Обречён любить тебя (СИ)
— В общем, — попытался пнуть друга Паша, но не дотянулся и обиженно покосился на оскалившегося Тасманова. — У меня к тебе вопрос. Такой, чисто родительский, насчет твоей следующей поездки.
— Какой? — затаила дыхание Боярышникова, слыша, как гулко бьется ее сердце.
— В качестве дополнительного подарка моего младшего недоумка с собой в Африку не заберешь на перевоспитание?
Глава 9. Счастье начинается с эконома
Россия, Москва
— Ты же пошутил, да? Давай, пап, скажи, что это просто идиотский прикол. Мы посмеемся всей семьей, и я сейчас просто уеду домой.
Антон просто не мог поверить. Даже сейчас, сидя в аэропорту в ожидании начала регистрации, он просто ждал момент, когда выскочит ведущий шоу «Вы попали в камеру» и заорет: «Снято! Ты попался!». Но этого не случилось ни час назад, ни три на парковке, откуда его всей стройной колонной вели под конвоем на самолет.
Нет, со своим наказанием он был согласен. Заслужил и лишения прав, хотя это болезненно сказалось на его самооценке. И тех возмущений в сети, что регулярно встречались, стоило очередному журналисту порефлексировать на тему богатых детей известных родителей. Все произошедшее за эти дни для него не было чем-то ненормальным. Здоровая реакция общества на резонансное дело. Поговорят и успокоятся — так Татошка считал, прячась в своей квартире.
Но вот здравствуйте: собирай чемодан, ты едешь с гуманитарной миссией на африканский материк. Да не один! Рядом уже топтался недовольный рыжий младший отпрыск семейства Радовых, а с ним, нетерпеливо и радостно улыбаясь, стояла Милана Боярышникова. Такая счастливая, словно выиграла миллион долларов в лотерею.
На синем цифровом табло высветились несколько рейсов, на которые началась регистрация. Антон с тоской покосился на тот, что летел в Прагу. Ему бы сейчас тоже в Чехию, желательно на постоянное место жительства. Еще бы куда-нибудь.
— «Гиеновидная собака — хищное млекопитающее из семейства псовых. Обитает в засушливых районах к югу от Сахары на территории северной Ботсваны, западном Зимбабве, восточной Намибии, северной Танзании и Мозамбике». Ой, солнце, я нашла твоих дальних родственников. Посмотри, какие уши и пятна? А морда? Марк, вылитый ты, — улыбнулась Настя, тыча пальцем высветившуюся картинку необычных животных Африки.
Тасманов поморщился, недовольно засопев над ухом жены. Сейчас он напоминал собаку, на которую надели намордник. Мрачно смотрел по сторонам, периодически сжимал и разжимал пальцы в кулак, затем надувался от распираемой его злости. Нельзя было острить, отпускать шуточки, бегать по аэропорту с транспарантом, где светилась надпись: «Прощай, Татошка, тебя безвинно утопили в Ниле». В случае нарушения правил наказанием было отлучение от семейного ложа пять недель без права на амнистию.
Антона это устраивало, хотя лучше неделю слушать язвительные комментарии Марка, чем лететь в эконом-классе до Танзании в компании простых людей. Он уже видел пару с коляской, даму с шумным мальчишкой и еще с десяток будущих пассажиров, направляющихся в одну с ним сторону.
— Ничего, сын, это общественно-полезное дело, — заявил категорично Паша, сунув руки в карманы брюк и улыбаясь, будучи довольным своим планом. — Я уже всем журналистам сказал, как ты готов покаяться и совершать добрые поступки во имя мира. Поэтому не порти о себе впечатление. Улыбнись, разве зря папа приплатил, чтобы тебе побыстрее оформили визовые документы?
— Как они вообще на это согласились!
— Господи, да власти страны только услышали про материальную помощь и все такое, так сразу пошли нам навстречу, — хохотнул Ярослав, подойдя к расстроенному Антону и похлопав его по плечу. — Давай, парень, поднимайся. Посмотри на младшего Радова, он тоже был против. Но разве остановят всякие трудности настоящего героя пера и клавиатуры?
— Я возражал, — пискнул Влад страдальчески, едва не рыдая в голос. — Упирался точно тигр, но они меня заставили.
— Но это будет весело, чего вы? Там столько всего интересного! — радостно хлопнула в ладоши Милана, буквально светясь от счастья.
— Ничего хорошего, — хором проскандировали ее невольные попутчики.
— А по мне это лучший подарок на день рождения, — улыбнулась Боярышникова так ярко, что Антон отвернулся, непроизвольно сунув руку в карман черного худи.
Всего пару недель назад он даже не думал, чем обернется его глупая выходка. Сидя в своей просторной квартире, Канарейкин занимал свой досуг сетевыми играми. Вадик Красовский прислал ему отчет по «Тесле». Оказалось, проблема была не в двигателе, а самой системе. Маленький вирус помешал синхронизации. Было неясно: попал он туда еще при установке программного обеспечения для ускорителя или гораздо раньше. Пришлось все же отвести Гадика к отцу на встречу без обещания устроить на работу. В ответ хакер пообещал найти источник вируса и узнать, откуда он вообще взялся. Тем более, что Павел Канарейкин этой новости значения не придал. В конце концов, Татошка сам виноват. Нечего всякую ерунду на машину устанавливать без предварительной проверки и отключать систему безопасности.
Пальцы нащупали маленькую коробочку с небольшим бантом. Быстрый взгляд в сторону щебечущей Миланы напомнил ему о подарке, который так и остался у него. Стоило подарить его еще в день ее рождения, однако, узнав о том, что родные устроили праздник без него, Татошка поддался детским обидам. Раз уж родители предпочли чужую девчонку родному сыну, не станет он ничего дарить.
И все равно, что этот кулон был заказан специально для Боярышниковой еще пару месяцев назад у любимого ювелира отца и стоил баснословных денег. Дело было не в дорогом металле, удивительной чистоты драгоценных бриллиантах, сверкающих под солнечными лучами. Не в сапфире глубокого синего оттенка, украшавшего эту красоту, и совсем не в причудливо сплетенных ажурных линиях вокруг самого кулона в форме капли.
Наночип класса С последней разработки компании «ИнНано», позволяющий отследить обладательницу данного кулона в любой точке планеты при наличии даже обычных смарт-часов с доступом в сеть. А ей самой — подключаться к любой системе мира, где бы Милана ни была. Идеальная красивая вещица и невероятно полезная в путешествиях. Дорогая, стильная и нужная в век высоких технологий. Особенно такой дурочке, которая порой забывала элементарные вещи и периодически не знала, как правильно настроить камеру на ботах.
— Антон, на тебе прямо лица нет. Это же всего полтора месяца, — Кира попыталась обнять сына, но тот с шипением отскочил от нее, со злостью сжав чертов подарок в бархатной синей коробочке.
— Еще бы, мам. Это чья идея, твоя? — раздраженно спросил он, стараясь не думать ни о подарке, ни о Милане, которая резко замолчала, услышав его злой голос. — Давай. Скажи, что это твоя очередная тупая идея — устроить личную жизнь последнего из детей. Сам же, недалекий, не пойму своего счастья, — негодование буквально распирало, несмотря на нахмуренные брови матери и поджатые губы.
— Я, кажется, мало времени уделял вашему воспитанию! — рявкнул Паша так, что Татошка подпрыгнул. — К твоему сведению, идея была моя. Хотя твоя мама давно говорила о твоём перевоспитании. Заигрался уже в золотого мальчика, пора бы глаза открыть. Ведешь себя как пятилетка в детском саду, которому игрушки не досталось.
— Еще начни песенку про тяжелый труд в моем возрасте, — огрызнулся в ответ Антон, обвиняюще ткнув пальцем отцу в грудь. — Зачем вообще рожал детей, раз они тебя только разочаровывают?!
— Антон, — попыталась угомонить сына Кира, но тот только рыкнул в ее сторону:
— Довольна?! Твоя мечта сбылась: я и эта дура вместе! — заорал он на весь зал, махнув в сторону застывшей Миланы.
Многочисленные туристы, будущие пассажиры и работники резко повернулись в их сторону. Осознание неизбежного пришло почти сразу после вспышки ярости. Раскаяние охватило Канарейкина быстрее, чем он успел хотя бы понять, какую глупость совершил. И тут же ощутил на себе весь спектр неприязни со стороны собственной семьи с друзьями.