Обречён любить тебя (СИ)

— У меня плохо с эмпатией, да? — усмехнулся Канарейкин, отводя в сторону взгляд. — Не могу понять тебя. Никогда не получалось.
Она коснулась ладонью его щеки, почувствовав проступившую щетину. В Москве Антон никогда не позволял себе появляться в обществе небритым или растрепанным. Весь внешний вид кричал о том, чьим сыном он являлся. С Боярышниковой несколько иначе. С первых дней жизни мать требовала всегда смотреть за собой. Каждая покупка, прическа, выбор помады оценивались с точки зрения «правильности».
Здесь, в Африке, ни правил, ни норм не существовало. Респектабельное общество осталось на другом материке вместе с родителями, о которых Милана предпочитала не вспоминать.
— Мы в похожих условиях, Антон, — ответила она, переместив ладонь ему на грудь и ощутив биение сердца под пальцами. — Прошло пять лет, а я до сих не знаю, чего ты на самом деле хочешь.
— Не поверишь, — горько усмехнулся Татошка, обхватив запястье Миланиной руки и переплетая их пальцы. — Я тоже не знаю.
Он осторожно прикоснулся к губам Миланы в легком поцелуе. Рискованно, учитывая количество невольных свидетелей.
— Почему ты сел за руль «Теслы»? — спросила Боярышникова, когда Татошка отодвинулся, но руки не отпустил.
— На самом деле, я чертовски люблю риск, — улыбнулся Канарейкин.
В Дар-эс-Салам они прибыли после обеда. Времени разглядывать достопримечательности не было. Энтони позвонил Милане, пообещав забрать их вечером, поэтому стоило поторопиться и приобрести скорее смарт-часы в ближайшем магазине техники, где выбор не столь скудный, как в Додома. Впрочем, ничего интересного, по словам Боярышниковой, в крупном городе не имелось. Парочка музеев, университеты да кое-какие памятники.
Дар-эс-Салам — портовый город, из которого ходили паромы и корабли на Занзибар. Пляжи не представляли интереса ввиду большого количества мусора у берегов Индийского океана, а центр города состоял из офисных зданий и магазинов.
— Забавно, богатый город, а нищета повсюду, — проговорил Влад, оглядываясь и обходя открытый люк канализации по краю, куда едва не угодил ногой.
— Коррупция, — ответила Милана, поправляя лямку рюкзака. — Будьте осторожны, местные мотоциклисты ловко крадут сумки прямо из салонов автомобилей и вырывают из рук.
Она кивнула на предупреждающий плакат, подле которого стояло несколько торговцев с лотками, откуда шел запах жареной кукурузы. На вид еда привлекательной не выглядела, поэтому Антон предпочел отойти подальше, разглядывая причудливую архитектуру вокруг. Храмы чередовались с мечетями, остатками лютеранских церквей, зажатых между высотными зданиями. Мимо прошла пара негритянских женщин в цветных платках, бросивших в их сторону любопытные взоры.
— Да уж, Африка хороша, пока не заедешь в город, — буркнул он, приметив мелькнувшую в воздухе цифровую 3D-вывеску магазина техники. — Пойдемте.
Современные смарт-часы как средство связи и доступа в интернет, давно не требовали специальной прошивки. Программное обеспечение многих марок являлось универсальным, потому возможность установить нужный язык и перенастроить под себя чудо современных технологий не представляло проблем.
Ремешок обхватил запястье, а одним нажатием сбоку смарт-часы ожили. Прошло несколько секунд, Антон коснулся высветившейся панели, выбирая русский язык в качестве основного. Ввод данных аккаунта Гугл помог быстрой синхронизации устройства с сохраненными файлами.
— Выйду на улицу, здесь плохо ловит связь, — сказал Антон, заметив, как Милана прикасается к экрану для покупки. Робот-консультант произнес благодарность на английском и мигнул датчиками.
— Почему мы не сделали онлайн-заказ? — спросил Влад,
— Ждать долго, — ответила Боярышникова.
— Ты чувствуешь? Стала богатой дамой, содержащей альфонса, — пошутил ее друг, хохоча и уворачиваясь от ударов.
— Рыжий, мало тебя Настя в университете по голове била.
— И я до сих пор ощущаю себя под гнетом безжалостных женщин!
Антон прошелся по тротуару, ожидая загрузки. С десяток пропущенных видеозвонков от семьи и друзей высветилось на экране. Увидев несколько от отца, Татошка ощутил странное чувство детской радости. Павлу не наплевать, он беспокоится о сыне, хотя мог обойтись звонком Милане или Владу. Кликнув на самое последнее записанное видео-сообщение, увидел перед собой обеспокоенное лицо Вадика.
 
— Братан, говорят, тебя в плен забрала обезьяна. Дозвониться нереально, словно на линии у президента висишь, — иронично заявил хакер, махнув рукой. — Хотел тебе сказать по поводу твоей тачки. Странная штука…
Канарейкин отвлекся, когда его дернули за рукав. Он повернулся к молодой девушке с дредами. Она что-то быстро говорила, куда-то тянула его и постоянно указывала вперед, умоляюще глядя большими темными глазами. По яркому красному платью и высоким каблукам у Татошки закрылось сомнение в том, что девице действительно нужна его помощь. Может, местная бабочка ищет клиентов в деловом районе посреди дня?
— Герундий, — обратился Антон к компьютеру, ставя запись сообщения Вадика на паузу и не спеша помогать девушке. — Настрой переводчик.
— Идет анализ, — отозвался компьютер. Негритянка замерла, затем вновь быстро заговорила, подталкивая его к одной из припаркованных рядом машин. Она экспрессивно размахивала руками, хватала за одежду и повышала постепенно голос.
— Девушка просит вашей помощи, — ответил Герундий.
Оглядываясь вокруг на многочисленных прохожих, Татошка недоуменно приподнял брови.
— У меня? Ничего так, что народу масса, а она подошла к туристу?
— Уточните ваш запрос, Антон Павлович, — произнес Герундий.
Ответить Канарейкин не успел. Фургон подъехал быстро, заезжая прямо на тротуар и распугивая людей. Милана с Владом как раз вышли из магазина, когда машина остановилась, едва не врезавшись в припаркованные автомобили. Три высоких крепких парня выскочили из салона, хватая Антона и потащив вперед.
— Эй, какого черта! — заорал он, а девчонка в платье бросилась бежать. — Герундий, вызывай полицию!
— Номер танзанийской службы спасения…
— Герундий, твою мать!
— Уточните ваш запрос, Антон Павлович.
  
Глава 15. Спасите Татошку
 
Африка, Танзания
Его бросили в фургоне на пол, сковав руки, и надели на голову непроницаемый черный пакет. Дышать было тяжело, голова от нехватки кислорода кружилась. Антон отдаленно слышал разговоры своих похитителей, которых не понимал. Язык не ворочался, внезапный страх охватил все существо.
И почему он не сидел на месте? Дались ему эти смарт-часы! Он снова и снова прокручивал в голове момент, когда его схватили неизвестные люди. Ему слышались крики Миланы с Владом, которые ни за что бы не успели помочь. Да разве можно на них надеяться? Хорошо никто не пострадал из них!
— Эй! — попытался позвать хоть кого-нибудь из присутствующих в фургоне Антон, когда машина дернулась на очередном ухабе. — Вы кто такие? У моего отца есть деньги!
Английский не сработал, а суахили Татошка не изучал. Была у него мысль, едва они только прибыли в Додома, но для чего напрягаться? От осознания собственной глупости стало в два раза хуже, к горлу подступила тошнота. Герундий не отзывался, кажется, после неудачной попытки вызвать полицию он вовсе замолк.
Один из похитителей коснулся его руки, и Татошка дернулся с такой силой, что почувствовал, как ударил кого-то впереди себя. Неизвестный выругался, но удара не последовало. Они не трогали его, хотя в голосах слышалось раздражение. Он нужен кому-то живым и здоровым?
— Слушайте, вы просто не представляете, с кем связались, — вновь хрипло начал Канарейкин, облизнув пересохшие губы, стараясь не поддаваться панике и унять тошноту.
Такое уже было. Несколько лет назад какой-то урод попытался похитить Татошку прямо из парка развлечений. Антону было всего семь, и большой пушистый кролик с мороженым в руке показался спасением от старшего брата. Если бы Елисей не дразнил его, он сейчас тоже катался на каруселях со всеми детьми. А не потому, что трусишка.