Обречён любить тебя (СИ)
Что будет в худшем, Милане даже не хотела предполагать.
Эзана, мать брата и сестры, подошла тихо. Взгляд скользнул по Милане с некоей долей надежды, смешанной с бесконечной усталостью. Сегодня на ее хрупкие плечи свалилось приготовление всего этого великолепного стола и встреча дорогих гостей. Перед матерью Менгисту Хайле она не могла выразить прямо свое несогласие с предстоящей помолвкой. Традиции, которые давно должны были уйти в прошлое, коснулись ее дорогой дочери. И судя по унылому выражению лица, дорожить такой честью Эзана не собиралась, когда на кону стояло счастье собственного ребенка.
— Уехать, — с трудом произнесла она, кивая в сторону, где стоял фургон. Милана нахмурилась и переглянулась с удивленным Радовым. По-английски мать Амаккэлеч знала лишь несколько слов, но их оказалось достаточно, чтобы ребята поняли смысл.
— Почему? — осторожно спросила Боярышникова.
Эзана поправила яркий платок, наброшенный на плечи, и поспешила сделать вид, будто заинтересовалась едой на деревянном столе. Она начала переставлять керамическую посуду, затем отставила бутылку с водой и покачала головой, когда Милана хотела что-то сказать.
— Он следить, — пробормотала Эзана, едва Боярышникова закрыла рот.
— Вот же… — процедил Влад и вновь потянулся к воде. — Заподозрил что-то?
— Скорее просто хочет держать Амаккэлеч под контролем, — тихо ответила Милана.
Сама сестра Мэскэля стояла в окружении других девушек подле матери подполковника. Имени ее Боярышникова так и не узнала, надменный взгляд будущей свекрови несчастной дочери Эзаны как-то не располагал к знакомству. Да и не о чем им было разговаривать. Мать Менгисту не интересовали ни сами волонтеры, ни гуманитарная помощь. Периодически она одергивала несчастную невестку, заставляя ту ниже опускать голову и сжиматься при каждом окрике.
— Они еще даже не женаты, — возмутилась Милана, взбесившись от подобного отношения.
Прямо как ее отец. Обычно он тоже дергал дочь за руку, когда та действовала неугодно. В детстве мог даже ударить, не стесняясь ни домработницы, ни няни самой Боярышниковой. Просто за то, что не слушалась и мешала.
Пальцы сжались в кулаки, но пришлось их разжать, едва Влад пихнул Милану и покачал головой.
— Сегодня ночью, — твердо произнесла Боярышникова, втягивая носом воздух. — Приготовьте все необходимое.
Пусть это огромный риск и решение принято впопыхах, но Милана не могла себе позволить оставить Амаккэлеч на произвол судьбы.
Мысли вернулись к Антону и сожаление затопило душу. В России все было проще, несмотря на запутанность их отношений. Вроде не друзья, но еще не официальная пара. Сколько Боярышникова ждала от Канарейкина признания? Миллионы раз пыталась вывести на разговор, и все без толку. И вот у них почти все наладилось в этом путешествии, как снова между ними встали личные предубеждения.
Никогда Татошке не понять Милану, а она не смогла бы жить спокойно, не воспользовавшись даже маленьким шансом на спасение.
Мэскэль кивнул, едва они переглянулись, и Боярышникова поначалу удивилась. Вроде бы еще рано. Возможно, он подавал какой-то сигнал?
— Вы погибнуть, и мы тоже, — дрожащим голосом произнесла Эзана, и керамическая кружка выскользнула из пальцев, разбившись на мелкие осколки под ногами.
— У нас все под контролем, — ответила Милана, проигнорировав скептический взгляд Радова.
— Как будто в дурацком шпионском боевике играем, — проворчал Влад, отворачиваясь и хватая кусок кислой лепешки.
Так он и застыл, не донеся хлеб до рта, поскольку мимо него под испуганные крики промчался патрулирующий дрон, мигая светодиодами. На секунду у обоих заговорщиков в голове мелькнула мысль о нападении на поселение, но это была ложная тревога. Зато дрон вполне настоящий, из тех, что занимались съемками древних стел за энергетическим щитом.
Проследив взглядом за летающим аппаратом, Милана вначале удивилась, затем вовсе открыла рот. Дрон сделал круг, несколько раз дернулся и понесся обратно. Снижаясь, он в очередной раз напугал толпу. Подполковник подскочил с места, отдавая приказы явно стрелять на поражение, хотя эта конструкция не относилась к боевым машинам.
— Какого лешего происходит? — удивился Радов, разглядывая взбесившийся аппарат ученых.
Дрон завис в воздухе, а к нему уже летели военные беспилотники. Стоило им немного подлететь ближе, он вновь набрал скорость и полетел к щиту.
— С курса сбился? — подняла голову Милана. Она услышала топот, когда рядом показался Мэскэль, схвативший ее за руку.
— Бежать! — приказал он остальным.
— Что? — выдохнули Влад с Боярышниковой и ошарашенной Эзаной.
— Быстро бежать! Закрыть глаза!
И в этот момент дрон на полной скорости врезался в энергетический щит, создавая ослепляющую вспышку.
Глава 27. Все герои — идиоты
План был глупый и совершенно непродуманный. Прямо так ему Тасманов и заявил, а после обозвал тупицей. Антон насчитал ровно двадцать шесть раз — именно столько раз это слово вылетело изо рта Марка.
Идея взломать систему Национального музея и использовать дроны в качестве отвлекающего маневра пришла Татошке неожиданно. Поначалу она показалась безумной, ведь удаленно получить доступ к защищенному серверу обычному человеку невозможно. Правда, упоминание Натальи Степановой в разговоре между «тебя там расстреляют, а я джигу на твоей могиле станцую» и «не вздумай маяться фигней, твоя сестры потом мне вынесет весь мозг» сгенерировало гениальную мысль.
Ну, возможно, еще помог чертов кролик. Очередное видео, где пушистый гад насмехался над Канарейкиным, махая плюшевой лапой с экрана, помог принять решение.
— Тебя посадят и расстреляют.
— Знаю, — пробормотал Татошка, пробираясь к одному из столбов. Именно они служили солнечными батареями, преобразующими энергию света в водород, являющимся бесконечным источником питания для щита. Это была слепая зона для дронов, к тому же, Антону надо было находиться рядом, чтобы управлять ими через Герундия.
— И меня посадят. За взлом, — стенало цифровое изображение Наташи, пока она пыталась обойти защиту сервера.
— А где Вадик? — спросил Канарейкин, осторожно подходя к нужному месту. Дроны медленно поднялись выше, сканируя местность за щитом и считывая показатели со стел, фиксируя данные. — Ребят?
Молчание затянулось и Татошка недоуменно уставился на запястье, глядя на изображение Наташи. Она кусала губу, постоянно оглядываясь через плечо, пока голос Марка не раздался в правом ухе из динамика крохотного блютуз-вкладыша.
— Наша мисс хакер перехватила твое сообщение и удалила раньше, чем оно попало ему на ящик.
— Почему? — недоуменно поднял брови Антон, сжимая крепче запястье, и раздраженно вздохнул. — Какого рожна, Тасманов?! Опять твои игры?
— Не игры, обычная перестраховка.
— От чего?! — рявкнул Канарейкин, а затем догадался сам. Тасманову даже не пришлось оправдываться. За себя все сказало виноватое выражение лица Натальи. Антон усмехнулся и покачал головой, проведя ладонью по лицу.
— Это не он, — процедил Татошка упрямо.
Глупости какие, он был уверен в ошибке. Вадим Красовский считался редкостным гадом среди даркнетчеков, но никак не предателем. Тем более, в свое время очень помог семье Канарейкиных, когда помог вычислить Вальдемара Хроменко с подельниками [1]. Тогда они едва не погубили карьеру Елисея, бизнес отца. К тому же Вадик всегда выручал Антона, как в случае с взбесившейся «Тесла». Какой ему резон подставлять друга? У Татошки было мало верных людей в кругу знакомых, и уж точно Красовский прошел тщательный отбор.
— Мы ничего не знаем, Антон, — попыталась вмешаться Наташа, с сочувствием оглядывая Татошку. — Просто проверяем всех.
— Не он, — процедил Канарейкин, сжимая пальцы в кулак и удержавшись, чтобы не ударить по щиту.