Дракон цвета смерти (СИ)

Коготь на лапе у Медеи.
Сильный ушиб у Ислы и три литра слез у Кайи.
Из-за Ислы мы тут и оставались. Устроились поудобнее, поставили палатки… пиратов уже видно не было. Есть тут какое-то течение, так что их без нашей помощи снесло. Как то самое, которое в проруби.
Это хорошо. А то не удержались бы, добили.
Кстати…
— Девочки, в следующий раз такого быть не должно.
— Не помогать? — вскинулась Ярина.
— Не рисковать собой понапрасну, — разъяснила я. — Вот смотрите, Кайа сорвалась, налетела на несчастный пиратский корабль… вы с Ислой его хотели в зубах утащить? Отбуксировать подальше?
— Каэ, ну хватит тебе!
— Не хватит. Я тебя еще пять дней пилить буду, пока Исла на крыло не встанет. И девочки, хотите вы, не хотите… давайте тренироваться!
— Где и как? — у Ярины сомнений не было.
— Пока — здесь и сейчас, над морем. Потом в Академии тоже будем Прорабатывать схемы, летать… вот с полетами не знаю, как получится. Но пробовать надо, вы же понимаете!
Девочки понимали. И что там нам не здесь, и что так легко не полетаешь, и остальное…
— Каэтана… мне страшно, — тихо созналась Мариса. — Сегодня ведь любую из нас могли убить. Спокойно.
— Да, — не стала скрывать я. — И убить могли, и дальше могут, и неприятностей у нас еще будет воз с прицепом. И родные будут отказываться, и ругать нас будут вдоль и поперек, и все это ради того, чтобы сто лет спустя какая-то соплячка, глядя на наши портреты, сказала: вот дуры-то! Я бы так никогда не сделала, я умная!
— Уши оборву, — рыкнула Ярина.
— Через сто лет? Вряд ли.
Девочки улыбались.
Здесь и сейчас они были победительницами. И им это нравилось. И я не хотела отнимать у них момент радости. Потом будет еще многое, и разбор полетов, и схемы, и ругань… но сейчас — пусть.
Сейчас мне тоже хочется сидеть на песке, грызть поджаренную на костре лепешку и ни о чем не думать. И ночь, и море, и драконы рядом, и тишина.
Спасибо тебе, Даннара. Спасибо за Фейервальд.
Интерлюдия 1.
Сол и Марко Ибанесы выпивали в капитанской каюте.
Капитаном на корабле «Белый Лев» был не Сол, но капитан сейчас лежал на койке и глухо постанывал во сне.
Его пираты ранили. Попал арбалетный болт… и кто его знает, довезут ли?
И все равно — повезло.
Сол уж и не рассчитывал ни на что. И обидно было. Сам-то он ладно — старший. А Марко за что? Парню всего двадцать два, считай, пожить не успел. И пираты…
Откуда их только вынесло?
Не иначе, навел кто, знали, что «Белый Лев» везет ценный груз.
Пряности. Розовое и черное дерево. Жемчуг.
Хороший куш для пиратов, вот и выскочили вдвоем, гиены… налетели, закружили, отсекли…
Сол прекрасно понимал, что им не уйти, и продумывал только возможность спасения для брата. И знал, что Марко тоже никуда не уйдет. Не тот характер.
Родителей жалко.
Сестер…
Все чаще падали рядом моряки, готовились к абордажу пираты… а потом все изменилось в один момент. Потемнело небо, захлопали рядом крылья… драконы?
Они никогда не вмешиваются в человеческие дела!
Но…
В этот раз — вмешались⁉
Они налетали, поливали пиратские корабли огнем — и тут же отлетали в сторону, и следующие… драконов было немного — или наоборот? «Колесо» они крутили так, что пиратам явно казалось что-то жуткое. Словно сотня драконов налетела, или две… а уж когда черный дракон с налета снес главную мачту корабля, пиратам и вовсе стало не до купца. И боцман не растерялся.
Кому в ухо дал, кого просто пнул, но матросы собрались, полезли на ванты, корабль начал постепенно принимать к ветру и уходить от драки.
Вот оно и правильно, вот и хорошо.
Так что сидели два брата сейчас, праздновали второе рождение, считай. А заодно за капитаном приглядывали. Раненых было много…
— Интересно, почему вмешались драконы? В этот раз?
— да кто ж их знает? Повезло, наверное…
— Может, там кто знакомый был?
 
Парни переглянулись. Вообще… был и такой вариант. Это у Сола в Академии никого, он туда и не ездил даже. А Марко был. И Леандро тоже…
Мало ли кто?
Или молодняк, сорвиголовы, которым тоже не понравилось нападение пиратов…
— Может. Говорить об этом будем?
Сол качнул головой.
— Нет. И матросов предупрежу. Не было ничего, понял?
— П-понял. А почему?
— Потому что драконариям нагорит. А мы им беды не желаем, верно?
— В-верно, — согласился Марко.
Поговорят они и с командой. И все согласятся молчать. И — страшный случай — даже будут молчать. Повезло.
А еще больше повезет девушкам в другом. В том, что встретится с утра братьям сторожевик, который курсирует вдоль побережья, расспросит о случившемся, и услышав: «пираты напали, с трудом отбились», пройдет вдоль берега. И найдет два пиратских корабля, которые пока еще не починились, а просто дрейфовали по течению.
Ну и результат тоже будет.
Два корабля приведут в гавань, как и положено.
С развешанными на бортах пиратами. И их вопли про сволочей-драконов никто и слушать не будет.
А зачем?
Плевать, что там орут покойники. Пусть орут! Они никого не жалели, их никто жалеть не будет. Все закономерно. И единственное, о чем жалел капитан сторожевого корабля, так о том, что традицию соблюсти не удалось.
Положено — как? Давно положено, еще предками.
Пиратов развешивать на реях. А тут и мачт нехватка, и рей, и все опаленное… может, и правда драконы?
Ага, как же!
Делать драконам больше нечего, только на пиратов охотиться. Небось, сами напились до изумления, да чего-нибудь и подожгли. Горючую смесь, к примеру. Мачта?
Так это ж пиратский корабль, а не флотский! Кто его знает, когда там ремонт делался! Они ж одним днем живут, в будущее не глядят! Им лишь бы сейчас кусок урвать, в походе, выпить да погулять. А что там дерево подгнило…
И такое бывает. И не такое даже бывает.
Так что разбираться с этим случаем никто не стал. Каэтана об этом не знала, нервничала, но никто не пришел, и в Академии никто не задавал вопросов, и последствий не было. Никаких.
Девушкам просто повезло.
Интерлюдия 2.
Рауль Кордова пил.
Мрачно, жестоко, беспощадно и бессмысленно.
Надирался до зеленых кроликов, потом отлеживался — и повторял. И снова заливал в себя дозу горячительного. Хозяин постоялого двора очень жалел постояльца и подливал по первому требованию. А то как же!
Горе — ладно! А позор какой?
Лиезы, вон, всей семейкой из столицы удрали. Говорят, сына там отец порол так, что стены дрожали от воплей, мать слегла, и муж повез ее на воды.
А Кордова?
Так-то понятно, что о нем и не сплетничает особенно никто. Ну кому, кому он нужен триста лет со своими науками? Да с доплатой не возьмут! Но тут в другом беда.
В чуйствах!
Любил он эту шлюху, понимаете⁈
Или любил, или думал, что любил, тут разница невелика. Человек же сам себя в чем хочешь убедить сможет, так он устроен. Вот и напивался эс Кордова. Вот и заливал тоску вином!
Или просто боялся будущего?
Ну так… немного!
С раэшей Летицией его жизнь, все же, была более-менее спокойна. Он занимался наукой, она хозяйством, потом в постели его ждала теплая и услужливая женщина, все шло ровно и спокойно.
А сейчас что?
Придется всем заниматься самому?
Счета эти проверять, прислугу строить… умеет?
Неохота!
Понимаете — не-о-хо-та!!!