Мариса даже ресницами захлопала. Выглядела она при этом совершенно очаровательно. Куда только парни смотрят?
— Ой, а мы про него и забыли. Я же не знаю, куда его эс Хавьер спихнул?
— Ты напомни, ладно? А то обнаружится дохлятина, потом проблемы будут.
— Обязательно, — пообещала Мариса. — Ты осторожнее впредь, ладно?
— Разве ж я знала, что этот… гррр… вроде бы и принц, а такой недоумок⁉
— Потому что решил тебя похитить? Ну, он же не знал о нашей маленькой тайне… или думаешь, он догадался, кто тогда танцевал? — слила все в один котел Мариса.
Я махнула рукой.
— Нет. Я не о том. Понятно, похищение было продумано. И если бы не моя сумочка, если бы не Ярина с Майей, если бы не драконы — пыла б я сейчас в Санторин. И было бы мне весело.
— Тебе?
— Конечно. Я бы там повеселилась.
Вспоминая Роксолану и ее карьеру — почему нет? В те времена это было невероятно круто, сейчас даже и с чем сравнить не знаешь. Как от сточной канавы и до короля Великобритании. Хотя нет, сравнение неудачное, там сейчас оно примерно так и происходит.
Да какая разница? Развлеклась бы я в Санторине! Они бы там икали, чихали и мелко крестились при одной мысли обо мне, хватило бы пакостности. Это здесь я среди своих… условно своих. А там я среди врагов, значит — допустимо все. Вплоть до поездов, пущенных под откос, и яда в супе.
Церемониться с такими, как Баязет? Размечтались! Я его без всяких церемоний, чем потяжелее.
— Зная тебя, я даже не сомневаюсь. Санторину пришлось бы плохо, — с серьезными глазами заверила Мариса.
— Ап-чхи, — вежливо ответила я.
Мариса протянула мне носовой платок. Мой личный, нормальный, в который неделю сморкаться можно, и еще свободное место останется.
— Нос вытирай. А с Баязетом надо что-то решать, точно. Он же не успокоится.
— Чего с ним решать? Эс Хавьер придет, обсудим, — отмахнулась я.
— Расскажешь потом?
— Чего рассказывать? Думаешь, тебя кто-то выставлять будет?
Мариса подняла брови.
— Не знаю. Каэ, мне показалось, или эс Хавьер к тебе неравнодушен?
— Не знаю, — честно ответила я. — Не задумывалась я как-то… после его супруги любая женщина ангелом покажется.