Тайные страсти Версаля. Людовик XIV и его фаворитки: обжигающая любовь Короля-Солнца, интриги черной

Людовик начал постоянно устраивать балы и праздники, делая их королевой свою очаровательную рыжеволосую возлюбленную. Анжелика, не избалованная роскошью, как ребенок радовалась развернувшейся перед ней сказке. Она получала от короля самые модные наряды и восхитительные драгоценности, но внешняя мишура не так опьяняла ее, как любовь к Людовику. Девушка наслаждалась первым чувством и не замечала, как хмуро и недобро на нее смотрит мадам де Монтеспан.
Маркиза кипела от возмущения. Она уже не могла, как раньше, устраивать королю скандалы, поэтому свой гнев выплескивала на мадам де Ментенон.
– Вы, наверное, готовы локти кусать, что теперь король проводит свое время не за интеллектуальными беседами с вами, а с глупой девчонкой. Жалеете, что не успели побывать в его постели?
– Я ни о чем не жалею, – усмехнулась Франсуаза, вспоминая объятия короля.
– Вы прямо светитесь от радости. Странно. Может, он уже и до вас добрался?
– Полагаете, что у короля три фаворитки?
– Получается, что да. Я официальная, эта девица для утех и вы для сердечных бесед.
С 1679 года Людовик объявил Анжелику де Фонтанж своей официальной фавориткой. А чтобы бывшая фаворитка не докучала ему своим недовольством, король начал откупаться от нее.
Атенаис получила должность обер-гофмейстерины королевы, и Людовик порадовал ее «правом табурета». Теперь маркиза могла сидеть в присутствии королевы. Мария-Терезия была недовольна тем, что ненавистная дама получила такую привилегию, но возражать мужу не смела.
Король щедро осыпал мадам де Монтеспан подарками и денежными выплатами, но ей не давало покоя, что его сердце теперь принадлежит другой женщине. Она пыталась уговорить мадам де Ментенон, чтобы та помогла урезонить Анжелику.
– Франсуаза, ну поговорите с ней, – просила Атенаис, – объясните, что связь с королем греховна.
– Помнится, что вас этот аргумент не остановил, – не смогла сдержаться от замечания мадам де Ментенон.
– Она молодая и более внушаемая. Я вас очень прошу, Франсуаза.
– Хорошо, – вздохнула мадам де Ментенон.
Вечером Франсуаза зашла в покои к Анжелике и, присев за стол, завела беседу о том, что королева сильно страдает из-за того, что король забыл о своих обязанностях и проводит время с мадемуазель де Фонтанж.
– Мадам, вам хорошо известно, что король уже давно не уделяет должного внимания своей жене и заводит фавориток. Что вы хотите от меня?
– Вы молоды, сударыня. Не портите свою репутацию. Вам предстоит еще выйти замуж. Подумайте о своей душе, ведь вы берете на себя большой грех.
– Я удивлена вашими речами. Вы так рассуждаете, будто легко отказаться от своих чувств ради призрачного замужества или страха перед Богом. Я люблю короля и не собираюсь с ним расставаться! – возмущенно воскликнула Анжелика.
– Я вас поняла, сударыня, – со вздохом проговорила Франсуаза, поднимаясь. – Надеюсь, наша беседа останется между нами.
Мадам де Ментенон хоть и выполнила просьбу маркизы, но сама не испытывала тревоги по поводу влюбленности короля. Она отчетливо видела, что мадемуазель де Фонтанж совершенно не подходит Людовику. Невозможно все время находиться в постели, а вне ее Анжелика была просто красивой куколкой.
Прими Висконти, хронист двора Людовика XIV, вспоминал:
«Король живет с обеими фаворитками, словно в законной семье. Королева принимает их, равно как и внебрачных детей, так, будто это ее священная обязанность, ибо все должно происходить по воле монарха и в соответствии с заслугами каждой. Когда они слушают мессу в Сен-Жермене, то размещаются следующим образом: мадам де Монтеспан со своими детьми на возвышении слева, прямо перед всеми остальными, а мадемуазель де Фонтанж – справа; тогда как в Версале мадам де Монтеспан стоит по одну сторону от алтаря, а мадемуазель де Фонтанж – по другую, на высоких ступенях. Они молятся, перебирая четки или держа в руках молитвенник, поднимают в экстазе глаза к небу, точно святые. Поистине, французский двор являет собой самую прекрасную комедию в мире…»
  
Однажды Анжелика появилась в элегантной амазонке, украшенной кружевами. Платье выгодно подчеркивало изящные изгибы фигуры фрейлины. На голове был капор с перьями. Во время прогулки поднялся ветер, мадемуазель де Фонтанж сняла капор и, взяв ленту, повязала свои густые золотистые волосы так, что бант оказался спереди. Несколько непослушных локонов выбились и спускались на лицо, придавая фрейлине легкомысленный вид.
– Сударыня, вы сказочно хороши собой! – восхитился Людовик.
Дамы вокруг переглянулись. Случайная задумка Анжелики понравилась всем, и на следующий день все придворные красавицы соорудили такие же прически с лентами. Через некоторое время это веяние подхватили женщины в провинциях и других странах. Прическа «Фонтанж» вошла в моду.
Весной 1679 года мадемуазель де Фонтанж забеременела. Беременность протекала с осложнениями, и в декабре у Анжелики произошли преждевременные роды. Она родила мертвого мальчика.
Роды ослабили ее здоровье. Она начала чахнуть на глазах и никак не могла восстановиться. Людовику не нравилось, что его молодая и задорная возлюбленная напоминает дряхлую женщину. К тому же придворные дамы постоянно подшучивали о том, что мадемуазель де Фонтанж прелестно глупа и весьма неуклюжа. Ореол очарования вокруг Анжелики таял на глазах. Одна из придворных дам едко заметила:
«Короля, по правде, привлекало только ее лицо. Ее глупая болтовня раздражала его. Можно привыкнуть к красоте, но не к глупости».
В 1680 году Людовик подарил своей фаворитке титул герцогини де Фонтанж. Это означало лишь одно – между ними все кончено.
Анжелика сильно страдала. Она не хотела смиряться с потерей любви Людовика. Но она видела, что король от нее максимально дистанцировался. У несчастной не было сил бороться за свою любовь – здоровье ухудшалось на глазах. В апреле 1681 года у Анжелики началось кровотечение. Мадам де Севинье, навещавшая бедняжку, писала в письме дочери:
«Потеря крови была очень значительной… Молодая герцогиня не встает с постели и мечется в жару. Она даже начала уже распухать, и ее красивое лицо стало чуть одутловатым».
– Меня отравили, иначе чем объяснить, что я медленно умираю? – вопрошала больная.
Когда врачи заявили Анжелике, что бессильны перед ее болезнью, она попросила передать королю, что хочет удалиться в монастырь Порт-Рояль. Тот милостиво согласился.
Увы, стены Божьего заведения не помогли молодой красавице, и в конце июня 1681 года она скончалась. На момент смерти ей было всего двадцать лет. Причиной смерти назвали гнойный плеврит, но невестка короля принцесса Пфальцская писала:
«Нет сомнений, что Фонтанж была отравлена. Сама она обвинила в своей смерти Монтеспан, которая подкупила лакея, и тот погубил ее, подсыпав отраву в молоко».
Сон Анжелики оказался вещим. Она быстро взлетела на самую вершину Олимпа Версаля и столь же стремительно рухнула вниз… во мглу леденящей пропасти.
  
Глава 5
 
Смерть королевы и новая свадьба короля
 
– Что вы так смотрите на меня? – не выдержала Франсуаза де Ментенон, перехватив в зеркале взгляд своего знакомого, приехавшего во дворец навестить ее.